ЛитМир - Электронная Библиотека

Клею совершенно не хотелось лезть в одну берлогу с Пэттоном Френчем. Хотя, с другой стороны, о методах, с помощью которых тот принуждал фармацевтические корпорации идти на многомиллионные соглашения, ходили легенды.

– Что ж, можно обсудить, – ответил Клей.

– Слушайте, я прямо сейчас лечу в Нью-Йорк. Что, если я подхвачу вас в округе Колумбия и мы полетим вместе? У меня новенький «Гольфстрим-5», и мне не терпится его продемонстрировать. Остановимся на Манхэттене, чудненько поужинаем сегодня вечером, поговорим о деле и вернемся завтра к вечеру. Ну как, идет?

– Вообще-то я очень занят. – Клей отчетливо вспомнил, какое отвращение вызвало у него в Новом Орлеане публичное хвастовство Френча своими игрушками – новым самолетом, яхтой, замком в Шотландии.

– Не сомневаюсь. Я тоже занят. Мы все чертовски занятые люди. Но эта поездка может оказаться для вас самой выгодной из когда-либо предпринятых. Я не принимаю никаких отказов. Встречаемся в три часа в аэропорту Рейгана. Договорились?

У Клея не было особых дел – разве что несколько телефонных разговоров да вечерняя партия в рэкетбол. Телефоны в конторе раскалились от звонков напуганных потребителей дилофта, но на них отвечали его сотрудники. К тому же в Нью-Йорке Клей не был уже несколько лет.

– Ладно, почему бы нет? – Он был не прочь взглянуть на «Гольфстрим-5» и поужинать в каком-нибудь шикарном нью-йоркском ресторане.

– Правильное решение, Клей. Правильное.

Терминал для частных самолетов аэропорта Рейгана кишел замотанными администраторами и чиновниками, сновавшими туда-сюда, прилетавшими и улетавшими. Аккуратненькая брюнетка в короткой юбочке у стойки вылетов держала написанный от руки плакат с его именем. Клей представился. Девушку звали Джулия.

– Следуйте за мной. – Она профессионально-обворожительно улыбнулась. Они спустились по наклонному пандусу к выходу и сели в служебный микроавтобус. Дюжины «лиров», «соколов», «ястребов», «челленджеров» стояли на парковках либо буксировались тягачами к терминалам. Аэродромные команды виртуозно разводили самолеты так, что их крылья едва не касались друг друга. Ревели моторы, все это действовало на нервы.

– Вы откуда? – спросил Клей.

– Мы базируемся в Билокси, – ответила Джулия. – У мистера Френча там основной офис.

– Я несколько недель назад слышал его выступление в Новом Орлеане.

– Да, мы там тоже были. Нам редко доводится пожить дома.

– Он, наверное, много наматывает?

– Около ста часов в неделю.

Они остановились возле самого большого на стоянке самолета.

– Это наш, – просияла Джулия, и они вышли из микроавтобуса. Пилот взял у Клея сумку и исчез с ней.

Пэттон Френч, естественно, разговаривал по телефону. Он махнул Картеру, приветствуя его на борту своего самолета. Джулия взяла у Клея пиджак и спросила, что принести выпить. Только воду с лимоном. Клей впервые попал на борт частного самолета, и у него захватило дух. Картинки из экспозиции в Новом Орлеане не могли даже отдаленно передать роскошь, что открылась его взору.

В салоне стоял легкий запах кожи, очень дорогой кожи: кресла, диваны, стены, даже столы были обтянуты кожей различных оттенков голубого и бронзового. Все светильники, дверные ручки и панели электронных устройств – позолочены. Деревянные – похоже, красного дерева – детали оформления интерьера отполированы до блеска. Это напоминало роскошный люкс пятизвездного отеля, только снабженный мотором и крыльями.

Рост Клея составлял ровно шесть футов, но над головой у него оставалось еще свободное пространство. В глубине длинного салона был устроен кабинет. Там-то и сидел Френч, продолжая разговаривать по телефону. Бар и кухня располагались в отдельной кабине, оттуда спустя несколько секунд вышла Джулия с водой для Клея.

– Вам лучше присесть, – посоветовала она. – Сейчас нас начнут буксировать.

Когда самолет медленно тронулся, Френч резко оборвал разговор и двинулся навстречу Клею. С сияющей белозубой улыбкой и новыми извинениями за то, что не уделил ему внимания в Новом Орлеане, он энергично потряс руку гостя. Френч был грузноват, в густых вьющихся волосах элегантно пробивалась седина, ему можно было дать лет пятьдесят пять, до шестидесяти он явно недотягивал. Казалось, каждая клеточка его организма излучала мощную жизненную энергию.

Адвокаты уселись за стол друг против друга.

– Недурно для прогулки, а? – сказал Френч, обводя рукой интерьер самолета.

– Весьма, – согласился Клей.

– У вас есть самолет?

– Нет. – От своей «безлошадности» Клей испытал чувство неполноценности. Какой же он после этого адвокат?

– Ничего, сынок, скоро будет. Без самолета не обойтись. Джулия, принеси-ка мне стаканчик водки. Это у меня уже четвертый – самолет, не стаканчик, – пошутил Френч. – Чтобы ими управлять, требуется двенадцать пилотов. И пять Джулий. А девочка ничего, правда?

– Очень даже.

– Куча накладных расходов, но и гонорары в результате полетов отличные. Вы слышали мое выступление в Новом Орлеане?

– Слышал. Получил большое удовольствие. – Клей лишь слегка покривил душой: как бы вызывающе ни выглядел Френч на трибуне, его речь действительно была занятной и познавательной.

– Я терпеть не могу подобным образом распространяться о деньгах, но вынужден был играть на публику. Большинство из тех парней, что находились в зале, в конце концов принесут мне какое-нибудь большое коллективное дело. Так что приходится, знаете ли, время от времени их взбадривать. Я создал самую успешную адвокатскую фирму по массовым деликтам в Америке, наша задача – держать в ежовых рукавицах финансовых шишек. Когда ведешь тяжбу с такими компаниями, как «Акерман», или любой из пятисот других, обладающих самыми крупными капиталами, нужно иметь соответствующую амуницию, пробивную силу, так сказать. У них денег немерено. И я просто пытаюсь выравнивать поле...

Джулия принесла хозяину водку, села в кресло и пристегнулась, приготовившись к взлету.

– Хотите перекусить? – спросил Френч. – Она может приготовить все, что угодно.

– Спасибо, я не голоден.

Френч сделал большой глоток, потом вдруг откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и, пока самолет разбегался и взлетал, казалось, молился. Воспользовавшись передышкой, Клей продолжил рассматривать салон. Он был до неприличия шикарным и дорогим даже на вид. Сорок – сорок пять миллионов за частный самолет! А ведь, если верить сплетням, подслушанным Клеем в кружке барристеров, компания «Гольфстрим» не успевала удовлетворять спрос. Желающим приобрести такое чудо приходилось ждать по два года!

Прошло несколько минут, самолет взлетел, лег на курс, и Джулия исчезла в кухне. Френч очнулся от своей медитации и хлебнул еще.

– Все, что написано в «Джорнал», правда? – спросил он гораздо спокойнее. У Клея создалось впечатление, что настроение Френча могло меняться быстро и радикально.

– В общем, да.

– Я дважды был на первой полосе, ничего хорошего. Неудивительно, что нас, адвокатов по коллективным делам, так не любят. Никто не любит, вам это еще предстоит почувствовать. Запах денег ассоциируется с отрицательными персонажами. Но вы привыкнете к этому, как привыкли все мы. Я однажды встречался с вашим отцом. – Во время разговора Френч косил глазом и выстреливал каждую фразу так, словно постоянно обдумывал свои слова на три хода вперед.

– В самом деле? – Клею с трудом верилось, что этот человек и его отец действительно были знакомы.

– Лет двадцать назад я работал в министерстве юстиции. Мы судились за кое-какие индейские земли. Но индейцы привели в суд Джаррета Картера из округа Колумбия, и войне был положен конец. Он был блестящим адвокатом.

– Благодарю вас, – лопаясь от гордости, сказал Клей.

– Должен признать, Клей, ваша атака на дилофт – шедевр. И сработано весьма необычно. В большинстве случаев слухи об опасных препаратах расползаются медленно, по мере того как жалобы поступают от все большего числа пациентов, Врачи процесс не ускоряют: они имеют свой куш от фармацевтических компаний, поэтому вовсе не спешат поднимать красный флажок. К тому же по законодательствам большинства штатов юридическую ответственность за назначение вредных препаратов в первую очередь несут именно они. Постепенно в дело начинают втягиваться юристы. У какого-нибудь дядюшки Люка из захолустного Подунка в далекой Луизиане вдруг ни с того ни с сего появляется кровь в моче, он целый месяц недоумевает по этому поводу, пока не сообразит пойти к врачу. А врач, пораскинув мозгами, просто отменяет ему тот чудодейственный препарат, который сам же и назначил. Неизвестно еще, додумается ли дядюшка Люк обратиться к семейному адвокату. Но даже если додумается, в этих заштатных городишках адвокаты обычно – серые мышки, которые имеют дело лишь с завещаниями и разводами, так что, попадись им приличный повод для коллективного иска, они его и распознать-то не сумеют. Чтобы вывести вредный препарат на чистую воду, нужно время. А то, что сделали вы, – просто уникально...

37
{"b":"11127","o":1}