ЛитМир - Электронная Библиотека

Зуланы, ворвавшиеся первыми в тёмный Зал Заседаний, осознав, что без света им здесь ничего не разглядеть, попытались остановиться, но сзади напирала толпа любопытных, — в результате, у трёх входов в Зал образовалась ужасная давка, в которой, как позже было подсчитано, оказались насмерть раздавленными двадцать семь человек и ещё около сотни получили травмы разной степени тяжести.

Как только движение рвущейся в Зал толпы застопорилось, и зуланы снова обрели способность смотреть и слушать, прижавшиеся к стене гаралы и ютанги обнаружили своё присутствие в коридоре. Повинуясь приказам своих начальников, зуланы развернулись и стали выходить из дворца обратно на Гаральскую площадь. Через несколько минут дворец вновь опустел.

Всего в побоище уцелело лишь трое гаралов — это главы кланов Серого Пера, Разбитой Чаши и Острых Ножей, И, соответственно, четверо ютангов — по одному из кланов Серого Пера, Острых Ножей, Бешенных Волков и Двуглавого Змея. Пять кланов Организации полностью лишились руководящей верхушки.

Спустившись с толпой воинов на площадь, уцелевшие гаралы перво-наперво сформировали три отряда по тридцать человек из зуланов своих кланов и отправили их обратно во дворец, наказав запалить факелы, висящие на стенах Зала Заседаний, и выносить оттуда на улицу тела погибших. И только после этого, вместе с ютангами, поведали столпившимся на площади людям о коварном предательстве их общего дела кланом Жёлтого Тюльпана, об устроенной гаралом Лабуром смертельной ловушке, о сражении с зуланами-убийцами и, наконец, о чудесной помощи от незримых покровителей Организации.

По окончании их выступления многотысячная толпа зуланов направилась на улицу Жёлтого Тюльпана, громить дворец гарала-предателя. А вокруг уцелевших в побоище гаралов и ютангов остались лишь небольшие отряды зуланов-охранников, которые, как только площадь перед дворцом Совета Одиннадцати опустела, развезли своих смертельно усталых подопечных по домам.

Во дворце Серого Пера главу клана и его верного ютанга уже поджидал лучший знахарь Норки Паука (небезызвестный Студенту, Лилипуту и Шише господин Горчица), послать за которым Балт распорядился ещё на Гаральской площади. После беглого осмотра целителем многочисленных болячек своих пациентов, оказалось, что добрая половина «царапин», на которые в пылу боя Балт и Ремень не обращали внимания, это весьма опасные глубокие порезы, залечивать которые придётся даже дольше, чем болезненные раны плеча и бедра.

На вопрос Балта: «Как быстро он сможет их поставить на ноги?» — знахарь ответил, что он, разумеется, сделает всё, что в его силах, и попытается сегодня же стянуть и зарубцевать все их раны, но при таком обилии увечий, чтобы всё как следует срослось, он рекомендовал бы им следующие два-три дня не вставать с постели.

Но Балт не мог позволить себе роскошь отлёживаться несколько дней в своём дворце. Интуиция подсказывала ему, что отныне на Норке Паука никогда больше не будет былого порядка. Сегодняшняя резня на Совете Одиннадцати подорвала вековые устои Организации, теперь никто не в силах остановить кровавую усобицу между враждующими кланами. Сегодня зуланы оставшихся десяти кланов Организации объединены общей бедой, и на улицах города-острова относительно спокойно, но это лишь короткое затишье перед бурей. Понимая, что времени у него в обрез, Балт поделился своими опасениями со знахарем и пообещал вдобавок к щедрому вознаграждению, которое целитель получит в любом случае, вывести того с Норки до начала кровавых распрей между кланами, если он сегодня же поставит их с Ремнём на ноги.

Знахарь расстарался на славу, он работал не щадя сил, и, когда закончил, сам едва держался на ватных от усталости ногах, но оба его пациента к концу дня на ногах стояли твёрдо. Большинство ран на телах гарала и ютанга превратились в едва заметные рубцы, а те, что ещё не до конца затянулись, покрывали крепкие, хорошие корочки болячек, которые, по заверению целителя, должны будут отвалиться уже к завтрашнему утру.

Пока знахарь врачевал их с Ремнём раны в хорошо охраняемом дворце Серого Пера, как и предполагал Балт, конфликт между зуланами разных кланов (в первую очередь тех, что полностью лишились руководящей верхушки) стал мало-помалу обостряться. А началось всё с того, что ни во дворце, ни в соседних с ним домах на улице Жёлтого Тюльпана разъярённой толпе зуланов десяти кланов не удалось отыскать ни одного члена клана Жёлтого Тюльпана. Все зуланы этого подлого клана, как сквозь землю провалились. Сбежать с острова можно было одним единственным способом, поэтому с опустевшей улицы толпа зуланов-мстителей устремилась в бухту Норки.

Здесь их поджидало очередное разочарование — среди полусотни кораблей, стоящих в бухте, не было ни одного с вензелями клана Жёлтого Тюльпана. Стражники Фильтровального канала (в этот роковой день единственный вход-выход в бухту охранял сборный отряд зуланов трёх кланов: Рваной Цепи, Спящей Черепахи и Свирепого Шершня) рассказали столпившимся на берегу бухты зуланам, что все четырнадцать кораблей клана Жёлтого Тюльпана покинули бухту Норки сегодня на рассвете. Последний вошёл в канал за несколько минут до начала отлива и, в отличие от тринадцати предыдущих, не торопился его покидать. Чтобы узнать причину задержки, на корабль спустились несколько стражников. Капитан объяснил им, что дожидается пассажиров, которые не успели попасть на корабль до отлива и попросил стражников, когда на берегу бухты появятся опоздавшие зуланы клана Жёлтого Тюльпана, пустить их к себе на смотровую площадку и помочь спуститься на его корабль. Свою просьбу капитан подкрепил толстым мешочком золота. Подобный вариант, с ожиданием в Фильтровальном канале опаздывающих пассажиров, был для Норки Паука делом вполне обыденным, поэтому удовлетворённые объяснениями и щедрой платой за пустяшные услуги стражники поднялись обратно на смотровую площадку и успокоили своих товарищей. Ещё примерно через час прибыли опоздавшие пассажиры — небольшой отряд зуланов клана Жёлтого Тюльпана, всего около двадцати человек (вероятнее всего, сбежавший с Совета Лабур и пятеро его ютангов были как раз в этом отряде; гарал и его помощники переоделись простыми зуланами, поэтому никто из отряда стражников канала их не узнал). Как и было уговорено стражники помогли опоздавшим спуститься на корабль, после чего он сразу же покинул Фильтровальный канал и, расправив паруса, устремился вдогонку за остальной флотилией.

После того, как стало ясно, что весь клана Жёлтого Тюльпана, до единого человека, сбежал с острова, и из-за отлива невозможно немедленно отправиться за ними в погоню, дальнейшие события в Норке Паука развивались по вполне предсказуемому сценарию. Ответственность за преступление клана Жёлтого Тюльпана, зуланы которого оказались вне пределов досягаемости разъярённой толпы, вдруг, ни с того, ни с того, переложили на дружественные с ним кланы Свирепого Шершня и Острых Ножей. На несчастных зуланов этих двух кланов посыпались упрёки в пособничестве предателям. И если бы не личное вмешательство гарала и ютанга клана Острых Ножей, которые предъявили жаждущей крови и мщения толпе свои многочисленные раны, нанесённые их якобы союзниками, кровавая бойня началась бы в этот же день прямо на берегу бухты.

Общий хаос на Норке Паука усугублял ещё и тот факт, что убийцами клана Желтого Тюльпана была вырезана практически вся руководящая верхушка Организации. Добрая половина кланов лишилась не только гаралов, но даже и ютангов. Внутри этих обезглавленных кланов тут же появилось множество гаралов и ютангов, якобы чудом уцелевших в бойне на Совете Одиннадцати. И вокруг каждого подобного ушлого «счастливчика» собирался отряд его преданных сторонников (как правило состоящий из друзей зулана-самозванца), готовый силой своих мечей и топоров кому угодно доказать правоту своего «господина».

В довершение к вышеперечисленным бедам, из доверенных источников Балт узнал, что многие кланы уже начинают отправлять почтовых голубей итанам своих кланов, с приказом бросать все дела и вместе с отрядом немедленно плыть в Норку Паука. А это означало, что через неделю-другую сюда прибудут десятки, а то и сотни тысяч лангов, и крохотный островок утонет в крови,

75
{"b":"11119","o":1}