ЛитМир - Электронная Библиотека

– Абсурдная идея, – возразила Изабель. – Они слишком малы.

– Некоторым из них четырнадцать.

– Виллу восемь, Питу девять. Они совсем дети.

– Я не ребенок! – возмутился Вилл.

– Ему нужен приличный дом и любящая женщина, которая будет заботиться о нем.

Джейк медленно переводил пристальный взгляд с одного мальчика на другого. Вызывающие лица не выражали ни малейшей симпатии к нему или хоть какого-то желания стать загонщиками. Они просто стояли, наблюдая за ним, бесстрастные, как каменные изваяния.

Но они были единственным шансом доставить быков на рынок, спасти хоть что-то из наследства, и Джейк не намерен упускать этот шанс из-за привередливости Изабель. Пора заставить ее понять – для ребят лучше работать на него, чем возвращаться обратно в Остин.

– Пойдемте прогуляемся к коралю, где сможем поговорить без свидетелей.

– В этом нет необходимости. Я не собираюсь говорить ничего, что этим мальчикам не следует слышать.

– Прекрасно, но я собираюсь. Вы ведь не хотели бы оскорбить их нежные души, не так ли?

Она колебалась, но потом позволила отвести себя подальше от мальчиков.

– Согласен, некоторые из них слишком малы, – сказал Джейк, когда они отошли настолько, что мальчики не могли их слышать. – Я возьму Хоука, Чета и Мэтта. И этого большого ирландского парня, если он умеет сидеть в седле. Остальных можете оставить себе.

– Невозможно, – сказала Изабель тоном, означающим «как вы не можете понять простых вещей», который начинал не нравиться Джейку. – Вы не можете разлучить братьев.

– У меня нет времени на маленьких детей, – спорил Максвелл. – Загонщикам придется проводить на ногах целый день. Они должны быть достаточно сильны, чтобы управиться с тысячефунтовыми быками, которые всегда делают то, чего вы не хотите, достаточно опытны, чтобы сдержать бешено бегущее стадо или отразить нападение индейцев, сообразительны настолько, чтобы выжить, как бы ни сложились обстоятельства.

– Шон не оставит Пита.

Джейк был в отчаянии. Нужно быстро заклеймить скот и выбраться отсюда. Если Люк Аттмор окажется хоть вполовину так же хорош, как его брат, он сможет использовать его. Можно оставить Пита и Вилла в лагере. Он отошлет их обратно, когда начнется перегон. Изабель поднимет крик – и парни тоже, – но дело стоит того, чтобы доставить себе беспокойство, если он сможет получить четырех сносных загонщиков.

– О'кей, но я не потерплю их плача и капризов.

– А Брет?

Джейк знал этот тип – высокомерный, упрямый, бесполезный.

– Оставьте его себе.

– Вы не можете оттолкнуть его. Он почувствует себя отверженным.

– Он уже должен привыкнуть к этому.

– Есть еще Бак. Он самый старший.

– Я не могу взять ребенка, который едва может встать с постели.

– Он поправится.

– Хорошо. Вы можете остаться здесь, пока он не окрепнет настолько, что сможет ехать дальше.

Изабель улыбнулась, с видом явного превосходства.

– Это необязательно. Мы уедем утром. Все.

– Но вы сказали… – Джейк умолк. Она завлекла его, позволила торговаться и надеяться и все время абсолютно не собиралась разрешать ему взять парней. У Джейка было сильное искушение связать ее вместе с Мерсером и позволить мальчишкам самим решать свою судьбу.

– Им нужна работа и нужен дом. Я могу дать и то, и другое.

– У вас нет дома. Вы живете в лесу, или где там держите своих коров. У вас нет ранчо. Вы сидите в центре ничего, окруженные ничем, не имея ничего. Бак сказал, что фермеры собираются раздеть вас до нитки. Вы просто хотите использовать моих мальчиков, чтобы спасти свою шкуру.

– Что в этом плохого?

– Все! Как я могу ждать, что вы дадите им приемлемый образец поведения, когда сами не умеете себя вести. Вы нисколько им не сочувствуете, считаете без пяти минут преступниками. Вас не интересуют мальчики, только скот. Если потребуете от них чего-то, похожего на приручение лошадей, все переломают руки и ноги. Это будет почти так же ужасно, как оставить их фермерам.

Джейк был в ярости. Плохо, конечно, что Изабель решила – ему безразлично благополучие ребят, – но сравнивать его с фермерами недопустимо.

– Возможно, я груб, плохо воспитан и иногда от меня пахнет, но я никогда не причиню зла ни одному мальчишке, даже таким оборванцам, как ваша шайка. Я видел, как слишком многие из таких гибли на войне. Оставайтесь здесь сколько нужно, пока Бак не будет в состоянии ехать. Постарайтесь убраться отсюда насовсем.

– Если мы воспользуемся вашим предложением, мистер Максвелл, то не сможем оставить все, как было.

Если он очень постарается, то сможет научиться не любить эту женщину.

– Оставляйте все, как хотите. Только чтобы было совершено ясно – вы убрались.

Сохраняя достоинство, Джейк отошел от Изабель, сел на лошадь и ускакал, не оглядываясь.

Добравшись до своего лагеря, остыл достаточно, чтобы понять – он только что упустил шанс выбраться из Техаса не с пустыми руками.

Бак подтвердил его подозрения насчет фермеров. У них уже есть план уничтожения. Что есть у него? Ничего, черт подери. Но могло бы быть, если бы не одна очень упрямая, невежественная, чрезвычайно привлекательная женщина по имени Изабель Давенпорт.

Черт подери эту женщину!

Кроме редких прогулок летним вечером по саду, Изабель практически не выходила из дома ночью. Тетя Дейрор считала, что ни у одной леди нет никаких дел вне дома после наступления темноты. Пятнадцать ночей, проведенные Изабель в фургоне, не дали никакого повода подвергать сомнению тетины слова.

Но сегодняшняя ночь была другой. Она не казалась темной. По контрасту с чернильной темнотой под деревьями у ручья, пейзаж был залит сияющим лунным светом, небо усеивали звезды. Изабель могла четко видеть лошадей, стоящих в корале. Холодный ночной воздух бодрил после дневной жары. Вокруг царила тишина.

Маленькое ранчо уже не казалось таким жалким и убогим, и Изабель не чувствовала себя отрезанной от мира. Может быть, начинает привыкать к изоляции? Или чувствует себя свободной? Интересно, чувствуют ли мальчики себя свободными, зная, что скоро им возвращаться в Остин?

Изабель внимательно наблюдала, как они готовились лечь спать. Среди них никогда не случалось дружеских разговоров или возни, но в этот вечер напряжение ощущалось сильнее, чем обычно. Некоторым предложили выход, а она отказалась. И не была уверена, что ребята поняли, почему.

– На этот раз вы влипли, – заявил Мерсер. – Они вас ненавидят.

Ненавидят. Она так не думает, но, конечно, мальчики очень несчастливы с нею.

– Не могу дождаться, пока агентство обнаружит, что вы отказались от двух возможностей пристроить маленьких головорезов.

– Они не головорезы, – огрызнулась Изабель. – Иначе оставили бы вас где-нибудь на дороге на радость диким животным.

– Любая живность отравится, откусив от него хоть кусок.

Это Брет. Цепляется ко всем, изо всех сил стараясь начать драку. Только вмешательство Изабель не позволяет преуспеть в этом. Смуглый, с густыми черными волосами, он с возрастом обещал стать интересным мужчиной, но все портило постоянное выражение угрюмого недовольства на лице.

– Иди спать, Брет.

– Зачем? Нам осталось только дождаться, пока этот парнишка поправится, чтобы вернуться в Остин. Не удивляйтесь, если кое-кого утром не увидите.

– Куда им идти? Как они доберутся?

– Теперь у них есть лошади, можно идти куда хочешь. Я, может быть, тоже уйду.

– Это будет очень глупо.

– Почему? Никто не хочет возвращаться в Остин.

– Вы не вернетесь в Остин, – Изабель прикусила язык, но было поздно.

– Почему – нет?

– У меня есть идея.

– Какая?

– Сейчас не могу сказать, – она надеялась, что Брет поверит.

– Нет у нее никакой идеи, – проворчал Мерсер. – Вся ваша проклятая банда вернется в агентство. Я прослежу, чтобы на этот раз вас заковали в цепи.

– Никого не закуют, – Изабель с трудом подавила желание еще раз швырнуть в Мерсера камнем и ужаснулась самой себе. У нее никогда не было склонности к насилию, пока она не встретила Джейка Максвелла.

12
{"b":"11100","o":1}