ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Плюс жизнь
Роковой соблазн
Когда ты станешь моей
Куриный бульон для души. Сердце уже знает. 101 история о правильных решениях
Рыскач. Битва с империей
Ангел на ветке
Адвокаты не попадают в рай
Золотая клетка
Литерные дела Лубянки
A
A

– Тридцать шесть.

– Добре. Значит, хорошо воюешь. Бей их, проклятых! А мы здесь сделаем все, чтобы дать вам хорошие машины. Так и передай своим товарищам.

– Обязательно передам, папаша!

Они вышли на заводской двор, где, выстроившись в ряд, стояли новенькие истребители. Только что выпущенные из цеха машины ожидали испытания и отправки на фронт.

Яковлев пригласил Покрышева пройти к ангару:

– Там стоит моя, а вернее, теперь ваша машина.

Посмотрите!
Машина походила на все «Яки», но по размерам некоторых частей, отточенности форм, идеальной отделке каждой детали превосходила их.

– Мечта летчика! – осмотрев «Як», не удержался от восторга Покрышев.

– А вы испытайте ее в воздухе, – предложил Яковлев.

– Сейчас? – удивился Покрышев.

– Да, – подтвердил Яковлев.– А почему бы и нет. Я отдам команду, чтобы ее подготовили к полету.

…Покрышев вылез из кабины возбужденный и радостный.

– Как «москит»? –поинтересовался Яковлев.

– Могу только еще раз подтвердить – мечта летчика. Спасибо вам, Александр Сергеевич, за хороший подарок!

МОЛОДЕЖЬ РАСПРАВЛЯЕТ КРЫЛЬЯ
Серые облака низко опустились к земле, временами шел густой мокрый снег. Погода не благоприятствовала полетам, но Покрышев продолжал проводить тренировки.
«Трудно в учении – легко в бою», – повторял он суворовскую поговорку. А бой предстоял большой и тяжелый. Его приближение чувствовалось во всем. В Ленинград прибывали новые воинские подразделения, к фронту потоками двигались пушки и танки.
Все эти дни Покрышев находился на аэродроме. Он то сидел на командном пункте и внимательно наблюдал за полетами своих питомцев, то сам садился в кабину самолета.
…Хмурым январским утром 1944 года мощные залпы сотен артиллерийских орудий возвестили о начале наступления наших войск под Ленинградом. Одновременно в воздух поднялись группы бомбардировщиков, штурмовиков и истребителей.
Счет полка в этом новом сражении за Ленинград открыл Владимир Серов, который в последнее время выдвинулся в число самых результативных летчиков-истребителей Ленинградского фронта. Вместе с Гоги Бачиашвили он провел бой с двумя «фокке-вульфами». Равный поединок – два на два – закончился в пользу наших летчиков. Серов сбил ведущего, а Бачиашвили уничтожил второго фашистского стервятника.
Боевые вылеты успешно совершили и совсем молодые летчики, ведь недаром Покрышев заставлял их по нескольку раз в день проводить тренировочные полеты и учебные бои.
На вечернем разборе он тщательно проанализировал первые боевые вылеты, дал советы, как действовать в случае потери ориентировки в воздушном бою, при проведении противозенитного маневра. Покрышев требовал, чтобы каждый летчик знал на память курс, расстояние и время полета от аэродрома до основных пунктов и обратно.
Более недели продолжались ожесточенные бои. А вечером 27 января из репродуктора, установленного на клубе аэродрома, в морозный воздух полились позывные знакомой мелодии «Широка страна моя родная». К ней уже привыкли, ее ждали, потому что она была предвестницей радостных сообщений о новых победах.
И вот уже десятки людей, собравшихся у клуба, слушали приказ Верховного Главнокомандующего: вражеская блокада Ленинграда снята… сегодня Москва в честь этой победы салютует доблестным войскам Ленинградского фронта…
В конце января полк Покрышева перелетел на один из аэродромов недалеко от Ленинграда. Знакомые и близкие места! Петр Афанасьевич ходил по аэродрому, вспоминая трудные дни августа сорок первого года. Отсюда он не раз взлетал, чтобы ринуться в смертельный бой с врагом, который имел численное превосходство в воздухе. Каждый бой тогда был образцом мужества и героизма. Звену приходилось драться против эскадрилий, эскадрилье – против полка. Не хватало машин; чтобы летать на них в бой, устанавливалась очередь.
За эти два с лишним года многое изменилось. Теперь наши летчики, имея прекрасные скоростные самолеты, стали хозяевами ленинградского неба.
Тогда, покидая этот аэродром, летчики верили, что рано или поздно они вернутся. И вот вернулись. Их взору предстали чудовищные следы разрушения. Окутанный клубами черного дыма, горел город, превращенный в руины. А на аэродроме в беспорядке валялись обгорелые самолеты, груды металла. На взлетной полосе лежал убитый немецкий комендант. Он не успел удрать, и его настигла справедливая кара. По всему было видно, что удар для фашистов оказался неожиданным.
Во время обхода в кустах у обочины аэродрома обнаружили сбитый краснозвездный истребитель. Из-под снега торчал только хвост и одно крыло.
Пока солдаты раскапывали его, Покрышев мучительно ждал. Показался бортовой номер. При виде его у Покрышева защемило сердце. Это был номер истребителя Васи Гнеева. В дни прорыва блокады Ленинграда Гнеев вылетел на задание и не вернулся. Теперь вот нашли гнеевский истребитель.

– Посмотрите, нет ли в кабине летчика? – попросил Покрышев. Солдаты энергичнее заработали лопатами. Наконец показалась кабина.

– Летчика нет, товарищ майор, – сказал один из солдат.

Покрышев постоял еще немного, посмотрел на истребитель:

– Очистите снег вокруг машины. Если всё же обнаружите летчика – доложите.

Но Гнеева не нашли, судьба его так и осталась неизвестной.
* * *
Фашистские войска откатывались на запад. Неприступный «Северный вал», о котором так много кричала фашистская пропаганда, треснул и развалился под ударами войск Ленинградского фронта.
Враг отступал к Луге и Нарве. Покрышевский полк в эти дни прикрывал с воздуха наступающие советские войска, штурмовал колонны противника.
В самый разгар боев пришло сообщение о присвоении большой группе летчиков звания Героя Советского Союза. В списке Покрышев нашел фамилии бывших однополчан – Андрея Чиркова, Александра Горбачевского, Константина Коршунова. В тот же день он отправил друзьям поздравительные телеграммы.
Звание Героя Советского Союза присвоили Петру Лихолетову и Виктору Зотову. В полку состоялся митинг. Лихолетова сердечно поздравляли друзья. А Зотову, который два месяца назад был переведен в гвардейский полк Николая Свитенко, послали телеграмму.
Наступила весна – третья весна войны. И хотя часто хмурилась погода и солнце редко показывалось из-за пелены облаков, на сердце у всех было радостно. Каждый день радио сообщало о новых победах. Врага гнали с советской земли.
В развернувшихся боях за освобождение Ленинградской области мужала и крепла молодежь покрышевского полка, а летчики-ветераны увеличивали счет сбитых фашистских самолетов.
Однажды начальник штаба Анатолий Красько доложил Покрышеву, что в полк прибыл партизан Головачев.

– Какой партизан? – не понял Покрышев.

– Наш Головачев.

Владимир Головачев пришел в полк в июле 1943 года. Летал ведомым у Серова, набирался опыта. Несколько дней назад в боях над Лугой Головачева сбили, и никто ничего не знал о его дальнейшей судьбе. Решили – погиб.

Но Головачев не погиб, а предстал живым и невредимым перед командиром.
…Летчик приземлился на территории, занятой отступающими немцами. Они его заметили, начали преследовать. Пока было возможно – отстреливался. Убил двоих. Но подскочил третий, вышиб пистолет, сбил с ног и навалился на Головачева. Хорошо, что за голенищем оказалась финка.
А потом встретил партизан и десять дней воевал вместе с ними.
32
{"b":"111523","o":1}