ЛитМир - Электронная Библиотека

В одиннадцать Джейк позвонил в тюрьму.

– Шериф у себя? – задал он вопрос дежурному.

– Сейчас узнаю.

Прошло несколько секунд.

– Шериф Уоллс на проводе, – услышал в трубке Джейк.

– Оззи, это Джейк Брайгенс. Как дела?

– Отлично, Джейк. Как сам?

– Лучше некуда. Ты будешь еще некоторое время у себя?

– Да, пару часов. А в чем дело?

– Так, мелочи, хотел подъехать, перекинуться двумя словами. Буду минут через тридцать.

– Жду.

Джейк и шериф испытывали друг к другу взаимное уважение. Несколько раз Джейку пришлось довольно крепко прижать Оззи во время перекрестных допросов, но шериф видел в этом лишь издержки профессии и ничуть не обижался. На выборах Джейк голосовал за него, а Люсьен финансировал всю кампанию, так что Оззи весьма добродушно относился к их каверзным и подчас ехидным вопросам в ходе какого-нибудь разбирательства. Ему было интересно наблюдать за поведением Джейка в суде. А еще он любил подшучивать над ним по поводу регби. В 1969 году, когда Джейк, второкурсник, играл полузащитником в Кэрауэе, Оззи был уже признанной звездой в Клэнтоне. Но в мастерстве своем Джейк ему почти не уступал. И вот оба соперника, никем не превзойденные, столкнулись лицом к лицу на финальной игре в Клэнтоне. Оззи всласть поиздевался над защитой команды Кэрауэя и во время очередной схватки за мяч неосторожным движением сломал Джейку ногу.

И вот уже на протяжении многих лет, прошедших с того дня, он грозил сломать ему и вторую. Он не упускал случая посетовать на несуществующую хромоту Джейка, поинтересоваться, не ноет ли сломанная нога.

– Ну, что у тебя стряслось, старина? – задал он вопрос Джейку, как только они уселись вдвоем в маленьком кабинете шерифа.

– У меня не выходит из головы Карл Ли. Я тревожусь за него.

– А в чем дело?

– Оззи, давай договоримся. Все, что я сейчас тебе скажу, конфиденциальная информация. Я не хочу, чтобы о содержании нашего разговора знал кто-то третий.

– Это как-то уж больно серьезно, Джейк.

– Да, это серьезно, Оззи. Я разговаривал с Карлом Ли в среду, после предварительного слушания. Он был несколько не в себе, и мне это хорошо понятно. Я и сам испытывал бы то же самое. Он говорил о том, что собирается убить тех парней, звучало это как дело для него решенное. Мне показалось, тебе не помешает знать об этом.

– Парни в безопасности, Джейк. При всем желании Карл Ли не сможет до них добраться. Нам уже звонили, конечно, не называя имен, угрожали. Все темнокожее население здорово огорчено событиями. Но парни, повторяю, в безопасности. В камере, кроме них, никого, да и мы начеку.

– Это хорошо. Карл Ли не нанял пока меня своим адвокатом, но время от времени мне приходилось иметь дело с семейством Хейли, и я уверен, что сейчас он видит во мне своего семейного юриста, как бы дела ни разворачивались. Ты должен знать об этом.

– У меня нет причин для беспокойства, Джейк.

– Ладно. Позволь, я спрошу тебя кое о чем. У меня растет дочь, у тебя тоже, верно?

– У меня две.

– О чем же может сейчас размышлять Карл Ли? Будучи негром и отцом, я имею в виду?

– О том же, о чем думал бы и ты, окажись на его месте.

– И что же это такое?

Оззи откинулся на спинку стула, скрестил на груди руки, задумался.

– Прежде всего он волнуется о том, как девочка себя сейчас чувствует. Выживет ли она, и если да, то не останется ли калекой. Сможет ли иметь своих детишек, когда вырастет. Это физическая сторона вопроса. Его беспокоит также и то, что творится с ее мыслями и чувствами, не отразится ли происшедшее на ее дальнейшей жизни. И наконец, ему хочется убить подонков.

– И тебе хотелось бы того же?

– Очень легко сказать «да», но, мне кажется, человек не всегда знает, что он будет делать в том или другом случае. Думаю, что своим малышам я гораздо нужнее дома, а не в Парчмэне. А как по-твоему, Джейк?

– Да в общем-то я согласен с тобой. Не знаю, что бы сделал. Возможно, просто рехнулся бы. – Он помолчал, уставившись на крышку стола. – Но я вполне серьезно мог бы обдумывать план убийства тех, кто это сделал. Мне было бы очень тяжело засыпать по ночам, зная, что люди эти все еще ходят по земле.

– А как поступят присяжные?

– Будет зависеть от того, кто войдет в состав жюри. Стоит правильно подобрать людей, и человек выходит из здания суда оправданным. Если же подбор будет осуществлять окружной прокурор, то газовая камера обвиняемому гарантирована. Все зависит от жюри, а у нас в округе подыскать нужных людей не составит большого труда. Жители уже устали от насилий, грабежа и убийств. За белое население, во всяком случае, я говорю с полной уверенностью.

– Да, все устали.

– Ясно, что люди будут симпатизировать отцу, взявшемуся наказать бандитов. Они не верят нашей правоохранительной системе. На худой конец, думаю, мне удалось бы повлиять на присяжных. Убедить одного-двух, что эти животные заслужили смерть.

– Как Монро Боуи.

– Именно. Как Монро Боуи. Это была настоящая мразь, которую кто-то должен был убрать. И тут подвернулся Лестер Хейли. Да, кстати, Оззи, зачем, как ты думаешь, Лестер прикатил из Чикаго?

– Он очень дружен с братом. За ним мы тоже посматриваем.

Постепенно беседа перешла на другие темы. Оззи не преминул осведомиться о сломанной ноге. В конце концов мужчины обменялись рукопожатием, и Джейк вышел. Сев в машину, он отправился прямо домой, где его уже ждала Карла со списком поручений. Она не имела ничего против того, что по субботам муж все утро просиживает на работе, если к обеду он возвращается домой и выполняет ее указания.

* * *

В воскресенье после обеда во дворе больницы собралась толпа жителей Клэнтона. Люди заглядывали в окна первого этажа, желая увидеть, как отец толкает перед собой по коридору кресло на колесиках, в котором сидит маленькая Тони. Вот Карл Ли бережно подкатывает кресло к машине, нежно поднимает ребенка и усаживает девочку на переднее сиденье рядом с матерью. Ее братья сидят сзади. Карл Ли медленно трогает машину с места, и в сопровождении родственников, друзей и просто прохожих автомобиль выезжает на улицу. Караван медленно набирает скорость, устремляясь к городской окраине.

Она сидит на переднем сиденье, как взрослая. Отец слева сосредоточенно правит, мать украдкой смахивает слезы, братья сидят за ее спиной, молчаливые и строгие.

Не меньшая толпа ждала их прибытия и возле дома. По ней пронесся шумок, когда отец, подхватив девочку на руки, внес в двери родного дома и уложил на кушетке в гостиной. Тони была рада, что вернулась наконец к себе из надоевшей больницы, ее только немного угнетало присутствие посторонних. Мать положила свою легкую руку на ее ножки, а мимо бесконечным потоком шли двоюродные братья и сестры, дяди, тетки, соседи. Каждому хотелось увидеть ее, прикоснуться к ней и улыбнуться. У некоторых на глазах блестели слезы. Никто не произносил ни слова. Тони видела, как ее папочка вышел во двор и заговорил с дядей Лестером и еще какими-то мужчинами. Братья девочки тем временем отправились на кухню, чтобы вместе с остальными полакомиться приготовленной для гостей горой вкуснейшей еды.

Глава 7

Рокки Чайлдерс уже и сам успел забыть, сколько лет он состоит в должности прокурора округа. Должность эта приносила пятнадцать тысяч долларов в год и почти не оставляла ему свободного времени. К тому же она лишала Рокки всякой надежды завести собственную практику. К сорока двум годам он как юрист уже потерял квалификацию, превратившись в просиживающего долгие часы в присутственном месте чиновника, исправно переизбираемого на свою должность каждые четыре года. Слава Богу, Рокки был женат на белой женщине, у которой имелась возможность неплохо зарабатывать, – так что супруги могли позволить себе время от времени менять свой «бьюик» на последнюю модель, платить клубные взносы и в целом выглядеть так, как положено выглядеть образованному белому человеку в их округе. В молодости у Рокки были даже какие-то политические амбиции, однако избирателям удалось убедить его в пагубности подобного шага; теперь он со всплесками бурного, если не мятежного негодования в душе был обречен до конца своей карьеры разбираться с алкоголиками, магазинными воришками, хулиганящими подростками, изо дня в день выслушивать издевательские реплики судьи Булларда, которого он терпеть не мог. Разнообразие в жизнь привносили только случаи, подобные тому, что подбросили эти подонки Кобб и Уиллард, – обязанность проводить предварительное слушание и некоторые другие процедуры лежала именно на нем, только через него дела направлялись в суд на рассмотрение присяжными, а затем и выше: в суд штата, к прокурору судебного округа мистеру Руфусу Бакли, родом из Полка. Бакли был тем самым человеком, который поставил точку на политической карьере Рокки Чайлдерса.

18
{"b":"11130","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Уже взрослый, еще ребенок. Подростковедение для родителей
Клинки императора
Психология лентяя
Возвращение
Великие Спящие. Том 2. Свет против Света
Правила соблазна
Хочу быть с тобой
Представьте 6 девочек
Всеобщая история чувств