ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Я знаю о ней еще более ужасные вещи, – сказал Нэш. – Миссис Эмброуз иногда оказывает услуги мужчинам с… непомерными аппетитами.

Глаза Ксантии округлились.

– С непомерными аппетитами?..

Нэш кивнул.

– Перед миссис Эмброуз открыты двери многих увеселительных заведений, – продолжал он. – И сама она женщина… весьма свободных взглядов, если можно так выразиться.

– Теперь мне все понятно. – Ксантия сделала глоток вина.

– Что именно вам понятно?

Ксантия потупилась.

– Однажды миссис Эмброуз ужинала у нас. Когда она сняла перчатки, я увидела красные следы у нее на запястьях. На ней были браслеты, но они не прикрывали эти следы.

Маркиз поморщился.

– Миссис Эмброуз любит подобные игры. Но травмы и раны – это уж слишком. Наверное, тот, с кем она проводила время, совсем рехнулся и вышел из повиновения. Миссис Эмброуз, конечно, распутница, но ей вряд ли приятно испытывать настоящую боль.

Ксантия взяла с тарелки кусочек яблока.

– Вы быстро разделались с яблоком, Нэш. Создается впечатление, что вам не по себе и вы не знаете, чем занять руки.

– Просто мне кажется, что все эти подробности из жизни миссис Эмброуз не для ваших ушей, Ксантия.

– А вы знаете, Нэш, сколько проституток обитает в таких портах, как Бриджтаун или Уэппинг? Вы и представить себе не можете, чего только я не наслушалась и не насмотрелась за свою жизнь.

– При одной мысли об этом меня бросает в дрожь, дорогая моя. Но в данном случае речь идет об эротических извращениях, а не о совокуплении за два соверена. Женщины и мужчины, обладающие изобретательностью в любовных утехах, могут запросить огромную цену за свои услуги, если, конечно, вообще захотят брать за это деньги.

– А миссис Эмброуз берет?

Нэш пожал плечами.

– Как когда, – ответил он, протягивая Ксантии еще одну дольку яблока.

– А как вы думаете, Киран связывает ее, прежде чем овладеть ею? – спросила Ксантия. – Или, может быть, сначала она производит какие-нибудь… действия? Ну например, бьет его тростью, предварительно переодевшись гувернанткой?

– О Господи! Что за фантазии! – воскликнул Нэш. – Я не знаю точно, что там у них происходит, но поговаривают, что миссис Эмброуз любит, когда мужчина доминирует.

– В таком случае Киран – именно тот, кто ей нужен, – сделала вывод Ксантия.

– Миссис Эмброуз и ваш брат – опасная парочка, – заметил маркиз.

Ксантия поднялась из-за стола и подошла к нему сзади.

– А нас вы считаете опасной парочкой? – спросила она, склонившись над его плечом.

Нэш повернул голову и взглянул на нее снизу вверх.

– В данный момент вы для меня – самая опасная женщина на свете, дорогая.

Руки Ксантии скользнули по его плечам и груди. Сквозь тонкую ткань рубашки она ощущала теплое мускулистое тело.

– Мне жаль, что мы теряем драгоценное время, – прошептала она. – Не подняться ли нам наверх?

Нэш молча встал и, захватив со стола тарелку с дольками яблока, последовал за ней.

Спустя несколько часов Ксантия проснулась в объятиях Нэша. Она чувствовала, как по телу ее разливается сладкая истома. Тарелка, на которой недавно лежали ломтики яблока, была пуста. Лепестки гибискуса, которыми была усыпана постель, завяли. И только вазы с цветущими ветками напоминали о широком жесте Нэша.

Но сейчас он спал, судя по всему. Во всяком случае, дышал глубоко и ровно. Повернув голову, Ксантия взглянула на часы, стоявшие на каминной полке. Однако комната была так тускло освещена одинокой свечой, что она не смогла разглядеть стрелки на циферблате. Осторожно высвободившись из объятий маркиза, она села на постели и, откинув с лица волосы, взглянула на ворох одежды на стуле.

Ксантия понимала, что должна вернуться домой до того, как придут слуги. Настороженно поглядывая на Нэша, она быстро оделась и сунула в карман два письма, которые нашла в секретере. Они не были франкированы, а их потемневшие сгибы свидетельствовали о том, что письма пришли издалека. Ксантия надеялась, что маркиз не хватится их и ей удастся в ближайшее время незаметно вернуть письма на место.

Прежде чем покинуть дом, Ксантия намеревалась заглянуть в библиотеку, где стоял большой письменный стол. Возможно, обыскав его, она найдет наконец доказательства невиновности Нэша. Ей очень хотелось предъявить их мистеру Кемблу, который, наверное, следил за ней все последнее время.

Ксантия уже сожалела о том, что обещала Венденхейму держать в строжайшем секрете все, что она узнала от него. Только данное ею обещание не позволяло ей рассказать Нэшу о том, что власти подозревают его в государственной измене. Интересно, что бы он сказал в ответ?

С первой минуты их знакомства Нэш заинтриговал Ксантию, а Венденхейм со своей шпионской историей только подлил масла в огонь. Слова Венденхейма о том, что торговые пути английских судов находятся под угрозой, конечно же, обеспокоили Ксантию. Но скорее всего вовсе не это заставило ее согласиться на предложение Венденхейма. В глубине души она рассчитывала, что полученное задание станет хорошим предлогом для продолжения знакомства с Нэшем.

Как бы то ни было, у нее с каждым днем крепла уверенность в невиновности Нэша. И по своей наивности она решила, что легко сможет доказать ее, если найдет какое-нибудь свидетельство его невиновности. Но она, конечно же, не предполагала, что, выполняя задание Венденхейма, по уши влюбится в лорда Нэша (Ксантия теперь уже прекрасно понимала, что безумно влюблена в него).

Прежде чем выскользнуть за дверь, она окинула спальню внимательным взглядом. Маркиз по-прежнему спал, и Ксантия, осторожно ступая, вышла в коридор. Бесшумно закрыв за собой дверь, она спустилась на первый этаж и вошла в библиотеку. Здесь царила темнота. Ксантия на ощупь двинулась к столику, где стоял подсвечник. Благополучно добравшись до него, она зажгла свечу и поставила подсвечник на письменный стол.

Ящики стола не были заперты. Это обстоятельство весьма обрадовало Ксантию – человек, имевший преступные намерения, вряд ли оставил бы незапертым письменный стол.

В верхнем ящике она не нашла ничего интересного. Здесь лежала деловая корреспонденция, а также долговые расписки.

Она уже заканчивала рыться в столе, когда на него вдруг упала яркая полоса света. Ксантия замерла на несколько мгновений. Взяв себя в руки; резко обернулась – и зажмурилась, увидев маркиза, стоявшего в дверном проеме. Он держал в руках зажженную лампу.

– Ксантия?..

– Это вы, Нэш? – пролепетала она, задвинув ногой нижний ящик стола.

Маркиз направился к ней. На нем был шелковый халат цвета слоновой кости.

– Что вы здесь делаете? – спросил он.

– Что делаю?.. Видите ли, я… Я пишу вам записку. То есть я собиралась написать вам записку, потому что мне пора было идти домой… Но похоже, у вас нет почтовой бумаги.

Нэш молча наклонился и выдвинул верхний ящик стола. Здесь лежала целая стопка писчей бумаги.

– О!.. – воскликнула Ксантия. – Какая же я глупая! Вот же она!

Нэш поставил лампу на стол и впился в Ксантию взглядом. На скулах маркиза ходили желваки.

– Как вы могли? – спросил он. К горлу ее подкатил комок.

– Я… я действительно думала, что найду здесь писчую бумагу.

– После всего, что между нами… – Он внезапно умолк.

– Простите меня, Нэш, – проговорила Ксантия. – Если хотите, я все объясню.

– Ведь вы могли хотя бы разбудить меня, поцеловать, сказать «до свидания».

– Поцеловать?

– Конечно. Как вы думаете, что я почувствовал, проснувшись один в постели после ночи неистовой страсти? Какие теперь могут быть объяснения? Или вы хотите сказать, что собирались оставить мне записку в библиотеке? Неужели вы думаете, что это принесло бы мне облегчение?

– Н-нет, наверное…

Ксантия закусила губу. Подойдя к ней вплотную, Нэш положил ей руки на плечи.

– Ксантия, я знаю, что наша связь недолговечна, – промолвил он. – Но ведь кроме страсти, нас связывает нечто большее, правда? И мы могли бы по крайней мере дружить…

44
{"b":"111490","o":1}