ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– А потом что произошло? – Голос мага Высокого Суда был густым от гнева и раздражения. Почему, о Коллерон, ну почему молодежь королевства так самонадеянна и так жаждет кровопролития?

Дрожащие маги эльфов, что стояли перед ним, начали плакать и падать на колени, умоляя о жизни.

– Встаньте, – с отвращением сказал лорд Эйринспейр. – Все уже сделано. Вы уверены, что человек мертв?

– Мы отправили его в небытие, л-лорд, – выпалил один из магов. – Я использовал для волшебства магический кристалл и тоже не увидел никаких свидетельств, что он не мертв.

Эйринспейр кивнул почти рассеянно:

– Кто выжил из той банды, что туда пошла?

– Ротело Тирнеладелу, лорд. Он… на нем нет никаких ран, но он не переставая плачет. Похоже, он не совсем в здравом уме.

– Итак, у нас восемь мертвецов и девятый сумасшедший, – холодно подытожил член Высокого Суда. – И четверо невредимых и торжествующих магов. – Он посмотрел в сторону замковых развалин. – И нет тела противника, дабы убедиться, что он мертв. Поистине великая победа!

– Ладно, пусть так! – вдруг закричал четвертый маг, неожиданно придя в ярость. – Но что-то я не видел, как вы стояли бок о бок с нами и плели заклинания против убийцы наследников самых знатных родов Кормантора! Он появился из этого замка, как какой-то смертоносный бог, бурлящим столбом огня, разбрызгивая искры на сотню, а то и больше футов в высоту, разбрасывая во все стороны заклинания! Тут любой сбежал бы, клянусь… но мы стояли и сохраняли спокойствие. И мы сбили его! – Он оглядел по очереди все окружавшие его мрачные лица молчавших магов, старые и невозмутимые, и неуверенно закончил: – Я горжусь тем, что мы сделали.

– Это я понимаю, – сухо произнес Эйринспейр. – Силмэ? Холон? Проверьте этих четверых и Тирнеладелу на магическом кристалле, какой ущерб это нанесло их рассудкам. Нам нужно знать истину, а не то, сколько вранья и хвастовства в их рассказах.

Волшебницы кивнули, и маг отвернулся.

Когда волшебницы направились к четверке колдунов, то один из них воздел руки с огненными кольцами и предупредил:

– Не подходите, блудницы!

Силмэ скривила губы:

– Ты будешь носить на своем заду гораздо менее красивые огненные обручи. Обойдись без этой ерунды, иначе следующие три шага слишком утомят меня или Холон.

– Ты смеешь проверять на магическом кристалле меня, наследника дома?!

Силмэ пожала плечами:

– Конечно. Ведь мы действуем по повелению коронеля.

– По повелению кого? – с издевкой поинтересовался маг, отступая на шаг, огненные обручи все еще сверкали на его руках. – Все королевство знает, что коронель сошел с ума!

Маг Высокого Суда медленно развернулся. Его худая фигура в черных одеждах выглядела угрожающе, а слова прозвучали как приговор:

– После того как у тебя в заду окажутся эти огненные кольца, которые ты так любишь, Селгаут Катдейрин, и после того как ты будешь полностью проверен на магическом кристалле, тебя под охраной препроводят к коронелю. Ты будешь волен сделать это замечание нашему высокочтимому лорду сам. И если к тому времени хоть на капельку станешь благоразумнее, чем сейчас, то сумеешь сделать это вежливо.

Галан Годалфин в последний раз погляделся в зеркало водоема и вздохнул. Он был не гордый и мог себе позволить слезы, но все-таки он – воин Кормантора, а не один из этих тщедушных, чванливых и надушенных губошлепов, которых благородные дома называют своими наследниками. Он, как корень старого дерева, перенес бы все без жалоб и снова поднялся. Когда-нибудь.

Картинка, которую отразила вода, не вдохновляла. Лицо представляло собой маску засохшей крови, а висящий лоскут оторванной кожи, испортивший прекрасные линии его лица, придавал подбородку почти такой же квадратный вид, как у человека. Кончик одного уха вообще отсутствовал, волосы перепутались, как лапы мертвого паука, а голову и почти все тело покрывали темные струпья, не считая многочисленных царапин, оставленных камнями.

Галан еще раз взглянул в водное зеркало, скривил губы в невеселой улыбке и – с трудом – церемонно поклонился своему отражению. Потом он повернулся и пнул ногой камень, швырнув его в самую середину воды.

Нарушив невозмутимую гладь мутной, илистой рябью, он почувствовал себя лучше. Проверив рукоятки меча и кинжала и убедившись, что их не заедает в ножнах, Галан снова отправился в путь через лес. Его кишки урчали сильнее, чем когда-либо, опять напоминая, что, к сожалению, монеты есть нельзя.

Предстояло не менее чем двухдневное путешествие через лес до Ассамборила и еще день до Шести Шипов. Не то чтобы он на этот раз не радовался относительному покою, но без глупой болтовни Аттара часы тянулись гораздо медленнее. И все же, несмотря на поврежденное правое бедро, на каждом шагу причинявшее ему жгучую боль, он неуклюже, но упорно ковылял по мху и прошлогодним опавшим листьям.

К счастью, какой-то народ проживал поблизости. Вон кто-то мелькает среди деревьев. Кажется, уходит, но в том же направлении.

Хм. В общем-то, хотя он и не умирает от жажды, можно уже и попить… Но если этот кто-то направляется туда, где его ждет родня и обед, то старый Галан еще до сумерек будет пустым кожаным мешком.

Приятная мысль, однако.

Слева от него из-за папоротника поднялась шляпка гриба. Галан задергал носом. Грибы были сложены высокой кучкой: шляпки свежие, влажные пятнисто-коричневые ножки сочатся беловатым соком, а это говорило, что они собраны буквально только что. Его желудок снова заурчал: не раздумывая, Галан схватил несколько грибов и отправил их в рот.

Хоп!

От голода он забыл, что грибы не складываются в горки сами по себе. Сердитого вида эльф, выбравший удачное время для сбора лесного урожая, его мытья и сортировки, спрыгнул с плота на берег, выхватил кинжал, обтер его и приготовил для броска.

Галан вырвал из его пальцев лезвие и откинул в сторону. Затем вынул свой клинок и стремительно бросился на другую сторону плота.

Эльф, цепляясь за дерево, с воплями вскарабкался обратно на плот. Галан поднялся перед ним с молчаливой угрозой и поднес кончик своего клинка к фермерской глотке.

Напуганный эльф начал что-то бормотать, умоляя о пощаде, всячески показывая самое дружеское расположение, повторяя свое имя, происхождение, название его собственности – этого грибного логова… Прекрасные грибы нынче уродились, и погода у них в последнее время самая распрекрасная, и…

Галан противно улыбнулся и поднял руку. Эльф неверно истолковал этот жест.

– Конечно, лорд человек! Пожалуйста, простите мне медлительность в понимании ваших нужд! У меня есть немного, я всего только бедный фермер, но это все ваше… все ваше! – Неловкими, трясущимися пальцами эльф расстегнул пояс и, вытащив мешочек, протянул его Галану, в это время его мешковатые, испачканные сзади (чем? навозом?) бриджи сползли до щиколоток.

Пояс был тяжелым от монет – мелких монет, без сомнения, но все-таки добротных талверов, бедаров и таммарчей королевства. Поскольку Галан принял это с недоверием, фермер опять не понял выражения его лица и забормотал:

– Но, конечно, у меня есть больше! У меня и в мыслях не было обманывать великого человека-арматора, которого сам Коллерон послал к нашему коронелю, как бич государству за грехи и падение нравов. Вот!

Приговаривая, он теми же неуклюжими пальцами успел сдернуть с шеи шнурок, на котором висел мешочек, набитый драгоценными камнями. С широко раскрытыми от удивления глазами Галан взял мешочек, а фермер зарыдал и начал кричать:

– Не убивай меня, о могущественный арматор! У меня больше ничего нет, кроме плота с грибами и ленча!

На последнее слово Галан одобрительно промычал – ладно, в конце концов, как мог бы разговаривать могущественный человек – арматор? – и протянул требовательную руку. Эльф уставился на эту руку на мгновение, но следом увидел и кончик меча.

– Ах, ах… грибы? – в панике закричал изумленный фермер. Галан нахмурился, качнул головой и опять шевельнул мечом.

51
{"b":"11107","o":1}