ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

После этого Митч тщательнейшим образом, по кусочкам, как из мозаики, сложил всю иерархическую структуру империи. За период в двадцать лет более четырехсот кайманских корпораций попали в сферу влияния семейства Моролто и их неправдоподобно богатых и столь же продажных юристов. Все эти корпорации по частям или целиком владели друг другом, они использовали банки в качестве своих зарегистрированных агентов и постоянных юридических адресов. Митч довольно быстро понял, что в его руках лишь малая часть документов, и тут же, перед камерой, высказал свою догадку относительно того, что основной архив должен храниться в подвале фирмы “Бендини, Ламберт энд Лок” в Мемфисе. Он также объяснил участникам предстоящего судебного заседания, что армии инспекторов Национального налогового управления понадобится по меньшей мере год, чтобы разобраться во всех хитросплетениях головоломки, составленной по воле клана Моролто.

Неторопливо Митч брал в руки очередной лист, рассказывал, ставил на нем свои инициалы, откладывал в сторону, переходил к следующему. Эбби управлялась с камерой. Рэй посматривал в окно на автостоянку и без устали восхищался новыми паспортами.

Целых шесть часов Митч посвятил рассказу о различных способах отмывания грязных денег, которые использовались семьей Моролто и юристами фирмы “Бендини, Ламберт энд Лок”. Излюбленным методом был, по его словам, следующий. В принадлежащий фирме самолет грузилась какая-нибудь астрономическая сумма денег наличными, с ними, для придания всей операции видимости обычной командировки, летели два-три юриста. А пока государственная таможенная служба изнывала от непрекращающихся попыток – по суше, по морю или воздуху – ввезти в страну наркотики, никто не обращал никакого внимания на то, что из страны вывозилось. Задумано все было великолепно. Самолеты, так сказать, вылетали грязными и возвращались чистыми. Когда деньги оказывались на Большом Каймане, кто-нибудь из находившихся на борту юристов платил заранее обговоренную мзду местным таможенникам и соответствующему банкиру. Иногда получалось так, что четвертая часть ценного груза уходила на взятки.

После того как деньги оказывались на номерном, как правило, счету, проследить их происхождение человеку со стороны становилось практически невозможно. Однако кое-какие банковские операции замечательным образом совпадали с некоторыми важными событиями в жизни корпораций. Как правило, деньги помещались на один из десятка номерных счетов, или суперсчетов, как их прозвал Митч. Он назвал будущему суду номера этих счетов и названия соответствующих банков. С течением времени, когда регистрировались новые корпорации, деньги с этих суперсчетов переводились на счета корпораций, часто в одном и том же банке. И когда деньги переходили к легальной корпорации, о которой местным властям все было известно, начиналась операция по их отмыванию. Самым простым и наиболее распространенным способом отмывания денег была покупка недвижимости или других абсолютно чистых и невинных объектов на территории США. Подобные сделки заключались с помощью изобретательных юристов фирмы “Бендини, Ламберт энд

Лок”, деньги переходили из рук в руки только через компьютеры. Часто бывало так, что одна кайманская корпорация приобретала другую кайманскую корпорацию, являвшуюся владельцем компании в Панаме, а та, в свою очередь, обладала всеми правами на какую-нибудь датскую компанию. Датчане приобретали фабрику по производству мячей для гольфа в Толедо, а деньги для покупки переводили из какого-нибудь второстепенного банка в Мюнхене. И таким образом грязные деньги превращались в чистые, вот и все.

После документа номер ММ4292 Митч устал и решил прекратить дачу показаний. Шестнадцати часов вполне должно хватить. На суде пройдет, видимо, не все, но цели своей он достигнет. Тарранс со своими дружками смогут прокрутить кассеты Большому жюри присяжных и добиться осуждения по крайней мере тридцати юристов фирмы. Кассеты же помогут ему добиться выдачи ордера на обыск.

Свою половину сделки Митч выполнил. Пусть он не сможет давать показания лично – в конце концов, ему заплатили всего миллион долларов, а он предоставлял в распоряжение ФБР гораздо больше, чем обещал. Он чувствовал себя совершенно опустошенным физически и духовно. В полном изнеможении он опустился на край постели. Эбби прикрыла глаза и села на стул.

Сквозь щелку в шторах Рэй выглянул наружу.

– Не мешало бы нам выпить холодного пива, – сказал он.

– И не вздумай, – подал голос Митч. Рэй повернулся к нему всем корпусом.

– Отдыхай, братец. Уже стемнело, а магазин всего в двух шагах. Я сам смогу о себе позаботиться.

– Выбрось это из головы, Рэй. Нет никакой нужды рисковать. Через несколько часов нас здесь не будет, и, если все закончится хорошо, всю оставшуюся жизнь ты можешь только и делать, что пить пиво.

Рэй пропустил эту тираду мимо ушей. Натянув свою бейсбольную шапочку до самых бровей, он сунул в карман несколько банкнот и потянулся за пистолетом.

– Рэй, не бери хотя бы пистолет, – попросил Митч. Рэй засунул оружие под рубашку и вышел. Быстрым шагом он направился по песку к магазинчику, минуя маленькие мотели, сувенирные лавки, стараясь держаться в тени. У входа он остановился, посмотрел по сторонам и, уверившись, что за ним никто не наблюдает, вошел. На прилавке у двери стояли банки, но они были слишком уж теплые. Пиво похолоднее находилось чуть дальше.

На располагавшейся неподалеку автостоянке под широкополой соломенной шляпой прятался Ламар Куин, беседуя о чем-то с подростками из Индианы. Он видел, как Рэй вошел в магазин, и что-то в его облике показалось Ламару знакомым. Что-то было такое в его походке. Ламар приблизился к окну во всю стену и заглянул туда, где в глубине магазинчика стоял холодильник, набитый банками с пивом. Глаза стоявшего рядом с холодильником мужчины были скрыты за темным очками, но его нос и скулы явно напоминали кого-то, кого Ламар знал. Он прошел внутрь, взял пакетик с жареным картофелем. Остановившись у кассы, оказался лицом к лицу с человеком, который, не будучи Митчелом Макдиром, удивительно походил на него.

Это Рэй, подумал Ламар, кто же это может быть иной. Лицо на солнце обгорело, волосы слишком коротки, чтобы прическа считалась модной. Глаза прикрыты. Тот же рост. Тот же вес. Та же походка.

– Как дела? – обратился к нему с вопросом Ламар.

– Отлично. У вас тоже? – И голос был похож. Ламар расплатился за картошку и вернулся на свой пост. Размеренным жестом он опустил пакетик в урну для мусора рядом с телефонной будкой и быстрым шагом отправился в сувенирную лавку. Поиски Макдира продолжались.

40

Темнота принесла с собой прохладу. Солнце исчезло как-то уж очень быстро, а луна вовсе не торопилась занять свое место на небосклоне. Или сегодня новолуние? Высоко-высоко над головами людей проплывали безобидные облака, вода казалась черной.

Темнота выманивала к воде рыбаков. Один за другим они поднимались на уходящий от берега пирс. Собирались группками по три-четыре человека и безмолвно следили за своими лесками, уходившими в черную воду, поверхность которой мерцала в двадцати футах внизу. Люди неподвижно стояли, опираясь на металлический поручень, время от времени кто-то плевал в воду, кто-то говорил пару слов соседу. Они наслаждались слабым ветерком, разлитой в воздухе тишиной и ровной гладью воды гораздо больше, чем поклевкой какой-то случайной глупой рыбины, лишь слегка тревожившей покачивающиеся поплавки. Эти люди в большинстве своем были отпускниками из северных штатов, приезжавшими сюда каждый год в одно и то же время, останавливавшимися в одних и тех же мотелях и приходившими по ночам на излюбленное место, чтобы забросить удочки и полюбоваться величием бескрайнего моря. У ног мужчин стояли пакетики с наживкой и небольшие ведерки, в которых банки с пивом были переложены кусками льда.

Иногда на пирс забредал кто-нибудь, не принадлежавший к компании рыболовов, иногда появлялась влюбленная парочка, проходившая неспешным шагом сотню ярдов до того места, где край пирса обрывался в воду. Несколько минут влюбленные стояли, глядя в темное зеркало моря у себя под ногами, потом разворачивались и с восхищением взирали на тысячи рассыпанных вдоль берега мерцающих огоньков. Украдкой посматривали на замерших в неподвижности рыболовов. Те их не замечали.

105
{"b":"11124","o":1}