ЛитМир - Электронная Библиотека

Его рука обнимала ее, голова Нэнси была у него на плече.

— Во всяком случае не превращать во что-то ужасное и непоправимое, — ответила она не сразу. — И не чувствовать себя виноватыми… Если поступаешь честно по отношению к себе и к другим… — Нэнси подняла голову, дотронулась до Щеки Дона. — У нас достаточно времени, чтобы многое обдумать и решить. Чувства еще должны проявить себя — разве не так? — и когда они как следует проявятся, мы сможем понять, настоящая это любовь или нет и кто для каждого из нас важней всего в жизни… Ты согласен со мною, Дон?..

Он крепко сжал ее в объятиях, ее руки обвились вокруг его шеи, и, вместо ответа, его губы, теплые, нежные и волнующие, прижались к ее губам. В этот миг Нэнси показалось, что никогда раньше она не испытывала такого блаженства, такого счастья! Никогда!.. «О Дон, какой же ты…»

Они резко отстранились друг от друга, потому что одновременно услышали, как поворачивается ключ в двери, ведущей на склад…

ЧТОБЫ СДЕЛАТЬ ЯИЧНИЦУ, НЕОБХОДИМО РАЗБИТЬ ЯЙЦО

Дон вскочил с дивана, потянул за собой Нэнси. — Скорей, дорогая! Нужно куда-то спрятаться… — прошептал он.

Справа от дивана стояли ящики с химическими препаратами, они образовали высокую стену. Нэнси и Дон едва успели скрыться за ней, как дверь приоткрылась.

Через порог переступил мужчина крепкого телосложения, темноволосый — насколько можно было разглядеть в полутьме, — в помятом испачканном костюме. Лицо у него было изможденное, не бритое уже много дней. Их глаза, привыкшие к полутьме, ясно видели это.

Дон сжал плечо Нэнси. Она поняла, что он хотел сказать: это был Пьетро Ринальди! Похитители схватили наживку! Они освободили его… Что же дальше?..

Пьетро оставил дверь в соседнее помещение открытой; оттуда шел слабый свет, позволявший лучше видеть его. Он постоял, видимо, привыкая к обстановке, потом подошел к столу, выдвинул ящик, где лежали карманные фонари, взял один из них. После чего быстро прошел в одно из складских помещений, в котором на полках выставлены были на показ покупателям стеклянные изделия. Отсюда Дон доставал пресс-папье, когда Нэнси высказала желание купить что-нибудь для подарка.

Теперь Ринальди продвигался медленно и напряженно, словно в поисках чего-то неизмеримо важного, от чего зависела сама жизнь. По сторонам он не озирался, словно был как бы уверен, что здесь он один и никто ему не помешает.

Дон и Нэнси вышли из своего укрытия и, прячась за полки и ящики, неслышно следовали за ним. Ринальди погасил карманный фонарь, щелкнул выключателем настенной лампы. Щелчок в этой тишине прозвучал, как выстрел. Затем он начал что-то искать на полке, где выстроились в ряд стеклянные пресс-папье.

Судя по всему, того, что он искал, там не оказалось. Его поиски становились все более беспорядочными, даже отчаянными. При этом он бормотал что-то вслух, и сквозь его бормотание прорывались нотки отчаяния.

Дон взглянул на Нэнси: что делать дальше? Она приложила палец к губам, покачала головой… Ринальди продолжал яростно искать что-то.

Им пришлось чуть ли не отпрыгнуть, когда он внезапно резко повернулся и ринулся в контору. Они двинулись следом и увидели, как он схватил телефонную трубку, начал набирать номер. Ответили не сразу, а когда ответили, он разразился пулеметной очередью фраз на итальянском. Нэнси могла понять только интонации: они были весьма выразительными. Но Дон понял больше, чем она.

— Знаешь, с кем Пьетро разговаривает? — прошептал он ей на ухо. — Кто бы подумал? С До-меником! Дворецким маркиза! Получается, что…

Он замолчал, потому что Нэнси сильно сжала его руку. И не напрасно! Дверь, которую Ринальди оставил неприкрытой, отворилась немного шире, и в комнату вошли трое!

Сначала они были только тенями, но вот вышли на свет и обрели плоть. Стало видно, что это одна женщина и двое мужчин, в руках у одного — оружие.

В какой-то момент под чьим-то каблуком хрустнул осколок стекла, Ринальди бросил трубку на рычаг, выпрямился.

— Никаких глупостей! — предупредил тот, что с оружием. — Будет хуже.

Ни его слова, ни акцент не были итальянскими.

Теперь Нэнси достаточно хорошо видела лица всех троих. Первый мужчина был ей незнаком, второй, немолодой и лысоватый, был Рубини, управляющий фабрикой, женщина…

Женщина была Катриной ван Хольст!!!

— Вы знаете, чего мы хотим, Пьетро, — холодно и спокойно сказала она. — Отдайте, или вам не выйти отсюда живым.

— Оно исчезло! — прорычал Ринальди. — И не спрашивайте меня куда! Какие-то паршивые воры стащили его, пока вы, недоумки, держали меня взаперти! А может, ваш прихлебатель Рубини спер его? Почему бы вам не спросить этого красавчика?!

Они продолжали обмениваться взаимными обвинениями и угрозами на двух языках, сосредоточенные только друг на друге, и в это время Дон Мэдисон вдруг двинулся вперед, Нэнси не успела ни удержать его, ни шепнуть ему что-либо.

А дальше… Дальше она увидела, как он бросился на вооруженного мужчину со спины. Одна рука обвилась вокруг горла, другой рукой он ухватил его правую кисть.

И тут началась настоящая схватка, а попросту говоря, драка. Пьетро кинулся на Рубини и ударил его в челюсть. Нэнси схватила Катрину за волосы, чтобы удержать от воинственных действий, причем схватила так крепко, что та вскрикнула.

Мужчина, которого атаковал Дон, выронил револьвер. Секунду спустя Дон нанес ему такой удар по всем правилам комплекса самозащиты, что тот отлетел на другой конец комнаты, ударился о стенку и остался лежать неподвижно.

Дон успел схватить упавший револьвер и теперь овладел ситуацией. Самый главный противник лежал на полу, двое остальных были почти полностью деморализованы внезапностью нападения и появлением тех, кого они никак не ожидали увидеть в таком месте.

— Эй, вы! — крикнул им Дон. — Встаньте к той стене… Вы тоже поднимайтесь с пола! Нечего разлеживаться!.. Встаньте и руки на стену!.. Ну!.. Живее!.. Пьетро, старина! Ты, может, хочешь что-то сказать? Не стесняйся!

Но тут вмешалась Нэнси.

— Сначала скажу я. Хорошо, Дон? Тот усмехнулся.

— Конечно. Кому, как не тебе, сейчас самое время говорить и давать указания. Мы же действуем точно по твоему плану, разве нет? Выскочили, как чертики из твоей шкатулки, и действуем. Говори, Нэнси!

— У меня всего один вопрос к мистеру Ринальди, — сказала Нэнси. Она вынула из своей сумки купленное ею стеклянное пресс-папье. — Это его вы так усердно искали некоторое время назад?

Выражение лица Пьетро ответило за него без слов. Но слова все же последовали.

— Вы знаете, что держите в руках? — спросил он голосом, хриплым от сдерживаемых чувств. — Знаете или нет?..

Наступившую тишину нарушил новый голос. Он раздался позади них, от двери.

— Брось оружие, Мэдисон! И, если дорожишь жизнью, не оборачивайся!

Нэнси не надо было поворачиваться, чтобы понять: этот голос принадлежит Джанни Спинелли, видимо, по свойственной ему привычке он следил а Катриной и двумя ее компаньонами в то время, как те держали под наблюдением Пьетро Ринальди. Хотя, скорей всего, дело тут было совсем не в привычке.

— Он дурачит нас, Пьетро? — нашел в себе силы спросить Дон. — Или у него тоже оружие?

Ринальди который стоял лицом к двери, кивнул головой.

— Да, лучше сделай, как он говорит.

— Бросай револьвер! — снова заорал Джанни. — Иначе тебе и твоей девчонке капут! Дон кинул оружие на пол.

— Оттолкни его ногой! — скомандовал Джанни. — Что я тебе сказал, дубина?

Дон выполнил и это приказание, ведь он не видел, на кого направлен ствол револьвера, что был в руках Джанни, — возможно, на Нэнси.

Странно было, что первая тройка грабителей не воспользовалась появлением сообщника, чтобы отлепиться от стены и наброситься на своих противников. Выходит, Джанни вовсе не их сообщник?..

Нагнувшись и подняв брошенное Доном оружие, Джанни обратился к Нэнси:

26
{"b":"111504","o":1}