ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

XXIII

Две ночи спустя Гуннар выехал с двумя спутниками из дому. Спустя некоторое время они приехали на равнину Бласкогахейд. Там им попались навстречу верховые, спросившие, кто тот рослый человек, лица которого не видно. Спутники его ответили, что это Хедин Торговый. Тогда те сказали, что худшей встречи у них, наверно, не будет, раз они встретились с ним, а Хедин сделал вид, будто собирается наброситься на них, и они поехали своей дорогой.

Гуннар сделал все, как ему было сказано. Он остался в Хаскульдсстадире на ночь, а оттуда спустился по долине до ближайшего к Хрутсстадиру двора. Там он стал предлагать свой кузнечный товар и продал три вещи. Хозяин нашел изъяны в товарах и обвинил его в обмане. Хедин сразу же набросился на хозяина. Об этом сказали Хруту, и он послал за Хедином. Тот сразу поехал к Хруту, и его там хорошо встретили. Хрут отвел ему место напротив себя. Разговор у них пошел примерно так, как предвидел Ньяль. Затем Хрут сказал ему, как надо возобновить тяжбу, и произнес вызов на суд, а тот повторил за ним, по неправильно. Хрут усмехнулся и ничего дурного не заподозрил. Тогда тот попросил Хрута произнести вызов еще раз. Хрут согласился. На этот раз Хедин говорил правильно и призвал своих спутников в свидетели того, что он вызвал Хрута на суд по поручению Унн, дочери Марда. Вечером они ушли спать, как и все остальные, но как только Хрут уснул, они взяли свою одежду н оружие, вышли из дому и направились к своим лошадям. Они переправились через речку, поехали по тому ее берегу, на котором стоит Хьярдархольт, доехали до конца долины и остановились в горах, возле перевала Хаукадальсскард. Найти их там можно было, только подъехав к ним вплотную.

Хаскульд проснулся этой ночью в Хаскульдсстадире еще до полуночи и разбудил своих домочадцев.

– Я хочу рассказать вам мой сон, – сказал он. – Мне снилось, будто медведь вышел из дому, такой большой, что другого такого нет. За ним послушно бежали два пса. Медведь направился в Хрутсстадир и вошел в дом. Тут я проснулся. Я хочу спросить вас теперь, не заметили ли вы чего-нибудь в том высоком человеке, который приходил сюда.

Один из его людей сказал:

– Я заметил внутри его рукава золотую оторочку и красную ткань. А на правой руке у него было золотое запястье.

Хаскульд сказал:

– Это дух-двойник Гуннара из Хлидаренди. Только теперь я сообразил это. Надо поехать в Хрутсстадир.

Так они и сделали. Хрут лежал еще в своей спальной каморке и спросил, кто приехал. Хаскульд назвал себя и спросил, не гостит ли кто в доме из чужих. Тот отвечает:

– Хедин Торговый здесь.

Хаскульд говорит:

– Нет, это кто-нибудь повыше. Это, наверно, Гуннар из Хлидаренди.

– В таком случае ему удалось провести меня, – говорит Хрут.

– Что же произошло? – спрашивает Хаскульд.

– Я научил его, как возобновить тяжбу Унн, и я сам вызвал себя на суд, а он повторял вслед за мной. Теперь он воспользуется этим, чтобы начать тяжбу, и это будет его право.

– Тебя обвели вокруг пальца, – говорит Хаскульд. – Наверно, Гуннар не сам придумал все это. Должно быть, это придумал Ньяль, потому что нет ему равных по уму.

Стали они искать Хедина, но того уж и след простыл. Тогда они собрали людей, три дня разыскивали его, но не нашли. Гуннар поехал на юг, в долину Хаукадаль и дальше на восток через перевал, а затем на север, к Хольтавардухейду, и, наконец, вернулся домой.

XXIV

Гуннар поехал на альтинг. Хрут и Хаскульд также поехали на тинг и взяли с собой много народу. Гуннар начал тяжбу на тинге и назначил соседей,[12] которые должны были вынести решение. Хрут и его люди хотели было силой помешать ему, но не решились. Затем Гуннар обратился к суду людей с Брейдафьорда и предложил Хруту выслушать его присягу в том, что он будет честно вести дело, а также выслушать его иск и все доказательства. Затем он принес присягу, изложил свой иск и попросил свидетелей подтвердить, что вызов на суд был произведен правильно. Ньяля при этом не было. Наконец Гуннар предложил ответчику защищаться. Хрут назвал своих свидетелей и объявил тяжбу несостоятельной.

– Гуннар, – сказал он, – упустил три свидетельства, которые должны были быть выслушаны на суде: первое – об объявлении у супружеского ложа, второе – об объявлении у дверей дома и третье – об объявлении на Скале закона.

В это время появился на суде Ньяль и сказал, что может еще спасти дело, если обе стороны хотят, чтобы тяжба продолжалась.

– Я не хочу этого, – сказал Гуннар. – Я намерен предложить Хруту то же самое, что он предложил моему родичу Марду. Достаточно ли близко оба брата, Хрут и Хаскульд, чтобы слышать меня?

– Мы слышим тебя, – сказал Хрут, – чего ты хочешь?

Гуннар сказал:

– Пусть присутствующие здесь будут свидетелями, что я вызываю тебя, Хрут, биться со мной на поединке сегодня, на острове, что неподалеку здесь, на реке Эксаре. А если ты не хочешь биться со мной, ты должен сегодня же заплатить сполна все деньги.

Затем Гуннар ушел с суда со всеми своими спутниками. Хаскульд с Хрутом также ушли к себе, и больше не было ни обвинения, ни защиты по этому делу.

Войдя к себе в палатку, Хрут сказал:

– Никогда еще не бывало со мной, чтобы я уклонялся от поединка, на который меня вызвали.

– Ты, видимо, намерен принять вызов, – сказал Хаскульд, – но послушайся моего совета и но делай этого, потому что если ты будешь биться с Гуннаром, то тебе придется не лучше, чем пришлось бы Марду, если бы он стал биться с тобой. Лучше нам выплатить вдвоем Гуннару все деньги.

Затем они спросили своих бондов, какую долю они согласны внести. Они ответили, что внесут столько, сколько Хрут захочет.

– Пойдем тогда к палатке Гуннара, – сказал Хаскульд, – и выплатим ему деньги.

Гуннару сказали, что они пришли. Он вышел и стал в дверях палатки. Хаскульд сказал:

– Принимай деньги.

Гуннар сказал:

– Выкладывайте. Я готов принять их.

Они выплатили ему все деньги сполна. Тогда Хаскульд сказал:

– Пусть от этих денег будет тебе так же мало проку, как мало ты заслужил их.

– Будет от них прок, – сказал Гуннар, – потому что иск был справедливый.

Хрут ответил:

– Придется тебе еще поплатиться за них.

– Будь что будет, – ответил Гуннар.

Хрут с Хаскульдом ушли к себе в палатку. Хаскульд был очень возмущен.

– Неужели, – сказал он, – Гуннар никогда не поплатится за эту проделку?

– Он, конечно, поплатится за нее, – сказал Хрут, – но для нас с тобой это не будет ни местью, ни славой. Всего вероятнее, что он еще подружится с нашей родней.

На этом их разговор кончился.

Гуннар показал Ньялю деньги.

– Повезло, – сказал тот.

– Все благодаря твоей помощи, – сказал Гуннар.

Люди разъехались с тинга домой, и Гуннару эта тяжба принесла большую славу. Он отдал Унн все деньги и ничего не захотел оставить себе, сказав лишь, что она и ее родичи будут, по его мнению, отныне обязаны ему больше, чем кому-либо другому. Она сказала, что это действительно так.

вернуться

12

Эти соседи выносили решение, виновен ли ответчик в том, в чем его обвиняют, или нет.

10
{"b":"111560","o":1}