ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

XCVII

Теперь надо рассказать о том, что Ньяль сказал однажды Хаскульду:

– Хотелось бы мне женить тебя, сынок.

Тот сказал, что это ему по душе, попросил Ньяля взяться за сватовство и спросил, где он думает искать ему невесту. Ньяль ответил:

– У Старкада, сына Торда Фрейсгоди, есть дочь Хильдигунн. Это лучшая из всех невест, которых я знаю.

Хаскульд сказал:

– Решай, отец. Я сделаю так, как ты хочешь.

– На ней мы и остановимся, – сказал Ньяль. Вскоре после этого Ньяль пригласил поехать с ним сыновей Сигфуса, всех своих сыновей и Кари, сына Сальмунда. Они поехали на восток, в Свинафелль, и там их хорошо приняли. На следующий день Ньяль и Флоси начали разговор. Они поговорили о разных делах, а потом Ньяль сказал:

– Привело меня сюда одно дело: мы приехали сватать твою племянницу Хильдигунн.

– Кому? – спросил Флоси.

– Хаскульду, моему воспитаннику, – сказал Ньяль.

– Хорошая мысль, – сказал Флоси, – хотя между вашими родами всякое может случиться. А что ты можешь сказать о Хаскульде?

– О нем я могу сказать только хорошее, – сказал Ньяль. – А еще я дам столько денег, сколько вам покажется нужным, если вы захотите принять наше сватовство.

– Позовем ее, – предложил Флоси, – и узнаем, как ей нравится жених.

Ее позвали, и она пришла. Флоси сказал ей, что к ней сватаются. Она сказала, что у нее большие помыслы, и прибавила:

– Я не знаю, как мне быть, ведь тут придется иметь дело с такими людьми, и ведь у этого человека нет звания годи. А ты мне говорил, что ты не выдашь меня замуж за человека без годорда.

– Достаточно того, – сказал Флоси, – что ты не хочешь выходить за него замуж. Тогда я не буду пускаться с ними в разговоры и откажу им.

– Я не говорю, – сказала она, – что не хочу выйти замуж за Хаскульда, если они ему добудут годорд. Но иначе я не соглашусь.

Ньяль сказал:

– Тогда я прошу, чтобы мне дали три года сроку.

Флоси согласился.

– Я ставлю еще одно условие, – сказала Хильдигунн. – Если брак состоится, то мы будем жить здесь, на востоке.

Ньяль сказал, что это пусть решает Хаскульд. А Хаскульд сказал, что он верит многим, но никому он не верит так, как своему воспитателю. И они поехали домой, на запад.

Ньяль начал искать для Хаскульда годорд, но никто не хотел продать свой годорд. Наступает лето, а затем и время альтинга. В это лето на тинге было много раздоров. Многие по привычке ездили к Ньялю, но он давал такие советы, от которых нечего было ждать толку, так что все иски и защиты оказались неправильными. И пошли большие раздоры оттого, что тяжбы не были решены, и люди поехали домой с тинга недовольными.

Приходит время следующего тинга. Ньяль поехал на тинг, и сначала тинг шел спокойно, пока Ньяль не сказал, что пора объявить о своих делах. Многие сказали, что от этого будет мало толку, потому что никто не может добиться решения своего дела, хотя ответчики и вызваны на тинг.

– Мы лучше попытаемся, – сказали они, – решить наши тяжбы копьем и мечом.

– Так не должно быть, – сказал Ньяль. – Ничего хорошего не получится, если в стране не будут соблюдаться законы. Но вы правы в своих жалобах, и это дело наше, людей, которые знают законы и исправляют их, и следует найти выход. По-моему, было бы хорошо нам, хавдингам, собраться и поговорить.

И они пошли в лагретту. Ньяль сказал:

– Я обращаюсь к тебе, Скафти, сын Тородда, и к другим хавдингам! Мне думается, что получается безвыходное положение, если дело разбирается в суде четверти и запутывается так, что его невозможно ни кончить, ни продолжать разбирать дальше. По-моему, было бы хорошо, если бы у нас был Пятый суд,[54] где бы разбирались дела, которые не мог решить суд четверти.

– Кого ж ты хочешь, – спросил Скафти, – в этот Пятый суд? Ведь из прежних годордов образуются суды четвертей, по три дюжины судей в каждой четверти.

– По-моему, было бы хорошим выходом учредить новые годорды: из каждой четверти выбрать людей, которые больше всего подходят для того, чтобы быть годи, и позволить всем, кто хочет, войти к ним в годорд.

– Нам нравится этот совет, – говорит Скафти, – но какие же дела должны разбираться в этом суде?

– Здесь должны разбираться дела, – отвечает Ньяль, – о всяких непорядках на тинге, дела о лжесвидетельствах и неверных показаниях. Кроме того, здесь будут разбираться те нерешенные дела, по которым судьи в судах четвертей не смогли прийти к одному мнению. Все они будут направляться в Пятый суд. Пятый суд станет также разбирать дела о тех, кто давал или брал взятки. На этом суде должны будут даваться самые сильные клятвы, и каждую клятву должны будут подкреплять двое, которые будут своею честью отвечать за верность клятвы. Также если одна сторона ведет дело правильно, а другая неправильно, то дело должно решаться в пользу тех, кто действует правильно. Дела должны разбираться здесь как и в судах четвертей, с той только разницей, что когда назначены четыре дюжины судей в Пятый суд, то истец должен отвести из числа судей шестерых, а ответчик – еще шестерых. Если же ответчик не пожелает никого отвести, то истец должен отвести всю дюжину. Если же истец этого не сделает, то весь суд будет неправильным, потому что судить должны три дюжины судей.

После этого Скафти, сын Тородда, ввел закон о Пятом суде и все остальное, что было сказано. Потом люди пошли к Скале закона. Были учреждены новые годорды. Вот какие новые годорды были учреждены в северной четверти: годорд людей из Меля на Мидфьорде и годорд людей из Лауваса на Эйяфьорде.

Тогда Ньяль попросил внимания и сказал:

– Многим известно, что произошло между моими сыновьями и людьми из Грьоты. Люди знают, что мои сыновья убили Траина, сына Сигфуса. Но мы все же помирились, и я взял на воспитание Хаскульда. Я посватал его, а чтобы жениться, ему надо быть годи. Но никто не хочет продать свой годорд. Я хочу попросить вас, чтобы вы разрешили мне учредить новый годорд на Хвитанесе для Хаскульда.

Все согласились на это. После этого он учредил новый годорд для Хаскульда, и с тех пор того стали называть Хаскульд Хвитанесгоди.

Затем люди стали разъезжаться по домам с тинга. Ньяль пробыл дома недолго и вскоре вместе с сыновьями поехал на восток, в Свинафелль. Он попросил Флоси отдать дочь, и тот сказал, что сдержит свое обещание. Хильдигунн просватали за Хаскульда и договорились о свадьбе. На этом дело было кончено, и они поехали домой.

Потом они снова поехали, на этот раз на свадьбу. После празднества Флоси выделил Хильдигунн ее долю и выдал ей все сполна.

Хаскульд с Хильдигунн поехали в Бергторсхваль и пробыли там год. Хильдигунн и Бергтора ладили хорошо. А следующей весной Ньяль купил землю в Оссабёре и дал ее Хаскульду. Хаскульд переехал туда, и Ньяль набрал ему людей. Они все жили так дружно, что никто из них не решал ничего, не посоветовавшись с другими. Так Хаскульд жил долго в Оссабёре. Они заботились о чести друг друга, и сыновья Ньяля всегда ездили с ним. Их дружба была такой тесной, что каждую осень они приглашали друг друга к себе в гости и делали друг другу богатые подарки.

Так прошло немало времени.

вернуться

54

Пятый суд – своего рода верховный суд Исландии. Он был учрежден в 1004 г. при законоговорителе Скафти. Роль Ньяля в его учреждении, вероятно, преувеличена.

40
{"b":"111560","o":1}