ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В этот момент я, пожалуй, мог бы обратить оружие против себя самого, окажись оно при мне.

— Юридических знаний? — переспросил я, словно он говорил на незнакомом языке.

— Именно, мистер Трейнор. Много ли вам удалось обнаружить дел, в которых пятилетним детям было позволено свидетельствовать в суде?

Я метнул взгляд в сторону Бэгги, но тот, видимо, вообще заполз под лавку.

— Ни одного, — ответил я.

— Отличный ответ, мистер Трейнор. Ни одного. За всю историю этого штата ни один ребенок моложе одиннадцати лет никогда не свидетельствовал в уголовном суде. Пожалуйста, запишите это себе где-нибудь и запомните на будущее, когда снова попытаетесь будоражить читателей подобными бульварными приемами.

— Довольно, мистер Уилбенкс, — прервал его судья Лупас, с моей точки зрения, недостаточно сурово. Не сомневаюсь, что и он, и другие юристы, в том числе, вероятно, и Гарри Рекс, испытывали удовольствие, наблюдая за расправой над невеждой, имевшим неосторожность сунуться в юридические дебри и заблудившимся в них. Даже мистер Гэддис, похоже, злорадствовал, глядя, как я истекаю кровью.

Люсьен был достаточно умен, чтобы вовремя прекратить кровопускание. Промычав что-то вроде: «Я с ним закончил», он сел. Мистер Гэддис вопросов ко мне не имел. Секретарь сделал знак, что я свободен. Возвращаясь на свое место, туда, где Бэгги забился под лавку, как бездомный пес, спасающийся от града, я старался держаться прямо и до окончания слушаний делал вид, что делаю заметки в блокноте, но важно-серьезный вид мне явно не давался. Я ощущал на себе взгляды со всех сторон. Я был унижен и хотел только одного: на несколько дней спрятаться у себя в кабинете.

Уилбенкс закончил свою речь страстным призывом во имя справедливости перенести процесс куда-нибудь подальше, быть может, даже на побережье залива, туда, где кто-то, вероятно, и слышал о преступлении, но никто не был «отравлен» — опять это ужасное слово! — тем, как оно подавалось в «Таймс». Он так увлекся бранью в мой адрес и в адрес газеты, что немного перешел границу. В своей итоговой реплике мистер Гэддис напомнил судье старое изречение о том, что излишняя горячность выдает слабость позиции.

Я записал его, после чего стремительно вышел из зала, будто спешил по неотложному делу.

Глава 11

На следующее утро Бэгги ворвался в мой кабинет со свежей новостью: Люсьен Уилбенкс только что отозвал ходатайство о переносе места слушаний. Как обычно, Бэгги фонтанировал аналитическими соображениями.

Первое состояло в том, что на самом деле Пэджиты и не хотели переноса дела в другой округ. Они якобы прекрасно знают, что Дэнни на сто процентов виновен и почти наверняка будет осужден в любом округе при условии правильно отобранного жюри. Единственный шанс для них — получить присяжных, которых они могут либо подкупить, либо запугать. Поскольку обвинительный приговор должен быть единогласным, достаточно одного-единственного голоса в пользу Дэнни — и жюри окажется расколотым; судье в соответствии с законом придется объявить суд несостоявшимся. Разумеется, будет назначено новое разбирательство, но результат окажется таким же. После трех или четырех попыток штат сдастся.

Несомненно, Бэгти провел в суде все утро, обсуждая вчерашнее заседание со своими одноклубниками, и излагал теперь объединенную компетентную точку зрения юристов. Он объяснил, что вчерашние слушания были срежиссированы Люсьеном Уилбенксом как подготовка к суду. Тому имелось два подтверждения. Во-первых, Люсьен провоцировал газету напечатать снимок Дэнни в тюремном облачении. Во-вторых, вытащил меня на свидетельское место, чтобы публично снять с меня стружку.

— И это удалось, будь он проклят, — признал мой сотрудник.

— Большое тебе спасибо, Бэгги, — съязвил я.

Далее Бэгги разъяснил, что, готовя почву для будущего процесса, который, как ему все это время было отлично известно, состоится здесь, в Клэнтоне, Уилбенкс хотел, чтобы «Таймс» придержала свою прыть в его освещении.

В-третьих или в-четвертых, Люсьен Уилбенкс никогда не упускал возможности покрасоваться перед публикой. Бэгги видел это много раз и рассказал мне несколько историй на эту тему.

Не уверен, что я до конца разделял его далеко идущие выводы, но все остальное в данный момент казалось бессмысленным: зачем бы еще Уилбенксу тратить время и силы на двухчасовое представление, зная, что это всего лишь спектакль? Я не сомневался, что в судах может происходить кое-что и похлеще.

* * *

В третий раз на обед было жаркое. Мы опять трапезничали на веранде. Шел затяжной дождь.

Я в очередной раз признался, что никогда не едал такого блюда, и мисс Калли подробно рассказала мне рецепт приготовления. Подняв крышку с большого сотейника, красовавшегося в центре стола, она закрыла глаза и втянула носом поднявшийся изнутри густой аромат. Прошел уже час с момента моего пробуждения, так что от голода я был готов проглотить даже скатерть.

Она объяснила, что это — самое простое ее блюдо. Нужно обжарить куски говяжьего окорока с жирком, переложить их в сотейник, сверху покрыть слоями нарезанной молодой картошки, лука, репы, моркови и свеклы; посолить, поперчить, налить немного воды, поставить в духовку на медленный огонь и тушить пять часов. Она наложила мне полную тарелку мяса с овощами и обильно полила все это соусом.

— Красноватый оттенок придает блюду свекла, — объяснила она.

Потом спросила, не хочу ли я прочитать молитву. Я отказался. Мне давненько не доводилось молиться, и в любом случае у нее это получалось куда лучше. Она взяла мои руки в свои, мы закрыли глаза. Мисс Калли обращалась к небесам под аккомпанемент дождя, отбивавшего дробь по черепице у нас над головами.

— А где Исав? — спросил я после того, как проглотил первые три куска.

— На работе. Иногда ему удается вырваться на обед, но чаще — нет. — Она явно была чем-то озабочена и наконец решилась: — Могу я задать вам личный вопрос?

— Ну конечно!

— Вы христианин?

— Разумеется. Мама водила меня в церковь на Пасху.

Это ее не удовлетворило. Не такого ответа она от меня ждала.

— А в какую церковь?

— В епископальную. В мемфисскую церковь Святого Луки.

— Боюсь, у нас в Клэнтоне такой нет.

— Да, я не видел. — Нельзя сказать, что я усердно искал, где бы помолиться. — А какую церковь посещаете вы?

— Церковь Господа во Христе, — с готовностью ответила она, и на лице ее появилось выражение безмятежной радости. — Мой пастор, преподобный Терстон Смолл, — прекрасный, благочестивый человек. И очень хороший проповедник. Вам непременно нужно прийти послушать его.

Я слышал рассказы о том, как молятся чернокожие, как по субботам они проводят в церкви весь день напролет, знал, что их службы заканчиваются поздно вечером, когда прихожане чувствуют, что все душевные силы до конца отданы Богу. И живо помнил те страдания, которые в детстве мне приходилось претерпевать во время пасхальной службы в епископальной церкви, куда меня таскали насильно, — больше часа я не выдерживал.

— Вашу церковь посещают белые прихожане? — спросил я.

— Только в год выборов. Тогда некоторые политики приходят вынюхивать, как собаки. И обрушивают на наши головы кучу обещаний.

— Они высиживают всю службу?

— Нет, что вы! Для этого они слишком заняты.

— Значит, у вас можно приходить и уходить в любое время?

— Вам, мистер Трейнор, — да. Мы сделаем исключение. — И она пустилась в долгий рассказ о своей церкви, в которую можно было пройти пешком от ее дома и которая несколько лет тому назад была сметена пожаром. Пожарная команда, находившаяся, разумеется, на «белой» половине, обычно не спешила на вызовы, поступавшие из Нижнего города. Так они лишились своей церкви, но это неожиданно оказалось благословением! Преподобный Смолл сплотил вокруг себя приход. Почти три года они собирались на складе, который сдал ему добрый христианин мистер Вирджил Марби. Склад находился всего в квартале от Мейн-стрит, и многие белые выражали недовольство тем, что черные молятся на их половине города. Но мистер Марби проявил твердость. Преподобный Смолл собрал деньги, и через три года после пожара они уже разрезали ленточку на открытии своего нового храма, который был в два раза больше старого. Теперь по воскресеньям храм бывает полон.

25
{"b":"11131","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Праздник нечаянной любви
Академия черного дракона. Ведьма темного пламени
Щегол
Отдел продаж по захвату рынка
Алмазная колесница
Дама из сугроба
Источник
Сам себе плацебо: как использовать силу подсознания для здоровья и процветания