ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

12. БУРНОЕ ОКОНЧАНИЕ ОДНОГО УЖИНА

Через два дня Бриджмен и Ян довольно поздно засиделись за ужином после долгого дня в банке. Бриджмен не только уладил проблемы управления, посадив тут одного клерка, там другого, обсудил с архитектором установку сейфа за кабинетом президентов, то есть самих Бриджмена и Хендрикса, но и решил вопрос с садом, который Ян предполагал перепланировать, а так же с облюбовавшими его кошками.

— Предпочитаю видеть кошек, а не крыс, — заявил юноша.

И Бриджмен, сдерживая улыбку, с ним согласился.

Отныне именно в сейфовой комнате предстояло хранить вторую половину золотых монет и прочие драгоценности, вывезенные из Мехико после многих приключений, не обошедшихся без пота и крови.

Оба покинули Бонд-стрит, бросив долгий умиленный взгляд на вывеску, где золотыми буквами на темно-красном фоне было выведено: «Bridgeman and Hendricks, Bankers».[28]

Оба надеялись хорошенько отдохнуть ночью, ради чего велели подать себе гораздо лучший, чем обычно, кларет. После этого Бриджмен отпустил слуг. Речи компаньонов уже стали несколько бессвязными, когда из соседней галереи вдруг донесся подозрительный шум. Кто-то взламывал выходящее в сад окно, вероятнее всего, снаружи.

Бриджмен нахмурился и встал. Паркет галереи заскрипел под тяжестью шагов. Ян тоже поднялся. Несколько человек направлялись в их сторону. Когда они вошли в комнату, оказалось, что их трое. Главарь держал в руке пистолет. На нем, как и на остальных, был черный плащ. Квадратное курносое лицо, обрамленное рыжей окладистой бородой, глаза еле видны из-под широкополой шляпы.

— Сядьте, — приказал он Бриджмену и Яну.

Движением подбородка вожак велел своим сообщникам встать у банкиров за спиной.

— Камень, — сказал он властным тоном.

— Какой камень? — спросил сбитый с толку Бриджмен.

Главарь грабителей язвительно проворчал:

— Вы отлично знаете какой, Бриджмен. Философский камень. Или то, что его заменяет.

Бриджмен вытаращил глаза. Ян не понимал.

— Не принимайте меня за дурачка, Бриджмен, — сказал бородач. — Вы унаследовали бумаги вашего друга Ньютона, который был близок к своей цели, когда смерть ему помешала. И вдруг вы становитесь богачом, привозите к Эшу и Бромлею кучу золота и, считая себя хитрецом, зачисляете ее на счет этого юнца.

— Вы заблуждаетесь, — возразил Бриджмен. — Философский камень не имеет к этому никакого отношения. Но, как бы там ни было, я не владею ничем, что отвечало бы его описанию.

— Ха! — вскричал разбойник. — Мой хозяин так не думает.

— Ваш хозяин? Кто же это?

— Вы не знаете его имени. Хватит уверток. Камень! Или мы подпортим личико вашему смазливому дружку, — сказал главарь, приближаясь к Яну.

Тот обжег незнакомца огненным взглядом. В камине громко стрельнуло полено. Человек вздрогнул.

— А потом настанет ваш черед, Бриджмен. Если выживете, будете безобразнее трупа, — добавил негодяй, повернувшись к Соломону. — Никакое золото не поможет вам вернуть ни уши, ни нос…

С молниеносной быстротой Ян схватил стоявший на столе серебряный кубок с перцем и швырнул его содержимое в лицо бородачу. Тот взревел и, хоть и ослепленный, попытался взвести курок своего пистолета. Но раньше, чем другой бандит, стоявший за спиной у Яна, успел вмешаться, юноша нырнул вперед, вцепился главарю в ногу, дернул и опрокинул его на пол. Раздался выстрел. Но пуля попала в потолок, а бородач, растянувшийся на полу, больше ничего не видел: он исходил слезами, кашлял, задыхался. Его сообщник чуть не поймал Яна, но юноша снова ускользнул, прыгнул к камину, завладел кочергой и как раз в тот момент, когда преследователь уже хотел схватить его, отвесил ему удар по животу. У того из глотки вырвался ужасный вопль. Когда он рухнул, осмелевший Бриджмен сцепился с последним головорезом. Ян, не выпустивший из рук своего оружия, изо всех сил ударил непрошеного гостя по ногам. Жуткий вой разорвал ночь.

— Что, переломаны? — крикнул Ян в бешенстве.

Он подбежал к столу и, схватив бутылку кларета, обрушил ее на голову главаря, катавшегося по полу. Тот затих. Третий бандит в панике попытался бежать, но теперь он остался один против двоих. Ян загородил ему дверь, а Бриджмен сграбастал за шкирку. И когда мерзавец обернулся, влепил ему мощный удар по печени. Тот сложился пополам. Прямой в челюсть отправил его на пол.

— Веревки! — крикнул Ян двоим слугам, прибежавшим на шум.

Те исчезли и через несколько мгновений вернулись с веревками. Ян подскочил к главарю, по-прежнему валявшемуся без движения, и начал его энергично скручивать. Куда подевалась сонливость, обуявшая его перед вторжением разбойников! Бриджмен со слугами связал и остальных.

Покончив с этим делом, Ян рухнул в кресло и посмотрел на троих опутанных веревками злоумышленников, один из которых, со сломанной ногой, испускал душераздирающие вопли.

— Умолкни, не то оглушу! — прикрикнул он на него.

Бриджмен ошеломленно воззрился на Яна, не узнавая мягкого и чувствительного юношу, которого знал, потом сел.

— Остался еще кларет? — спросил Ян уже спокойнее.

Слуга побежал за вином.

— Что вы намереваетесь делать? — спросил Бриджмен, поскольку руководство операцией явно перешло к молодому человеку.

— Дождаться, пока главарь придет в себя. И допросить. А пока посадите его на стул, вон там, — приказал он слугам, когда кларет был поставлен на стол.

Слуги взгромоздили главаря на стул. Ян подошел к нему и отвесил оплеуху. Потом другую. Бандит приоткрыл глаза; слюна и слезы смешались с кровью, запекшейся на его лице и бороде. Ян вытащил из-за пояса кинжал — свой верный старый клинок.

— Послушайте меня, — сказал Ян главарю. — Я не сразу сдам вас полиции. Сначала вы мне скажете, кто вас послал.

Тот оторопел.

— И чем скорее, тем лучше, — продолжил Ян, уколов его в грудь кинжалом. — Ибо, видите ли, я вас подвергну тому, что вы обещали мне. А потом скажу, что мы с вами дрались и я вас ранил в драке.

Он схватил человека за ухо и приложил к нему лезвие, словно готовясь отрезать. Главарь заорал. Пораженные ужасом слуги не знали, как им быть. Бриджмен объяснил, в чем дело, и они умолкли, наблюдая сцену как зачарованные.

— Так кто? — спросил Ян, надавив сильнее.

— Косгуд! — крикнул бандит. Его голос дрогнул, перейдя в рыдание; из носа потекло. — Джеймс Косгуд! Будь ты проклят, демон!

Бриджмен вытаращил глаза и подошел к нему вплотную.

— Так это Джеймс Косгуд поручил пытать нас?

Главарь захрипел и кивнул. Слуги изумленно вскрикнули — названный человек бывал тут в гостях.

— Кто он такой? — спросил Ян.

— Был другом, — ответил Бриджмен замогильным голосом.

Очевидно, он пока не желал говорить об этом. Или не хотел, чтобы его слышали разбойники.

— Пусть позовут цирюльника, — сказал Ян. — Надо наложить шину на ногу этого негодяя, прежде чем его отправят в тюрьму.

Цирюльник прибыл через два часа и застыл при виде зрелища, представшего его глазам. Он уже заканчивал перевязку, когда явилась полиция и оторопела еще больше.

— Мистер Бриджмен, вы были слишком добры, позволив лечить этого преступника, — сказал лейтенант.

— Нет-нет, — запротестовал Бриджмен. — Это чтобы он не смог утверждать, будто оговорил себя в бреду, из-за раны.

— Но как вам удалось одолеть трех вооруженных человек? — спросил полицейский, взяв пистолет главаря.

— Мистер Хендрикс дрался как лев, — объяснил Бриджмен.

Когда они с Яном закончили свой рассказ, уже занималась заря. Полицейские увезли бандитов в тюремном фургоне.

Ян вернулся к себе, чтобы умыться.

Он вновь встретился с Бриджменом за тем же столом, уже убранным и накрытым к завтраку. Комнату тоже привели в порядок. Англичанин выглядел утомленным. Он поднял на Яна озадаченный взгляд: то же чистое, свежее лицо, те же изящные черты. Только усталость во взоре да легкая горечь в уголках губ. Соломон недоверчиво покачал головой.

вернуться

28

«Бриджмен и Хендрикс, банкиры» (англ.).

17
{"b":"111480","o":1}