ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Музыканты играли «Ciao, Ciao Ваmbinо». Они ненавидели эту вещь, но что поделаешь, работа есть работа. Зато завтра снимок их группы появится в вечерней газете.

А Фиона взобралась на стул, чтобы оглядеть поле боя. И навсегда запомнить все, что здесь происходит. Барри только что пригласил ее поехать вместе с ними в Рим — в знаменитое viaggio, и она ответила согласием. Ее будущие свекор и свекровь танцевали друг с другом.

Мать Грании и Бриджит пробралась сквозь толпу гостей к выходу и пыталась отвоевать свой плащ, требуя, чтобы Катерина и ее подруга Харриет открыли для нее гардероб. Кроме Фионы, никто не заметил ее ухода, а Барри вообще не обратил на нее внимания. Возможно, будет лучше, если он до конца жизни так и не узнает про нее, так же как про букетик фрезий.

— Потанцуешь со мной? — спросил он Фиону. Музыканты играли «Три монеты в фонтане» — приторную, сентиментальную песенку.

Барри крепко прижал ее к себе.

— Ti amo, Fiona, carissima Fiona, — прошептал он.

— Anch'io, — сказала она.

— ЧТО? — не поверил Барри своим ушам.

— Anch'io. Это означает «я тоже». Я тоже люблю тебя. Ti amo da morire.[81]

— Боже мой, откуда ты это знаешь? — спросил он, впервые в жизни испытав столь сильное потрясение.

— Я спросила у Синьоры, а потом практиковалась. Так, на всякий случай.

— На всякий случай?

— На тот случай, если ты произнесешь эту фразу, чтобы знать, что тебе ответить.

Вокруг них кружились пары, и люди подпевали глупые слова песенки. Отец грании и Бриджит, вместо того чтобы пуститься вдогонку за своей женой, увлеченно беседовал с Синьорой. Казалось, они готовы вот-вот закружиться в танце. Отец Барри, вместо того чтобы озираться по сторонам, разговаривал со своей женой, будто она воскресла для него после долгого небытия. Бриджит, вместо того чтобы мучиться в короткой обтягивающей юбке, была в свободном алом платье и в танце обнимала за шею молодого человека, словно опасаясь, как бы он не сбежал. Грания опиралась на руку Тони, этого старого-старого мужчины. Они не танцевали. Они собирались пожениться, и Фиона уже была приглашена на свадьбу.

Фиона подумала о том, как здорово наконец стать взрослой. Все, что произошло сегодня, сотворила не она, но она стала очень важной частью того, что случилось.

VIAGGIO

— Зачем мы приглашаем на нашу свадьбу мистера Данна? — допытывался Лу.

— Потому что так будет лучше для Синьоры. Ей не с кем идти.

— Неужели у нее вообще никого нет? В конце концов, она ведь живет вместе с твоей семьей!

— Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. — Сьюзи была непреклонна.

— Значит, мы и его жену должны позвать? Список гостей пухнет с каждой минутой. А ты знаешь, что мы потратим по семнадцать фунтов на голову, и это не считая выпивки.

— Разумеется, звать его жену мы не станем. У тебя что, совсем мозги размякли? — сказала Сьюзи, и на ее лице появилось выражение, которое совсем не понравилось Лу. Оно могло означать следующее: «Неужели я выхожу замуж за бесчувственного, толстокожего носорога?»

— Ну, конечно, жену звать не будем, — поспешил поправиться он. — Я, наверное, просто задумался о чем-то другом, вот и все.

— Ты хочешь пригласить еще кого-нибудь со своей стороны? — спросила Сьюзи.

— Нет-нет! Ведь все с наших курсов — так считай, что они с моей стороны, они же отправляются с нами и в свадебное путешествие, — сияя от восторга, заявил Лу.

Сьюзи закатила глаза.

— Да уж, свадебное путешествие в компании с половиной Дублина!

— Значит, вы просто-напросто зарегистрируетесь в муниципальной конторе? Понятно… — проговорила Нелл Данн, когда Грания сообщила ей дату своей свадьбы.

— С нашей стороны было бы лицемерием венчаться в церкви, ведь ни я, ни Тони туда отродясь не ходили. — В ответ на это Нелл лишь пожала плечами. — Мама, ты ведь придешь на регистрацию, правда? — В голосе Грании звучала тревога.

— Разумеется, приду. А почему ты спрашиваешь?

— Ну-у, потому что… видишь ли…

— В чем дело, Грания? Я же сказала тебе, что приду.

— Ты ушла с той школьной вечеринки, когда она еще не успела начаться, а ведь для отца этот вечер имел такое большое значение. Ты не едешь вместе с ним в Италию…

— Меня туда никто не приглашал, — холодно отрезала Нелл Данн.

— А что, в этот ваш вояж в Рим и Флоренцию может отправиться кто угодно? — спросила Берни Даффи у своей дочери Лиззи.

— Нет, мама, к сожалению, в Италию едут только учащиеся вечерних курсов, — извиняющимся тоном проговорила девушка.

— Но разве они не заинтересованы в том, чтобы поехало как можно больше народу? Хотя бы для того, чтобы заполнить пустующие места в гостиничных номерах? — На вечеринке в честь вечерних курсов Берни, по ее собственным словам, отлично повеселилась и думала, что поездка в Италию будет чем-то вроде продолжения festa.

— Ну что мне с ней делать? — пожаловалась Лиззи Берку, когда они встретились вечером. — Она прицепилась ко мне с этой поездкой намертво, и ничего ей не втолкуешь.

— А давай вместо Италии отвезем ее в Гэлвей, к твоему отцу, — неожиданно предложил Берк.

— Ты с ума сошел? — вытаращила глаза Лиззи.

— А что тут такого? Отличный способ решить сразу несколько проблем. Это отвлечет ее мысли от поездки в Италию и хотя бы на какое-то время займет ее. Во всяком случае, она не будет чувствовать себя покинутой.

— Грандиозно! — с восхищением выдохнула Лиззи.

— Кроме того, мне рано или поздно все равно придется познакомиться с твоим отцом, верно?

— А зачем? Мы же решили, что женимся только после того, как нам исполнится по двадцать пять.

— Не знаю… Луиджи женится, и дочь мистера Данна выходит замуж… Вот я и подумал: может, и нам с тобой не стоит откладывать?

— Perche non?[82] — проговорила Лиззи с улыбкой до ушей.

— Я попросил Синьору, чтобы она написала от моего имени письмо семье Гаральди, — сообщил Лэдди. — Она сказала, что обязательно напишет и все им объяснит.

Мэгги и Гас обменялись взглядом. Синьора, вероятно, понимает, что это приглашение было сделано из вежливости, под влиянием момента: семья эмоциональных итальянцев была растрогана честностью простого ирландского портье, и в порыве благодарности он был приглашен в гости — когда-нибудь, если представится случай. Вряд ли они рассчитывали, что он отнесется к этому столь серьезно, что начнет изучать итальянский язык, ожидая встретить в Италии горячий прием.

Синьора ведь взрослая женщина и должна все понимать. И все же в этой женщине, в платье кофейного цвета с лиловыми разводами, с которой они познакомились во время festa, было что-то ребяческое. Она так трогательно, по-детски радовалась успеху своих курсов и теплым словам, звучавшим в их адрес. Синьора была не похожа на всех остальных. Может быть, и она, подобно Лэдди, полагает, что эти Гаральди с распростертыми объятиями ждут малознакомого человека, о существовании которого они, скорее всего, уже давным-давно позабыли?

Однако скептицизм Мэгги и Гаса был не в состоянии охладить пыл, с каким Лэдди готовился к предстоящему вояжу в Рим. В гостиничном сейфе лежал его новенький заграничный паспорт, а свои скромные сбережения он уже поменял на итальянские лиры. Эта поездка значила для Лэдди все, и он не позволил бы никому омрачить ее. Смирившись с этим, Гас и Мэгги сказали друг другу, что все будет хорошо, и очень надеялись на это.

— Я в жизни не бывала за границей, а тут, представляете — бац, и две поездки подряд в течение одного лета? — восторженно говорила Фрэн Конни.

— Две?

— Ну да! Во-первых, viaggio в Италию, а во-вторых, путешествие в Америку. Вы не поверите, но Харриет, подруга Кэти, принесла в школу какой-то журнал, они принялись его листать и наткнулись на некий конкурс, объявленный редакцией. Кэти заинтересовалась, написала туда письмо и выиграла главный приз — два билета в Нью-Йорк. Так что мы с ней вскоре отправляемся в Америку.

вернуться

81

Я люблю тебя до смерти (итал.).

вернуться

82

Почему бы и нет? (итал.)

106
{"b":"111506","o":1}