ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Глава 3

Эндрю Раску было страшно.

Он стоял у окна своей юридической конторы и смотрел на неровные силуэты зданий Джексона, штат Миссисипи. На свете бывают ландшафты и получше, но из его углового кабинета на шестнадцатом этаже открывался чудесный вид. На севере до самого горизонта простирались лесистые равнины, где некогда сонные пригороды превратились в суперсовременные анклавы для новых яппи. Вдалеке высилась громада нового завода «Ниссан» – источник благосостояния для армии «синих воротничков».. Эти бедолаги дважды в день преодолевали расстояние в сотню миль, чтобы добраться на работу из маленьких городков, рассыпанных вокруг столицы штата.

Сзади, в невидимой ему части города, жили безграмотные чернокожие, которые вот уже двадцать лет тянули город в яму. Раск и его друзья прозвали их неприкасаемыми. Эти изгои убивали друг друга с бессмысленной жестокостью и иногда нападали на других, вселяя вечную тревогу в белых жителей Джексона. Но сейчас источником его страха были не они. Эндрю не видел их из своего офиса и прилагал все усилия, чтобы полностью вытеснить из своей жизни. Именно поэтому он построил свой дом в дубовой роще к северу от города, возле «Аннандейла», загородного клуба, занимавшего промежуточную нишу между старыми богачами из «Джексон каунти клаб» и молодыми оптимистами в «Реюнионе».

Каждый день в половине пятого Раск спускался на лифте в гараж, садился в черный «порше-кайенн-турбо» и мчался на север в уютное убежище, выстроенное из стекла и камня среди сосен и дубов. Когда он приезжал, жена неизменно лежала у огромного бассейна. Лайза была достаточно молода для мини-бикини, но летом предпочитала вообще обходиться без купальника. После поцелуя у воды – в последнее время его все чаще заменяло выслушивание ее нудной болтовни – Эндрю заходил в дом что-нибудь выпить. На столе уже ждал ужин, приготовленный чернокожим поваром, – этот момент Эндрю предвкушал весь день.

Но сейчас привкус страха отбивал все, даже аппетит. Раск уже лет двадцать не испытывал ничего подобного, хотя отлично помнил это состояние. То же самое бывало с ним в начальной школе, когда какой-нибудь десятиклассник зажимал его в угол, собираясь расквасить ему нос, и друзья стояли вокруг, слишком беспомощные, чтобы что-то предпринять, а по его ноге к ботинку струилась горячая моча. Эндрю поднес к губам бокал с бурбоном и сделал большой глоток. Виски на работе было слабостью, но теперь он все чаще принимал его как противоядие от страха.

Он налил себе еще выдержанного вудвордского и взял со стола фотографию. На ней была изображена темноволосая женщина с угловатым лицом и глубоко посаженными глазами, казавшимися живыми даже на плоском снимке. Раск знал, что его мужского обаяния никогда не хватит, чтобы обольстить такую женщину. Может, в ранней юности, на какой-нибудь студенческой вечеринке, скажем, если бы она была первокурсницей, а он на пару лет ее старше… да и то вряд ли. Эта особа в избытке обладала тем, чего не хватало другим девушкам, – уверенностью в себе. Точь-в-точь как ее папаша. Наверное, поэтому она и подалась в ФБР.

– Специальный агент Алекс Морс, – пробормотал он. – Чертова сучка.

У Раска зазвонил телефон, и секретарша взяла трубку. В его маленькой фирме все еще работали секретарши – а не эти дурацкие референты, – и Эндрю следил, чтобы они были вышколены должным образом. Он платил им особую прибавку к жалованью, так что все были довольны. Раск где-то читал, что в штаб-квартире «Гугл» в Маунтин-Вью существовало правило: ни один сотрудник не должен удаляться от еды больше чем на пятьдесят футов. Поэтому по всему «Гуглплексу» были рассыпаны закусочные и буфеты. Отец Эндрю придумал нечто похожее за пятьдесят лет до «Гугл»; правило, установленное в его фирме (куда более крупной и солидной, чем контора сына), гласило: ни один партнер не должен удаляться дальше чем на пятьдесят футов от соблазнительной и податливой красотки. Эндрю-младший с успехом перенял традицию и внедрил в собственную фирму.

Он допил последний глоток виски и подошел к столу, на котором ярко светился монитор. На экране компьютера мерцала заставка голландского веб-сайта «Ex nihilo» – черная дыра в дрожащей ауре. Раск помнил латынь по урокам в частной школе: «Ex nihilo» значило «из ничего». За солидную плату компания гарантировала полную анонимность в электронной сфере. Кроме того, «Ex nihilo» предоставляла разные услуги, так или иначе связанные с секретностью; одной из них пользовался Раск. Он подозревал, что львиную долю клиентов «Ex nihilo» составляют любители детского порно, но ему было наплевать. Раска волновала лишь собственная безопасность.

«Партнеры?! – вспомнил он циничную улыбку отца. – Все партнерства заканчиваются крахом, как и браки. На свете существует только одна жизнь после смерти – попытка продолжить брак или партнерство после их кончины. Но это уже не жизнь, а живая смерть». Раск терпеть не мог папашу, но одного не отрицал: старик почти всегда оказывался прав. Эндрю навел курсор на пустое поле и набрал на клавиатуре «3,141592653» – число «пи» до девятого знака. В детстве он выучил его до сорокового знака, чтобы произвести впечатление на отца. После того как Эндрю с гордостью произнес все эту вереницу цифр, отец рассказал ему об индийском мальчике, который запомнил число «пи» до шести сотен знаков после запятой. Обычная реакция в доме Расков. Эндрю Джексон Раск-старший признавал совершенство.

Раск еще раз набрал свой пароль и нажал кнопку «подтвердить». Так он пускал в действие цифровой механизм, который в последние недели стал его единственным способом выжить. У Раска не было на сей счет иллюзий. Его партнер не допускал ни малейшего риска; он дал понять это с самого начала. Этот человек был настолько одержим секретностью, что придумал для себя специальное кодовое имя – Гликон, – его Эндрю должен был использовать во время их немногочисленных бесед. (Раск проверил Гликона по «Гуглу», но не нашел ничего, кроме какого-то древнего змееподобного божества, которое в 160 году до н. э. спасло своих последователей от чумы с помощью чудесного заклятия.) Но этим он не ограничился. Гликон настаивал, чтобы Раск не только говорил, но и мысленно произносил его кодовое имя каждый раз, когда думал о своем партнере. «Безопасность должна войти в плоть и кровь», – утверждал Гликон и, как ни странно, оказался прав. Пять лет они спокойно занимались бизнесом и заработали кучу денег. Но Раск знал: если Гликон почувствует опасность, он среагирует мгновенно. А это означало одно – смерть.

Их партнерство держалось на том же принципе, который во время «холодной войны» назвали ВГУ: взаимно-гарантированное уничтожение. Равновесие вероятно только в том случае, когда обе стороны знают, что могут в любой момент стереть друг с друга с лица земли. (Раск проводил аналогию с двумя любовниками, каждый из которых состоит в браке.) Но ситуация изменилась, и Раск уже не чувствовал себя спокойно. В первый раз над ними нависла реальная угроза. Точнее, их было две, возникших почти одновременно. Одна внутренняя, другая внешняя. И Раск пришел к выводу, что противникам уже недостаточно просто понимать, что над каждым висит дамоклов меч: они должны знать это наверняка. Иначе принцип ВГУ не сработает. «Ex nihilo» и был таким дамокловым мечом.

Если бы Раск не заходил ежедневно на этот сайт и не регистрировался под своим паролем, «Ex nihilo» уже отправил бы в ФБР и полицию штата Миссисипи огромный файл. В нем содержался детальный отчет о деятельности партнеров за последние пять лет, включая фотографии и финансовые документы. Хватит, чтобы до конца жизни засадить обоих в тюрьму «Парчман-Фарм», где влачили жалкое существование злобные неприкасаемые. Конечно, посылка бы ушла не сразу. Иначе Эндрю мог бы впасть в кому после какой-нибудь случайной аварии и через неделю очнуться лишь для того, чтобы на него надели наручники. Но задержка длилась чуть больше недели. Точнее – десять дней. Затем Гликон будет арестован, посажен за решетку и приговорен к смерти.

8
{"b":"111535","o":1}