ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Так они и сделали.

CXXXI

Теперь надо рассказать о Кари, что он вылез из ямы, в которой он отдыхал. Он шел, пока не встретил Барда, и между ними произошел разговор, о котором рассказал Гейрмунд. Оттуда Кари отправился к Марду, сыну Вальгарда, и рассказал ему о том, что случилось. Тот очень огорчился. Кари сказал, что для мужчины есть дело более достойное, чем оплакивать мертвых, и попросил его лучше собрать людей п привести их к броду Хольтсвад.

После этого он поехал в Тьорсардаль к Хьяльти, сыну Скегги. И когда он переправился через реку Тьорсу, он увидел, что ему навстречу быстро скачет какой-то человек. Кари подождал его и узнал Ингьяльда из Кельдура.

Он увидел, что у того все бедро залито кровью. Он спросил Ингьяльда, кто его ранил, и тот рассказал ему.

– Где вы встретились? – говорит Кари.

– У реки Ранги, – говорит Ингьяльд, – он метнул в меня через реку копье.

– А ты что-нибудь ему сделал? – спрашивает Кари.

– Я метнул копье обратно, – отвечает Ингьяльд, – и они сказали, что я попал в кого-то, и он сразу же умер.

– Ты не знаешь, – говорит Кари, – в кого ты попал?

– По-моему, в Торстейна, племянника Флоси, – говорит Ингьяльд.

– Да будут благословенны твои руки! – говорит Кари.

После этого они оба поехали к Хьяльти, сыну Скегги, и рассказали ему о том, что случилось. Он возмутился и сказал, что надо непременно догнать их и убить. Затем он стал собирать народ и созвал всех. И вот они с Кари и со всем народом поехали к месту встречи с Мардом, сыном Вальгарда, и встретились с ним у брода Хольтсвад. Мард уже ждал их, и с ним было много народу. Они разделились для преследования: одни поехали нижней дорогой к Сельяландсмули, другие – к Фльотсхлиду, третьи – верхней дорогой, через гряду Трихюрнингсхальсар и в Годаланд, затем на север к Саиду, четвертые – к Фискиватну и повернули обратно, пятые – на восток, в Хольт, нижней дорогой, и рассказали Торгейру о том, что случилось, и спросили его, не проезжали ли те здесь. Торгейр сказал:

– Я, конечно, не большой хавдинг, но все же Флоси надо подумать несколько раз, прежде чем проезжать у меня перед глазами. Ведь он убил моего дядю Ньяля и моих двоюродных братьев. А вам ничего не остается, как вернуться назад, потому что вы ищете дальше, чем нужно. А Кари скажите, чтобы он приезжал сюда ко мне и оставался у меня, если хочет. Но если он не хочет приехать сюда, то я присмотрю за его хозяйством в Дюрхольмаре, если ему угодно. Скажите ему, что я помогу ему как смогу и поеду с ним на альтинг. А еще пусть он знает, что я и мои братья как самые близкие родственники убитых имеем право предъявить обвинение на суде. Мы так думаем повести тяжбу, чтобы, если мы сможем, их объявили вне закона, а затем отомстим им. Но с вами я сейчас не поеду, потому что знаю, что это ни к чему: они сейчас будут очень осторожны.

И вот они вернулись обратно и встретились все в Хове. Они говорили, что опозорились, оттого что не нашли убийц, но Мард сказал, что это не так. Многие стали предлагать поехать к Фльотсхлиду и разграбить все добро тех, кто замешан в этом деле, но все же предоставили решать Марду. Тот сказал, что это было бы величайшей глупостью. Они спросили его, почему он так говорит.

– Потому, – ответил он, – что если мы не тронем их дворы, то они заедут присмотреть за хозяйством и навестить своих жен, и тогда со временем мы сможем их подстеречь. Вы можете не сомневаться, что я буду верным Кари, потому что я должен отвечать и за самого себя.

Хьяльти сказал ему, чтобы он делал как обещал. Затем Хьяльти пригласил Кари к себе, и тот сказал, что приедет к нему первому. Они передали, что Торгейр приглашал его, но он сказал, что воспользуется этим предложением позднее и что все должно кончиться хорошо, как говорит ему его предчувствие, если будет много таких людей. После этого они отпустили всех.

Флоси и его люди видели всё это со своей горы. Флоси сказал:

– Возьмем теперь своих коней и уедем, сейчас это уже можно.

Сыновья Сигфуса спросили, можно ли им вернуться по домам и отдать распоряжения по хозяйству.

– Мард будет рассчитывать, – сказал Флоси, – на то, что вы навестите своих жен, и я догадываюсь, что это был его совет не трогать ваших дворов. И я советую, чтобы вы не расходились и все поехали со мной на восток.

Все послушались этого совета, и вот они все пустились в путь – севернее ледника, а затем на восток, в Свинафелль. Флоси сразу же послал людей сделать запасы, чтобы у них ни в чем не было недостатка.

Флоси никогда не хвастался тем, что сделал. Но никто не видел также, чтобы он боялся. Он пробыл дома всю зиму, далеко за рождество.

СХХХII

Кари сказал Хьяльти, чтобы тот поехал с ним искать кости Пьяля:

– Ведь все поверят твоим рассказам и тому, что ты увидел.

Хьяльти сказал, что охотно перевезет кости Ньяля в церковь. Их поехало пятнадцать человек. Они поехали на восток через реку Тьорсу и приглашали людей ехать с ними. Так их собралось с соседями Ньяля до сотни человек.

Они приехали в Бергторсхваль к полудню. Хьяльти спросил Кари, где мог бы лежать Ньяль, и Кари указал им место. Там надо было убрать очень много пепла. Они нашли шкуру, и она вся словно съежилась от огня. Они подняли шкуру, и оба – Ньяль и Бергтора – оказались не сгоревшими. Все возблагодарили бога и сочли это большим чудом. Затем вынули мальчика, который лежал между ними, и у него оказался обгоревшим палец, который он высунул из-под кожи. Вынесли Ньяля, а потом Бергтору. Затем все подошли посмотреть на их тела. Хьяльти сказал:

– Как вы находите эти тела?

Они ответили:

– Мы бы хотели послушать сначала, что ты скажешь.

Хьяльти сказал:

– Я вам скажу, что думаю, не таясь. Тело Бергторы кажется мне таким, каким я и думал его найти, и оно даже хорошо выглядит, но тело Ньяля и его лик кажутся мне такими сияющими,[82] что я еще ни у одного мертвого не видал такого сияющего тела.

Все согласились с ним. Затем они принялись искать Скарпхедина. Те, кому было позволено выйти из горящего дома, показали место, где Флоси со своими людьми слышал, как была сказана виса. Там крыша обвалилась возле передней стены, и Хьяльти сказал, что копать надо там. Тогда они так и сделали и нашли там тело Скарпхедина. Он стоял у стены. У него обгорели ноги почти до колен, но больше ничего на нем не обгорело. Он закусил себе усы. Глаза у него были открыты и не вытаращены. Секиру он загнал в стену так глубоко, что она вошла по самую середину лезвия и не пострадала. Затем секиру вытащили. Хьяльти поднял ее и сказал:

– Это редкое оружие, и мало кто сможет носить его.

Кари сказал:

– Я знаю человека, который сможет носить эту секиру.

– Кто это? – спросил Хьяльти.

– Торгейр Скораргейр, – ответил Кари. – По-моему, он теперь самый большой человек в роде.

После этого со Скарпхедина сняли одежду. Она не сгорела. Руки у него были сложены крестом, правая поверх левой. Они нашли на нем два ожога, один между лопаток, а другой на груди, и оба они имели очертания креста, так что люди решили, что он сам выжег их себе. Все нашли, что стоять возле мертвого Скарпхедина оказалось легче, чем они думали, потому что теперь его никто не боялся.

Они принялись искать Грима и нашли его кости в середине главного дома. Напротив него, под продольной стеной, они нашли Торда Вольноотпущенника, а в ткацкой – старуху Сеунн и еще троих человек. Всего они нашли кости одиннадцати человек. После этого они перевезли тела в церковь.

Затем Хьяльти поехал домой, и Кари – с ним. У Ингьяльда опухла нога. Тогда он поехал к Хьяльти, и тот вылечил его, но Ингьяльд остался хромым.

Кари поехал в Тунгу к Асгриму, сыну Эллиди-Грима. Торхалла уже приехала домой и успела рассказать о том, что случилось. Асгрим принял Кари с распростертыми объятьями и сказал ему, чтобы он оставался у него на весь год. Кари согласился. Тогда Асгрим пригласил к себе всех, кто был в Бергторсхвале. Кари сказал, что это хорошее предложение, и прибавил:

вернуться

82

Такие утверждения встречаются в житийной литературе XIII века.

56
{"b":"111560","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Самый счастливый развод
Каникулы в Санкт-Петербурге
Элиза в сердце лабиринта
316, пункт «В»
Космос. Прошлое, настоящее, будущее
Только неотложные случаи
Опасные тропы. Рядовой срочной службы
Любовница без прошлого
Чайка Джонатан Ливингстон