ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Винный сноб
Снежная роза
Тайна третьей невесты
Любовь со второго взгляда
Рубеж атаки
Ненавижу эту сучку
Канатоходка
Солнечная пыль
Когда тебя нет
A
A

Безыменский неправильно прочитывает "недоумение" авторов меморандума. Сталин хорошо понимал, что, пока американцы не откроют фронт против немцев, сохраняется возможность, что они могут открыть его против СССР. Сталину в августе 1943 года нужен был не американский фронт против немцев, ему не нужна была даже сама возможность, что американцы могут открыть этот фронт против него, Сталина. В данный момент была та же ситуация, что ив 1941 году, когда американцы, стоя враскоряку, все раздумывали, на чьей стороне им лучше воевать: на стороне Гитлера или на стороне Сталина? Так они стояли до тех пор, пока немцы не врезали им первые и не объявили США войну. Не объяви немцы войну американцам, еще неизвестно были бы США нашими союзниками, а не союзниками Гитлера против нас.

Сталин боялся, что американцы повернут войну в "обратную сторону". Сталину нужны были не победы американцев над немцами, чтобы облегчить удары немцев на советско-германском фронте, не это ему нужно было, ему не нужно было, чтобы из-за американцев немцы снимали с Восточного фронта дивизии и перебрасывали их на Западный фронт. Глупости! Американцы и англичане на такое вообще не согласились бы, да и не было такого разговора. Где вы видели, чтобы за всю историю американцы и англичане вызывали "огонь на себя"?

Нет! Сталин ни на минуту не верил ни американцам, ни англичанам, ни немцам. Он отлично знал, что идет сговор между ними, сговор против Советского Союза. Предотвратить его можно было только одним – повязав американцев и англичан кровью – началом боевых действий против немцев. Сделав это, он мог спокойно "выполнять свой союзнический долг", врываясь в Европу всеми фронтами. В меморандуме прямо сказано, что пока общественное мнение в США и Англии, да и в остальных странах целиком против немцев, но так будет продолжаться до тех пор, "пока завоевание России значительно не продвинется". Сталин знал, как только Красная Армия вплотную приблизится к границам Польши, Чехословакии, Румынии, Венгрии, Германии… общественное мнение с помощью жупела "красной опасности" можно в короткий срок повернуть против СССР, а заодно и всю войну в "обратном направлении". Впрочем, не будем забывать, что события развиваются в августе 1943 года и 50 власовских дивизий еще на Курской дуге, а не во Франции, Италии, Голландии и т.д. Именно поэтому Сталину в это время без разницы, где союзники будут высаживаться, открывая второй фронт, – в Италии или во Франции.

В октябре 1943 года Сталин встретился в Москве с А. Иденом – министром иностранных дел Англии. Обсуждался вопрос открытия второго фронта. Из стенограммы:

"СТАЛИН говорит, что имеются две возможности решения этой проблемы. Первая – это перейти к обороне в Италии и при помощи имеющихся сил, а также тех, которые смогут быть высвобождены в Италии, произвести высадку во Франции. Второе решение заключается в том, чтобы не высаживаться во Франции, а пробиться через Италию в Германию. Можно решить и так и так. ВСЕ ЗАВИСИТ ОТ РАССТАНОВКИ СИЛ" [178]

Это позже Сталин будет намертво стоять на том, чтобы союзники высаживались не в Италии, а во Франции. В Италии в 1944 году окажется всего несколько дивизий Власова, а во Франции – чуть меньше пятидесяти.

Позже Рузвельт говорил:

"Всякий раз, когда премьер-министр (Черчилль. – В.Ф.) настаивал на вторжении через Балканы, всем присутствующим было совершенно ясно, чего он на самом деле хочет. Он прежде всего хочет врезаться клином в Центральную Европу, чтобы не пустить Красную Армию в Австрию и Румынию и даже, если возможно, в Венгрию. Это понимал Сталин, понимал я да и все остальные…"

Много позже, после мая 1945 года, в газете "Нью-йоркские ежедневные новости" будет напечатана статья "Идиотизм в политике". Только одна цитата из нее:

"Пусть Кремль не забывает, что немецкая пехота во 2-ю мировую войну далеко проникла в Россию и нанесла бы последний смертельный удар Сталину и его компании, если бы не идиотизм Гитлера и наших "господ новой политической линии", которые спасли Сталина с его рабовладельческой системой".

Надеюсь, расшифровывать этот текст не требуется. Так вот, на статье этой Черчилль якобы сделал такую надпись: "Не ту свинью зарезали союзники…" У протоиерея Киселева есть такие слова в его книге про Власова:

"Однако в тот момент реальная сила принадлежала не им. Кому же она принадлежала? Если мы назовем немецкую армию, нац.-социалистическую партию и, наконец, самого Гитлера, то и это не будет полным ответом".

Геринг принимал Мальцева и Ашенбреннера.

"В разговоре Геринг признался, что англичан, французов и американцев он все же более или менее понимает, но ни он, ни его коллеги не в силах постичь истинный характер России и русских. Это признание второго человека в рейхе, сделанное буквально на исходе войны, произвело на Крегера весьма мрачное впечатление. К тому же беседа проходила под аккомпанемент легкой дрожи, время от времени сотрясавшей мебель и стекла окон. Это с западного берега Одера била артиллерия маршала Жукова" [179].

Тогда же, в ноябре 1943 года, в Мадриде советник румынского посольства Григориу от имени Антонеску вел секретные переговоры с американским послом Карлтоном Хэйсом. Последний формально сохранил союзническую лояльность, повторив требование, пишет Безыменский, о безоговорочной капитуляции, однако добавил, что при этом условии можно… избежать "оккупации всей Румынии" советскими войсками. Антонеску ответил, что согласится на это в том случае, если капитуляция произойдет после высадки англо-американских войск на Балканах и их продвижения в Румынию. Антонеску считал, пишет Безыменский, что США и Англия "скорее заинтересованы в предупреждении советского вторжения в Европу, чем в ликвидации гитлеровского режима". В конце 1942 года, в разгар Московской битвы, когда чаша победы уже пошла в нашу сторону, по указанию министра иностранных дел Румынии началось выяснение возможностей сепаратного мира между Румынией и Германией, с одной стороны, и США и Англии – с другой. Как выяснилось после войны, свидетельствует Безыменский, румынские эмиссары предлагали свои услуги, дабы добиться от Гитлера согласия на то, чтобы допустить высадку союзников во Франции. Антонеску настолько обнадежила реакция Запада, что он весной 1943 года сообщил об этом в Берлин. Американцам же румыны отстучали такую телеграмму: "Гитлер, возможно, будет готов к миру по соглашению с англичанами и американцами. Он оставит все занятые ими страны, кроме Украины". Из Бухареста умоляли англичан и американцев "прийти" в Румынию, "не пустить" большевиков…

Через Италию союзники действительно захватывали бы беспрепятственно всю Центральную Европу, намертво закрывая нам дорогу на Запад. Высаживаясь во Франции, союзники попадали в засаду, напарываясь на армию генерала Власова. Кстати, именно в Италии, именно на армию Власова напоролась польская армия Андерса в районе Монте-Касино и полегла там почти до единого. Ее хватило там только на одно сражение. Хитрованы поляки думали пробить дорогу для англичан на Балканы вплоть до Варшавы. Все-таки русский бог всегда был сильнее польского!

Это верно, до 6 июля 1944 года, то есть до высадки войск союзников в Нормандии, существовал и действовал реальный "второй фронт" – антисоветский, антирусский, главная цель его была: сговор англичан, американцев и немцев против русских. В 70-е годы были опубликованы более чем сенсационные документы. Оказывается, летом 1943 года в испанском городе Сантандер состоялись тайные переговоры руководителей трех разведок: гитлеровской Германии, США и Англии. Сюда, соблюдая строжайшую конспирацию, прибыли: адмирал Канарис, генерал Уильям Донован и генерал Стюарт Мензис. После покушения на Гитлера замешанный в этом деле Канарис на допросе в гестапо скажет по поводу той встречи в Сантандере:

вернуться

178

[178] Выделено мной – В.Ф.

вернуться

179

[179] Н. Толстой в своей бестолковой книге "Жертвы Ялты".

66
{"b":"111550","o":1}