ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Твои возможности пока ваш министр при должности, – скаламбурил хозяин, засмеявшись собственной шутке. И продолжал, – а потом неизвестно.

– Ого, да ты следишь за перестановками в правительстве!

– Дело не хитрое. Следить за перестановками наших авторитетов гораздо труднее. Ваше правительство шестерки по сравнению с ними.

– В чем-то ты прав. Но, еще раз, какие мои задачи на ближайшие дни.

– Я же сказал. Следить, информировать, водить за нос попов. И ждать.

– Понял, Василий. Но, опять же, чтобы было без непоняток. Мы можем опоздать. Предупреждаю честно. И на меня тогда предъяв не делай. Я буду делать все, что ты только что сказал.

– Понимаю. Но с паршивой овцы хоть шерсти клок. То, что мы из гостиницы у этого…

– Ступакова, – подсказал Маляев.

– Да, Ступакова, увели чуть ли не из-под носа ментов, сумеешь толкнуть?

– Сумею.

– Сколько за это возьмем? Только не вздумай крысятничать!

– Если здесь толкать и делиться с министром, то тысяч сто баксов. А может быть и меньше. Если за бугром, да на приличном аукционе, то не меньше миллиона.

– Ладно. Я подумаю. А ты не трясись. Ты нам нужен хотя бы для этого дела. Так что если не продашь, то останешься цел. Понял, доцент?

Он вдруг снова принял личину уголовного пахана.

– Понял, Василий Кузьмич, – снова переходя на „вы“ смиренно произнес Маляев.

 ***

Выходя от пахана, Маляев, уже садясь в машину, подумал, что маленькая неприятность его юности, когда он попался на фарцовке иконами и познакомился с Василием в СИЗО, обернулась большими возможностями сейчас. В конце концов, тогда он отделался легко. И потом сумел свою судимость скрыть. А сейчас может стать миллионером. Надо только вести себя умно.

 ***

– Генерал, есть дело, – сказал епископ, когда его соединили с этим высокопоставленным хоругвеносцем.

– Какое?

– Не по телефону. Приезжай, скажу.

Когда генерал зашел тот самый кабинет в здании аппарата Патриархии, где они беседовали в прошлый раз, владыка взял быка за рога.

– Давай, поднимай своих орлов. Надо наведаться в дом к профессору Кузнецову. Помнишь, фигурировал такой в отчетах Маляева.

– Ночью, неофициально, с оружием?

– Нет, днем, в форме. Без оружия. – он на мгновение задумался, – нет, все же с оружием.

– Что надо делать?

– Взять на понт. Вернее, попытаться взять. У меня очень большие подозрения, что библиотека у него.

– Значит, попытаться учинить нечто вроде обыска.

– Нет, скорее осмотра.

– Понял, сейчас дам указание. Но, объясни, как ты к этому пришел и чего нам ожидать.

– Пришел, читая газетные подшивки. Вы, менты этого не умеете и не любите. Уж, извини за прямоту. Но, к делу. Сначала я прочитал статьи Половцева. Потом его статьи в соавторстве. Потом статьи наиболее подходящих по некоторым признакам его соавторов.

– Чему подходящих?

– Той роли, которую играет организатор поисков библиотеки. Соратник Половцева, о котором просто не успели доложить ни Ступаков, ни Муртазов.

Я нашел несколько таких фигур. Тот, из них, кто нам нужен, должен непременно фигурировать в круге тех, кто всеми этими делами интересуется. Как бы исподволь. И желательно живет в городе.

Всеми этими качествами обладал только Кузнецов. Который вначале фигурировал в отчетах Маляева. А потом как-то незаметно из них исчез.

Формально доказать это трудно, но очевидно, что исчез он не даром. Именно он там ключевая фигура, а Маляев его от нас уводит и сдает другим.

– Лихо, лихо. И правдоподобно. Но слабо доказуемо.

– Это вы, правоохренители, – он ехидно усмехнулся, намеренно коверкая слово, – все доказываете. Бюрократы. А мы, спецслужбисты воюем. Нам лишних доказательств не надо. Это как на войне, блеснула оптика на той стороне, бей туда, а не ищи дополнительных подтверждений.

– Ладно, аристократы вы х…вы, – не стесняясь произнес генерал, – дальше что. Почему такая спешка и неопределенность.

– А потому, что с момента исчезновения Муртазова прошло уже четыре дня. Завтра пятый. Скорее всего, на этот раз они его завалили, а не он кого-нибудь из них. А если он пошел на открытое противодействие, то большая вероятность, что библиотека была найдена.

– А почему она должна быть у Кузнецова в доме?

– Извини, объяснять не буду. Долго. Да и ты не поймешь. Надо читать его материалы, чтобы понять, что это за человек. У него в доме не только библиотека, но и стволы, из которых грохнули Муртазова, и сообщники. Ничего они не перепрятывали, а готовятся смотаться.

Поэтому, ваши орлы застанут их врасплох. Они засуетятся. Наделают ошибок. Ну, а ваши должны будут действовать по обстановке. Именно для этого нужно оружие. А то перед тем, как сматываться, они на все пойдут.

Генерала неприятно кольнуло это отстраненное „ваши“.

– Хорошо, но почему тогда просто не нагрянуть к ним официально, с обыском. Предлог найдем.

– А подумать? – насмешливо спросил владыка.

– Что, подумать? – не понял генерал.

– Знаешь Федя, – владыка впервые назвал генерала по имени, хотя и был младше его по возрасту, а может быть и званию, – общаясь с тобой я точно понял, что эта страна развалится. И не от воровства даже, а от тупости.

– Полегче, владыка! А то и на тебя можно кое-что нарыть. Думаешь, чист, аки агнец?!

– Что ты, Федя. Но ты все время думаешь, что будешь при этих погонах и ксивах вечно. А если придут те? Ты к этому готовься, душа ты ангельская. Ибо, сын мой, если придут те, меня, возможно, расстреляют. Хотя это и маловероятно. Но вот тебя Федя, тебя повесят. Или протащат за грузовиком.

Поэтому я тебя не боюсь, Федя. Тебя бояться, себя не уважать. А вот их уважаю. Им бы наши возможности, п…дец бы нам давно уже приснился.

Он вдруг резко прекратил ерничать.

– Подумай, Федя, для чего нам все это поручено? Чтобы не допустить нахождения и опубликования документов, дискредитирующих базу идеологии новой власти – православие. И не допустить дискредитации самой идеи российской имперской многонациональной государственности. А в этих документах содержится именно такая информация. После ее опубликования о нас ноги вытирать будут[59].

Подумай еще, почему наши боссы сами все это просто не нашли, тайно не своровали и не продали за бугор? Как нефть, газ, и военные секреты. Да потому, что это невозможно. Продашь за бугор, там опубликуют. Опубликуют, обосрут нашу государственную идею так, что в десять раз больше бабок отвалишь, чтобы всем в мире рот закрыть. Никакого пропагандистского бюджета не хватит.

Поэтому эти документы нельзя находить. Ни под землей, ни в доме у похитителей. Официально их нет. И их нельзя ни у кого найти. Поэтому, некий официальный обыск, это самострел. Понимаешь? Это значит найти и предъявить на суде и следствии то, чего нет и не должно быть.

– А засекретить?

– Возможно, но без гарантии. Ибо кто гарантирует, что в нашем гнилом аппарате не найдутся источники утечек. Для таких дел и создают наши с тобой „общественные структуры“ с правом на убийство. Этакие Джемс Бонды – общественники – пошутил он и продолжал. – Так что без риска действовать не надейся. Никакого официального обыска не будет.

Вот пусть твои парни рискуют и импровизируют.

Понял?

– Понял. Слушай, а в каком ты управлении в КГБ служил?

– А ты еще не понял? Конечно же, в Первом главном. А ты, небось, думал что в пятом[60]?

– Белая кость.

– Да уж, не черная.

вернуться

59

Владыка явно переоценивает значимость подобной публикации.

вернуться

60

Первое Главное управление - внешняя разведка. Пятое - защита конституционного строя 

68
{"b":"111548","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
И грянул шторм. Подлинная история отважного спасения на море
Разреши себе: женские истории про счастье
Мотив убийцы. О преступниках и жертвах
Ангел с черным мечом
Разумный биохакинг Homo Sapiens: физическое тело и его законы
Жуткий король
Смерть перед Рождеством
Капкан для MI6
Записки с Изнанки. «Очень странные дела». Гид по сериалу