ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Глава 49. Беата

Здание, в котором скрылись Вовка, Ольгерд и Угги, действовало мне на нервы. В широченной, на редкость уродской красной многоэтажке ощущалось присутствие шестидесяти-семидесяти человек. И отслеживать местонахождение ребят у меня получалось с большим трудом. Кроме того, к ней примыкало еще пяток таких же уродских строений, и серые, обшарпанные переходы, соединяющие дома между собой, по мнению Нейлона, идеально подходили для скрытного перемещения сил вероятного противника. А контролировать дальний от дома, в котором мы расположились, переход, располагающийся почти под самым потолком яруса и с противоположной от нас стороны, получалось хуже всего: просто не хватало способностей. Видимо, поэтому настроение у меня ухудшалось с каждой минутой ожидания. И еще, привыкнув постоянно находиться в самой гуще происходящих событий, я просто не привыкла находиться в стороне. И это было невыносимо. Поэтому у меня в голове вертелись мысли, не имеющие никакого отношения к происходящему. Я вспоминала Аниор, Деда, который давно перестал мотаться с нами по Радужному Вееру миров и занялся воспитанием собственного ребенка. Мне тоже хотелось на время забыть про эти бесконечные приключения, и хоть пару лет жизни провести в спокойствии, неге и счастье. Увы, пока не получалось — в настоящее время из-за проблем Эола и его соплеменников. А ведь возвращаясь с Ронтара, я искренне верила, что еду отдыхать на Землю! Щазз, как сказал бы мой Вовка — вместо портала к мороженому, саунам и кинотеатрам в берлоге у Хранителя нас ждали очередные проблемы… Андроиды, Твари, Пророчества… Век бы их не видать…

Думать приходилось в половину сознания — оставшаяся часть отслеживала перемещения людей в здании, пытаясь найти что-нибудь ненормальное в их поведении — тогда у меня появилось бы моральное право сорваться с места и вместе с Оливией, Эриком и Нейлоном рвануть на помощь нуждающимся в ней ребятам. Увы, в замершем в полумраке здании все было спокойно…

— Что за кретин решил так его покрасить? — внезапно подумала я. — Эти серые полосы переходов на красном фоне смотрятся, как… как… Ассоциаций все не находилось, и я, злобно зыкнув по сторонам, вдруг застыла: перед глазами возникли прочитанные в логове строчки одного из отложенных в сторону пророчеств: …На красном фоне — росчерк серый; там, на огромной высоте уходит прочь, довольно щерясь тот, кто почти убил гостей… …Не ожидав удара в спину, под гнетом камня жив едва дождется милую мужчина…

И… грянет время Баловства…

— Росчерк! Серый на красном! — по спине пробежали мурашки, и мне внезапно стало не по себе: образ подходил идеально. Мало того, в переходе справа и выше меня вдруг почувствовалось передвижение полутора десятков человек, бегущих ОТ здания, в котором сейчас находились ребята!

— Темп! — выдохнула я, вскочила на ноги, и, не дожидаясь, когда мгновенно вошедшие в состояние джуше ребята рванут вслед за мной, выскочила на лестницу.

Образы Глаза, брата и Угги находились там же, где и минуту назад, но ощущение беды, которая могла произойти или уже произошла, все усиливалось и усиливалось.

Поэтому, выбив попытавшуюся застрять дверь, я вылетела на улицу и огромными прыжками понеслась по направлению к ближайшему входу в дом, в котором ребят должны были ударить в спину, и под каким-то там камнем мог умереть мой муж!

Парочку аборигенов, охранявших дверь, я положила походя, абсолютно не задуряясь по поводу скорости или силы удара: мне было не до контроля. Чуть позже, озверев от идиотской планировки здания, в котором невозможно было добраться к находившимся неподалеку ребятам по прямой, я начала жалеть, что не взяла одну из первых жертв проводником. Но, к счастью, после пары минут беготни в одном из коридоров мы обнаружили толпу вооруженных чем-то вроде кусков арматуры мужчин, пытающихся выломать закрытую дверь. Увидев размытые тени, вылетевшие из-за угла, пяток самых внимательных двинулись было нам навстречу, но Оливия, бегущая чуть правее и сзади, принялась метать свои ножи. Как обычно, без промаха: пробежав метров двадцать, разделявшие меня и моих противников, я перескочила через все еще падающие трупы, и вбила клинок, зажатый в правой руке, в почку орудующему увесистой железякой парню.

Нейлон и Эрик не отставали — так и не собравшись в боевую тройку, ребята, перепуганные моим воплем, резали аборигенов, как свиней на бойне — деловито и безумно быстро. Буквально секунд через пятнадцать после нашего появления в прямой видимости перед нами не осталось ни одного противника. А вот дверь… открыться не захотела: сделанная из какого-то очень похожего на сталь материала, она не реагировала даже на удары Нейлона!

Взвыв от бешенства, я в отчаянии огляделась по сторонам в поисках той самой железяки, которой пытались открыть дверь аборигены.

— Где? — жест Эрика, повторенный раза три, заставил меня вытянуть палец и показать направление — за неприступную дверь и вверх.

— За мной… — движения рук в состоянии джуше давно воспринимались как приказ, и я, рванув вслед за ним, не сразу сообразила, что он хочет сделать.

Зато Нейлон понял сразу: выбив окно, он первым выскочил из дома, сцепил руки перед собой, и, дождавшись, пока супруг Оливии поставит получившийся замок правую ногу, подбросил парня вверх. Не дожидаясь, пока упадут осколки выбитых Эриком стекол, вслед за ним взлетели Оливия и я, и, не дожидаясь, пока первопроходец, сорвав с себя ремень, свесится вниз, чтобы дать возможность разбегающемуся Нейлону до него дотянуться, понеслись по коридору.

Пыль, непонятно откуда взявшаяся в воздухе, мешала дышать. Причем, чем ближе к Вовке, Ольгерду и Угги, тем ее было больше. Запредельно ускорившись, я не вписалась в поворот, больно ударилась о стену плечом, и, с трудом восстановив равновесие, метнулась к каменному мессиву, возникшему передо мной: где-то там, под обломками каменных плит, должен был находиться мой муж!

Удар в плечо отбросил меня в сторону от вздымающейся под углом плиты, под которой я чувствовала Вовку, и, падая, я успела увидеть, как в ее край вцепляются пальцы Нейлона. Через долю секунды рядом с ним возник Эрик, и оба парня, уперевшись ногами, потянули ее вверх. Пару мгновений мне казалось, что у них не хватит сил: на спине Нейлона лопнул балахон, обнажая вздувшиеся мышцы, но потом плита медленно начала приподниматься на ребро.

Сообразив, что на весу они ее долго не продержат, я метнулась в сторону, выбрала здоровенный обломок, и, с трудом стронув его с места, покатила к ребятам. Оливия тут же оказалась рядом, и через несколько секунд он оказался под плитой. А я полезла в образовавшуюся щель…

— Ой, бля!!! — удар по голове оказался такой силы, что у меня из глаз полетели искры. Я вывалилась обратно, вышла из состояния джуше и схватилась за расквашенный в кровь лоб.

— Ну, и что за чайник прет навстречу в таком темпе? Нет, чтобы дать возможность вылезти? Ой, кися, это я тебя так? — ободранный, окровавленный, но живой Вовка, стоящий на четвереньках, смотрел на меня такими влюбленными глазами, что я забыла про кровь, текущую по лицу:

— Щепкин! Жив, скотина? А я боялась, что не успею…

— А что со мной может случиться? — криво ухмыльнулся он, и, с трудом встав на ноги, посмотрел куда-то за спину: — Если, конечно, меня не прикончит твой брат…

В отличии от этой паршивой каменюги, он сломал мне пару ребер… И нахрена, спрашивается?

— Ольгерд? Тебе? — не поверила я. — С чего это вдруг?

— Сам не врубаюсь… Ладно, потом разберемся. Где он, кстати?

Мне стало не по себе — увидев Вовку живым и здоровым, я умудрилась забыть о брате!

— Вот тут! Передо мной! — пройдя пару шагов к полузасыпанному камнями дверному проему, я, не дожидаясь ребят, начала растаскивать завал. …На лица Ольгерда и лежащего рядом с ним Угги было страшно смотреть. Пот, выступивший от перенапряжения, смешался с каменной крошкой и превратился в безобразную маску, сквозь которую с трудом угадывались впадины глаз и темные провалы ртов. Струйки крови, стекающие из носа, лопнувшие на вздувшихся от перенапряжения предплечьях рукава, ободранные и окровавленные колени, и хриплое дыхание довершали жуткую картину, открывшуюся нам после того, как мы смогли приподнять очередную плиту.

62
{"b":"111469","o":1}