ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Последний крик банши
Сквозь аметистовые очки
Помощь. Как ее предлагать, оказывать и принимать
Как бы ты поступил? Сам себе психолог
Я верю в любовь
Земля чужих созвездий
Литературный мастер-класс. Учитесь у Толстого, Чехова, Диккенса, Хемингуэя и многих других современных и классических авторов
Отдел продаж по захвату рынка
Музыка ветра
A
A

Он вышел на бульвар. Прямо за пожелтевшей травой газона начиналось море. Мысли ясные. Этот взрыв — явление уникальное, на протяжении десятков лет взрывов не было. Значит, и скважина, которая его вызвала, должна быть не обычной. Ну да, не обычной. Скажем, глубже пяти тысяч метров — таких раньше не бурили. Или новая, из недавно открытого месторождения. Или, наоборот, очень старая. Случается, что промысловики возвращаются на нефтяные горизонты, которые эксплуатировались полвека назад. Тогда и крекинга не было… Итак, первое — скважина исключительная.

Второе условие. Вступить в строй она должна была незадолго до взрыва. Скорее всего, в этом году. Больше взрывов не было. Очевидно, вскоре после семнадцатого скважина перестала давать нефть, вышла из строя. Это третье. Очень хорошо. Скважин, которые удовлетворяли бы условиям, наберется, наверное, не так уж много.

Валерий хлопнул в ладоши. Хорошая или плохая, но это уже система. А что, если?… Он вспомнил: «Неизвестное науке — это же очень серьезно!»

* * *

Он научился экономить минуты. Знал наизусть расписание электричек, места остановок служебных автобусов, приспособился ездить на чем придется, даже на подводах. И всё равно времени не хватало. Дни исчезали, терялись в бумагах, в пробах, в беготне.

Впрочем, по совести, всё не так мрачно. Он полюбил это хитрое промысловое дело. Может, поэтому девушки, берущие пробы, уже считают его своим. Вчера вечером Марутин, заведующий третьим промыслом, сказал: «Кидай свою бюрократию и иди ко мне оператором. Свежий воздух, простор. Оклад — не ниже, и премии, и будущее. Станешь мастером, кончишь заочно». Сказано было в шутку, а запомнилось — пожалуй, возьмет…

Но дела шли плохо. Как-то очень уж быстро пропала главная его надежда: глубокие скважины. Одну за другой он вычеркнул из списка скважины, пробуренные на новых площадях. Остались менее перспективные. Он просыпался ночью и лежал, мучительно тасуя в памяти номера скважин. Ему чудилось, что сеть, которую он забросил, порвалась и та, проклятая, скважина ушла, выскользнула, как рыба. Он зажигал настольную лампу, брал до боли знакомые книги.

…Он освободился рано и решил съездить к Женьке. Последнее время они почти не виделись. Попадал в институт поздно, когда лаборатория уже не работала, и оставлял бутылку у старика сторожа. Старику было скучно. Растягивая беседу, он смотрел бутылку на свет, нюхал и, весело качая головой, говорил одно и то же:

— Опять «Юбилейный»?

Садясь в трамвай, он вспомнил, что вчерашние пробы остались в прокуратуре. Делать крюк не хотелось, но всё же пришлось. Бутылок было всего восемь, и в сумке они чувствовали себя слишком свободно. Когда он влезал в троллейбус, бутылки так дребезжали, что на него стали оглядываться.

— Привет паукам-эксплуататорам! — встретил его Женька. — Баста! Сегодня кончаю в четыре, домой — и в кино. Присоединяешься?

— А то в остальные дни трудишься до восьми?…

— По крайней мере до пяти, иногда и до шести.

— Что-то не наблюдал.

— Ясно. Эксплуататорам не доставляет удовольствия видеть, как на них гнут спины. Что принес? С горизонтов моей бабушки?

— Совсем наоборот.

— Ну, ну! — Женька заинтересовался.

…Три дня назад на своем столе в прокуратуре Валерий нашел записку: номер телефона и короткая просьба: «Позвоните в объединение Рустамову».

Он удивился: что-нибудь случилось. Позвонил.

— Товарищ Крымов? Да, да… — мягкий, почти не искаженный телефоном голос показался давно знакомым, хотя Валерий слышал его лишь однажды. — Ну, как дела? Ничего нового? Расскажите, пожалуйста, подробно. — И ещё несколько раз, пока он рассказывал: — Подробнее. Подробнее…

Потом трубка надолго замолкла: на той стороне провода думали, а может быть, и советовались.

— Ход рассуждений правильный, — услышал он наконец. — Если такая скважина есть, вы должны её найти. Только одно уточнение. Вы брали скважины, которые вышли из строя семнадцатого? Правильнее было бы с десятого. Ведь проходят дни, прежде чем нефть попадет в резервуар. Скважина может выйти из строя, но нефть-то будет идти. Согласны?

Снова десятки промыслов, а где взять время?… Но Рустамов учитывал, кажется, всё.

— Вам одному будет трудно. Поэтому сделаем так: поручим кому-нибудь собрать данные, а завтра… нет, послезавтра… возьмете машину и объедете промыслы. Договорились?

И вот эти бутылки.

— Неплохо придумано, — заметил Женька. — Эти самые? Мой шеф, кстати, опять в командировке. Часа два есть. Хочешь, попробую?

— Попробуй, — вяло сказал Валерий. Он не притворялся. Всё это уже было: и новые идеи, и надежды, и Женькин оптимизм.

— Ого! С глубины в шесть километров. — Женька взял бутылку и довольно долго возился около установки. Вернулся, сел поудобнее.

— Что с аспирантурой?

Валерий махнул рукой:

— Скоро придется подавать в индустриальный…

— Идея неплохая. Специальность у тебя, прямо скажем, вымирающая. Вроде кучера. А что ты решил с делом?

— Не знаю. Факт, что обвинительного я не подпишу.

— Выгонят?

— Буду драться. В общем увидим… Я… Погоди! Что-то щелкнуло. Может, предохранитель?

Женька прислушался.

— Чепуха, показалось. А предохранители, запомни, не щелкают. Они перегорают тихо и мирно.

Всё-таки он слез со стула и подошел к установке.

— Черт!

— Испортилось?

— Ничего подобного… Все нормально. Я скоро. Да возьми ты там что-нибудь, почитай.

Валерий лениво полистал книгу. Что-то очень специальное — по природе катализа. От нечего делать стал следить за Женькой. Тот возился с приборами: щелкал по крышке, смотрел на свет длинную зеленоватую ленту. Отложил, взял новую. Валерий встал, прошелся по лаборатории.

— Чего ходишь? — сказал Женька нервно. — Садись.

— А что, мешаю?

— Нет, — он поморщился. — Сбиваюсь, когда смотрят.

— Ладно, закругляйся. Скоро четыре. Пора в кино.

— Ради бога, не мешай! — зашипел Женька. — Без тебя собьюсь.

Он взял бутылку («Ту же самую?» — удивился Валерий) и залил в установку остаток нефти.

— Вот и всё, — сказал он с облегчением. — А ты здорово похудел. И почернел. Целый день на солнце?

— Хватает.

— Ты новый фильм видел? Технично сделано. Как это они… — Он вскочил и бросился к установке.

Валерий остался сидеть. Щелчок, как в первый раз, может чуть громче. Словно пробка вылетела из бутылки.

— Что случилось? Чего ты молчишь?

— Случилось, — сказал Женька. — Взрыв.

— Это взрыв?!

— А ты что хотел, чтобы пол-лаборатории разнесло? К опытам, опасным для жизни, посторонние граждане не допускаются.

— Скажи по-человечески…

— Да. Да. Да. Ясно? Пойдем, уже пять.

— Домой?

Женька презрительно фыркнул.

— Я, например, в лабораторию.

Зачем это нужно, Валерий не понял. Сейчас он вообще плохо соображал. Они поднялись на второй этаж. Вошли в лабораторию.

Женька зажег горелку, что-то поставил. Хотел снять и обжегся. Ругался, дул на пальцы. Белая жидкость бурлила, пенилась. Женька улыбался глупо и счастливо. «Перекись, — бормотал он. — Ацетилен… Аммиак…» Он сел и вытер платком пот.

— Неудача? Сначала ты ошибся, да?

Женька дернулся в его сторону, бережно положил пробирку на стол. Бледно-розовые капли сочились из нее и падали на пол.

— Наоборот, удача, — сказал Женька глухо. — Большая, невероятная удача!

— Значит, она не виновата?

— Боже мой, я не о том. Не понимаешь? К этой нефти примешан сильнейший катализатор. Он ускорил реакцию крекинга в сотни, а может быть, и в тысячи раз. Сделал её взрывной. Главное, он действует на самые различные вещества. Я проверял, аммиак, ацетилен, перекись…

— Подожди! Ты можешь доказать?

— Даже тебе… Разумеется, я могу доказать.

— И дать заключение?

— Конечно, институт даст заключение. Ты можешь её выпустить, или взять на поруки, или порвать дело. Как угодно — она не виновата. А этот природный катализатор очень сильного и широкого действия. Вероятно, вызовет переворот в современной… Ладно, скажем скромнее: ускорит многие процессы. Понимаешь значение?

17
{"b":"111628","o":1}