ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Супруги Уитли старались избегать прессы. Гас ограничился кратким заявлением, что они сожалеют о жертвах и продолжают жить дальше. Понадобились месяцы, чтобы пресса оставила их в покое, но в конце концов жизнь начала приобретать видимость нормальной.

Их судьба изменилась навсегда, и это было неплохо. Супруги больше времени проводили вместе, чаще обедали всей семьей, долгие разговоры выходили далеко за рамки обязательного «Как прошел день?». Они даже переехали в дом поменьше – где не было эха. Отголосков. Прогресс шел быстрее, чем ожидалось, и не только потому, что Гас услышал и от Карлы, и от Блечмана, что на самом деле Бет никогда не вступала в секту. Все было в том, что, даже став чужими друг другу, они никогда не переставали друг друга любить. Чтобы вернуть искру, нужно только время, и, возможно, оно было уже совсем близко. Гас замечал, что последнее время Бет вновь начала носить сережки с бриллиантовой крошкой – те, что он подарил ей на двадцать первый день рождения. Сережки были дешевенькие, но то, что Бет надевала их по важным поводам – дни рождения и юбилеи, – служило напоминанием обо всем хорошем, что было в их браке.

Приятно ощущать, что жена снова посылает ему тонкие намеки.

– Простите, Гас. – Секретарша просунула голову в кабинет.

Гас поднял голову:

– Да?

– Звонит ваша жена. Из магазина.

Это был магазин модного белья на Бель-сквер, где Бет много лет была постоянной покупательницей. Теперь она работала там помощником управляющего и подумывала перекупить магазин у семидесятилетнего хозяина, собиравшегося уйти на покой. Занятие бизнесом оказалось для Бет хорошим способом восстановить уверенность в себе и сосредоточиться на будущем. Гас был целиком «за».

Он поднял трубку:

– Привет. Что случилось?

– Прости, здесь сегодня просто сумасшедший дом. Я буду занята с бухгалтером по крайней мере еще час. Я знаю, что сегодня моя очередь забирать Морган, но, как по-твоему, сможешь подменить меня?

– Конечно.

– Она освобождается в полтретьего.

– На самом деле по вторникам она освобождается в три.

В разговоре возникла пауза, словно супругов обрадовало, что он помнит, и смутило, что не помнит она.

– Боюсь, я забыла.

– Даже на солнце есть пятна.

– Ты уверен, что сможешь удрать?

– Ну, здешний босс настоящий тиран, хотя, может быть, разочек он посмотрит в другую сторону, и я ускользну за дверь.

Гас почувствовал, что она улыбается. Бет сказала:

– Я буду дома около половины седьмого.

– Тогда и увидимся.

Он повесил трубку и взял плащ. Времени до трех часов еще было много, но лучше уйти пораньше. Если он опоздает, Морган обвинит Бет, а этого Гас не хотел. Он собирал портфель, когда зазвонил телефон. Гас сделал секретарю знак, что «шеф уже ушел», но она задержала его:

– Бен Алберго. – Это было сказано тоном, предназначенным для больших шишек. – Звонит из Вашингтона.

Не так часто Гас разговаривал с Беном, одним из настоящих друзей, оставшихся у него в высших сферах. Бен был «серым кардиналом» в новой администрации, партнером по гольфу главного кадровика в администрации президента.

Гас закрыл дверь кабинета и ответил:

– Привет, Бен. Чему обязан честью?

– Хочешь – верь, хочешь – нет, но я звоню насчет Марты Голдстейн.

Возбуждение Гаса погасло.

– По-моему, ты ошибся номером.

– Нет, послушай. Она в числе кандидатов на пост заместителя министра финансов.

– Марта? Это для нее немножко чересчур, а?

– Твоя старая фирма активно продвигает ее.

– Странно. Я слышал, что они там терпеть ее не могут.

– Это еще мягко сказано. Она всех сводит с ума. Как я слышал, пара болванов из управляющего комитета даже обменялись по электронной почте какими-то невероятными письмами о ней. Словечко на букву «б» на каждом шагу. Самый юмор в том, что они не могут уволить ее, не будучи обвиненными в дискриминации.

– Значит, есть только один способ избавиться от Марты, – сказал Гас.

– Точно. Мобилизовать все свои политические связи и добиться для нее доходного местечка здесь, в Вашингтоне.

– И какое это имеет ко мне отношение?

– Ты, очевидно, знаешь, что президент вел кампанию на платформе моральной чистоты.

– Угу. «Я единственный президент, который спит только со своей женой».

– Это работает. Правда, из-за его стандартов кое-кто из назначенцев получил под зад. Мы просто не можем позволить себе еще одного отвергнутого кандидата, который не следовал бы хорошему примеру президента.

– Так, я, кажется, понял, куда ты ведешь…

– Я слышал сплетни, будто Марта может не выдержать проверку.

– Ты спрашиваешь, был ли у меня с ней роман?

– Это совершенно конфиденциально, Гас. Что касается меня, я даже не считаю, что она подходит на эту должность. Она не стоит драки. Если там есть какая-то грязь, скажи мне. Я шепну словечко президенту, мы вычеркнем ее из списка и перейдем к следующей кандидатуре. Я не намерен устраивать из этого публичный спектакль.

– Значит, если я сейчас скажу тебе, что у Марты есть скелет в шкафу, она не получит должность?

– Да.

– Из чего следует, что мои бывшие коллеги из «Престон и Кулидж» будут и дальше всю жизнь работать с ней как с управляющим партнером?

– Именно так.

– Это по-настоящему интересно. – Гас знал, что старый приятель предоставляет ему прекрасную возможность признаться по секрету, сведя счеты с Мартой и прочими из «П и К». Дело, однако, было в том, что он никогда не спал с Мартой. Впрочем, у него все равно был способ…

– Вопрос деликатный, – произнес Гас. – Я не в том положении, чтобы говорить, будто Марта Голдстейн спала с женатым мужчиной. То есть со мной.

– Понимаю.

– Но я могу сказать, что она послала моей жене собственноручно написанное письмо, гласящее, что некий женатый мужчина отдался ей.

– Серьезно?

– Клянусь, я своими глазами читал его несколько месяцев назад.

– Президент воспримет это очень серьезно.

– Я бы не ожидал меньшего от выпускника факультета богословия.

– Спасибо за помощь, Гас.

– Это тебе спасибо.

– С фирмой все в порядке?

– Отлично.

– С бизнесом все хорошо?

– Лучше не придумаешь. – На цифровом дисплее телефона появилось сообщение от секретарши: Морган будет ждать отца. – Очень не хочется обрывать тебя, приятель, но, боюсь, я должен бежать.

– Вечно занят, занят… Старик, ты ничуть не изменился!

Гас подошел к шкафу, чтобы достать подарок, который он купил для Морган во время обеда.

– Да, – сказал он с тонкой улыбкой. – Ничуть не изменился.

Благодарности

С каждой книгой бремя моей признательности становится все больше. Хочу снова поблагодарить Кэролин Мэрино, Робина Стамма и Джоан Сэнгер за их редакторскую компетентность, Арти и Ричарда Пайн за то, что они компетентны во всем остальном. Также большое спасибо критикам, которые выдержали знакомство с первыми набросками текста: Карлосу Сайерсу, Элинор Рейнер, Нэнси Линер, Дженнифер Стернс, Терри Гавулику и Роберте Холл.

Некоторые сцены не могли быть написаны правильно без помощи Джеймса Холла из департамента шерифа округа Якима и Патрисии Уотчел из Вашингтонского женского исправительного центра.

И, как всегда, я бы ничего не сделал без Тиффани. Благодаря тебе все прошло так легко.

82
{"b":"11116","o":1}