ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Шестой сон
Украденное лицо
Слава
Уйти красиво. Удивительные похоронные обряды разных стран
Без стресса. Научный подход к борьбе с депрессией, тревожностью и выгоранием
Мастер клинков. Клинок заточен
Кодекс Вещих Сестер
Странная история дочери алхимика
Сбывшееся желание
Содержание  
A
A

Но чего стоит подобная приверженность?

Себастьян вспомнил один пикантный, почти забавный, но во всяком случае вполне показательный эпизод. Во время своего первого визита в тронный зал он бросил всего один беглый взгляд на его чрезмерно раззолоченное убранство, выставлявшее напоказ тщеславную роскошь, какую любят все царьки. Попав же туда во второй раз, он заметил географическую карту, занимавшую большую часть стены. Себастьян подошел поближе и стал ее рассматривать.

— Что это? — спросил он у человека, показавшегося ему управляющим дворца.

— Карта мира, — ответил тот по-английски.

Документ, нарисованный на тонком пергаменте больших размеров, с изрядным тщанием воспроизводил все реки и горы Индии, а также ее главные святилища с их названиями на санскрите.

— Мира? — удивился Себастьян.

К востоку от Индии не было ничего. Сверху был изображен Китай в виде небольшого острова. А на запад от Индийского океана виднелась россыпь островков, надпись над которыми управитель с готовностью перевел: «Англия, Франция и другие страны, где носят шляпы».

Себастьян едва удержался от смеха. Но, обернувшись, увидел чуть заметную улыбку на лице домоправителя.

— Это ведь не для мореходов? — спросил он.

— Нет, это политическая карта, — ответил дворецкий.

Эти люди не видели дальше собственного носа. А потому были обречены служить игрушками великим державам. И если Россия когда-нибудь всерьез заинтересуется Индией, она не станет более милосердна, чем Англия и Франция, к их самолюбию, традициям и богатствам.

Магараджа Индаура, наверное, не будет принят в Общество друзей. Если предположить, что ему придет в голову пожелать этого.

После первой же трапезы, еще более роскошной, чем у Тарик-хана Хаттака, оживленной вином, а к десерту еще и выступлением едва созревших танцовщиц, владыка Холькар объявил на ломаном английском, но весьма решительно:

— У нас есть люди. У нас есть порох. Нам нужны пушки и флот, чтобы покорить магометан и изгнать англичан и французов. Это, граф, вы и должны сказать в России.

Жесткая программа.

Себастьян постарался втолковать, что флот не строится в один день и что Россия пока занята сдерживанием турок («Магометан!» — оборвал его царь) и персов («Разбойников!» — опять рявкнули ему).

Владыка Индаура вовсе не был расположен к нюансам, этому прибежищу малодушных.

Себастьян очаровал его рассказом о своих злоключениях по пути из Мазар-эль-Шарифа в Пушапур, присовокупив замечание о легковесности афганских разбойников и расхвалив храбрость русских солдат. Указал также на князя Александра Полиболоса как на меткого стрелка, который с первого же выстрела уложил одного из лиходеев на гребне ущелья. В изложении Себастьяна даже численность шайки немного возросла.

Толмач тем временем переводил его рассказ для прочих гостей, и все сочли посланника императрицы Елизаветы настоящим храбрецом.

Царь поднял свой кубок в честь юного героя. Вот уж кто умеет обращаться с мушкетом! Грянули здравицы. Александр изящно кивнул в ответ и тоже поднял свой кубок.

Себастьян выиграл партию. Он был тут же пожалован официальным титулом «посол России» и получил в пользование настоящий маленький дворец, отдельно стоящий неподалеку от царского, со всей необходимой и даже избыточной челядью.

Просторное беломраморное здание было совсем новым, как и подавляющая часть дворцового комплекса, да и самого города Индаура, впрочем.

Оставалось только дождаться, когда Россия построит свой флот.

Александр наблюдал за триумфом отца насмешливым взглядом.

Себастьян смог наконец устроиться с удобствами, которых ему так отчаянно не хватало в последние месяцы.

Солиманов, поскольку его миссия была завершена, отправился обратно в Россию. А Себастьян смог пополнить свой кошелек у одного голландского купца благодаря векселю на амстердамский банк. Голландец, похоже неплохо нажившийся на слоновой кости и шелках, указал графу де Сен-Жермену также адрес одного торговца драгоценными камнями. И Себастьян не смог устоять перед голкондским рубином величиной с орех и еще перед какими-то незнакомыми ему, но не очень дорогими камнями, одни из которых напоминали алмазы, другие рубины. На самом же деле это были уральские гранаты. Он заказал себе из них пуговицы.

Освежив свое европейское платье, которое они не надевали с самого Красноводска, Себастьян с Александром нарядились на местный лад. Носить западную, слишком облегающую одежду в этом климате было бы невыносимо. По совету дворецкого магараджи Джаймини Айангара были сшиты штаны, рубахи и халаты, по качеству и покрою в точности соответствующие их вельможному рангу: хоть и чужестранцы, они тем не менее были в своих странах равны членам высшей индусской касты, брахманам. Путешественников это вполне устраивало. Единственным отличием индусских шаровар от туркменских оказалось то, что они стягивались на лодыжках; это помогало не цепляться за резную мебель и с несколько большим удобством садиться на лошадь.

Их жилище было маленьким дворцом. Но Себастьян рассудил, что не сможет дожидаться в нем, пока Россия закончит постройку своих химерических кораблей. Через три недели царского гостеприимства он опять нанес визит дворецкому, а на самом деле министру финансов и управляющему царскими имениями Джаймини Айангару. Собственно, он был еще и главным его собеседником, поскольку, по нежданному счастью, говорил по-английски. Его гладкое лицо и вкрадчивые движения одновременно определяли и его личность, и должность: он был словно создан решать проблемы, не обнаруживая при этом ни малейшего усилия. Себастьян объявил ему, что не хотел бы злоупотреблять царским гостеприимством, и попросил его содействия в поисках столь же приятного, но более скромного жилища в окрестностях.

— А это вам не подходит? — спросил Айангар, переминаясь толстыми ногами на синем ковре.

— Оно намного превосходит мои пожелания, но я проявил бы нескромность, задержавшись в нем.

— Государь сказал мне, что вы доставляете ему удовольствие, принимая его гостеприимство. Ведь вы представляете единственную страну, которая не набрасывается на Индию, как коршун на ягненка. Государь рад беседовать с вами, он вас считает героем и много раз превозносил вашу мудрость и ученость. Неужели вы хотите его огорчить?

— Я был бы сокрушен этим.

— Тогда прошу вас отбросить всякие колебания. Только дайте мне знать, чем еще я могу обогатить ваше жилище, чтобы доставить вам удовольствие.

— Вы доставите мне удовольствие, если поможете обогатить мой ум, — ответил Себастьян, поразмыслив.

— И как же?

— Я бы хотел выучить санскрит.

Интендант еле заметно приподнял брови.

— Ваш интерес к языку нашей учености очень лестен. Но известно ли вам, что на нем чаще читают, чем говорят?

— На самом деле я хотел бы научиться читать ваши древние книги. Ваш государь хвалит мою ученость, и я очень ему признателен. Но сам я нахожу ее ничтожной. И уверен, что ваши книги расширят ее.

— Смирение — свойство мудрости, — ответил Айангар. — Позвольте мне подумать, как можно удовлетворить вас наилучшим образом.

На следующий день Айангар представил Себастьяна некоему пурохите, в своем роде царскому духовнику, которому и предстояло стать его учителем. Как того требовала его должность, он был брахманом.

Внешне пурохита был полной противоположностью Айангару. Худощавый и задумчивый. Без усов. Тонкая кость и аристократическая ступня. Его звали Джагдиш Шаудури, и Себастьян сразу же стал величать его учителем Джагдишем.

Оба, и учитель, и ученик, какое-то время изучающе смотрели друг на друга, не говоря ни слова и примечая малейшие признаки, по которым можно догадаться о характере и уме человека: морщинка, невольный жест, отражение мысли на лице. Себастьян оценил внутреннюю сдержанность представителя высшей касты, который вынужден был оказывать услугу человеку, стоящему гораздо ниже его по рождению, да к тому же простому служащему при дворце, что наверняка унижало брахмана еще больше.

66
{"b":"111480","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Эхо прошлого. Книга 1. Новые испытания
S-T-I-K-S. Охота на скреббера. Книга 2
Селфи на фоне дракона. Ученица чародея
Кулинарная кругосветка. Любимые рецепты со всего мира
Наш грешный мир
Чайка Джонатан Ливингстон
Наследник из Сиама
Мираж золотых рудников