ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Настроение у него немного улучшилось, когда вошел Свантозик. Ардазирец ступал горделиво, вскинув свою рыжую башку. Юбка на нем каким-то образом опять стала опрятной. Но в его волчьем взгляде таилась внутренняя дрожь. Когда он увидел, кто сидит за столом, то весь напрягся, шерсть на его поджаром теле встала дыбом, и послышалось утробное рычание.

— Да, это я, — сказал человек. — Но все еще не побывал в Небесной Пещере. Располагайтесь. — Он махнул рукой в сторону стоявшего напротив его кресла диванчика.

Медленно, как бы по частям, Свантозик опустился на диванчик и наконец промолвил:

— Пословица гласит: «И подумать не успеешь, рогача уж след простыл». Я касаюсь носа в вашу честь, капитан Флэндри.

— Я рад, что вам не перепало от моих людей. Им было отдано распоряжение доставить вас непременно живым. Ведь вся суть в этом.

— Разве уж так я допекал вам в Пещере? — с горечью в голосе спросил Свантозик.

— Наоборот, вы были столь радушным хозяином, каким мне быть не удастся, но, может быть, я сумею отблагодарить вас за все хорошее. — Флэндри достал сигарету. — Вы уж меня простите, но вентиляцию я включил, а мозги у меня работают только на никотине.

— Я так полагаю, — взгляд Свантозика обратился к черноте галактического мрака на обзорных экранах, — что вам уже известно, какая из этих звезд наша.

— Известно.

— Мы ее будем защищать до последнего корабля. Чтобы сломить нас, вам потребуется намного больше сия, чем вы можете отозвать со своих границ.

— Значит, вам известно о положении дел а Сираксе. — Флэндри выпустил струйку дыма через нос. — Скажите мне, если у меня сложилось правильное представление, ведь вас высоко ценят в космической службе Ардазира и в самом орбехе урдаху?

— Скорее в первом, чем во втором, — угрюмо сказал Свантозик. — Вожаки стай и старые самки меня выслушают, но влияния я на них не имею.

— И все же… Взгляните еще разок на Небесную Пещеру. Что вы видите?

Они уже так ближе подрали к туманности, что могли различить и менее плотные участки, сквозь которые откуда-то сбоку пробивалось внутреннее свечение. Словно зловещая черная башня высилась среди созвездий. В тусклом красном свечении по краям туманности вырисовывались валуны и нити, словно угасающий костер тлел в затянутом паутиной гроте. В нескольких градусах вбок от туманности синевой булатной стали отливало солнце Ардазира.

— Конечно же, саму Небесную Пещеру, — недоумевая ответил Свантозик, — Великую Черноту. Врата Смерти, как называют ее люди верующие… — Его голос, в котором звучала издевка, дрогнул.

— Значит, никакого просвета? Она дли вас совсем черная? — Флэндри медленно покивал годовой. — Так я и думал. Ваша раса не видит красной части спектра. Вы глубже нас воспринимаете фиолетовую. Вот почему я в ваших глазах серый, а сами вы — черный. Вот взять эти отвратительные сочетания разных оттенков красного на вашей юбке… Ведь все они представляются вам черными. — Для обозначения красного он употребил слово на урдаху, на самом деле значившее желто-оранжевый цвет, но Свантозик понял его.

— Нашим астрономам давно известно о невидимом излучении из Небесной Пещеры на длинах радиоволн и еще более коротких волнах, — сказал он… — Ну и что из этого?

— Только то, — сказал Флэндри, — что вы живете по приказам, которые получаете из туманности.

Ни один мускул не дрогнул на лице Свантозика, но Флэндри видел, как совершенно непроизвольно снова вздыбилась шерсть и прижались уши.

Человек сидел и глядел на сигарету, которую вертел в пальцах.

— Вы думаете, что бросились вдруг завоевывать миры потому, что за вами стоит Имирское Рассеяние, — сказал он. — Вполне можно предположить, что они снабдили вас оружием, роботами, научными знаниями, всем, в чем вы нуждались, и поставили вас на путь завоеваний. На этот раз, чтобы уничтожить в нашей Галактике Терранскую Империю и сделать вас главенствующей нацией среди кислорододышащих. Вам дали понять, что люди и имирцы не ладот между собой. А. те технические специалисты, что прибывали на Ардазир помочь вам подготовиться к завоеваниям, они были имирцами?

— Некоторые из них, — ответил Свяигозвк — Правда, главным образом там были кислорододышащие. С ними нам много удобнее работать.

— И вы считали, что они просто клиенты имирцев, так? — продолжил Флэндри. — А вот вы подумайте: откуда вы знаете, что кто-то из имирцев действительно бывал на Ардаэире? Им бы все время пришлось сидеть в своих кораблях под силовой оболочкой. А был ли кто на так кораблях вообще, или там были только пульты дистанционного управления? Или какое-нибудь чучело имирца? Таким образом, не так уж трудно было надуть вас. Нет ничего загадочного в кораблях такого типа. Их нетрудно построить. Здесь все дело в том, что похожие на нас расы не прибегают к такому сложному дополнительному обустройству, поскольку поля отрицательной гравитации обеспечивают вполне надежную защиту от воздействия материальных частиц, но ничто не защитит при попадания ядерного боеприпаса в корабль.

А если даже кто-то из имирцев и бывал на Ардазире… Откуда у вас уверенность в том, что именно они стоят за всем происходящим? Насколько вы можете быть уверенными в том, что настоящими хозяевами положения не являются как раз их «вассалы»?

Свантозик оскалился и процедил сквозь зубы:

— Вы резво бьетесь в сетях, капитан, но само предположение…

— Конечно, я строю предположения. — Флэндри закурил, и его взгляд с такой силой столкнутая со взглядом Свантозика — серьги кремень с серой сталью, — что искры полетели, — Вы обладаете научной культурой, так что знаете — чем проще гипотеза, тем она предпочтительнее. Так вот, я могу объяснить факты намного проще, чем несуразными предположениями о том, что Имир решил сунуть свой нос в дела карликовых и ненужных самому Имиру планет. Ведь у Имяра и Терры никогда не было серьезных трений. Нам ничего не надо друг от друга Им известно, что никогда и никакая раса терранского типа не представит для них серьезной угрозы. Они едва ли в состоянии отличить терранина от мерсейца, будь то по внешнему виду или образу мышления. Так какое им дело, кто победит?

— Я и не пытаюсь этого понять, — упрямо отвечал Свантозик. — У меня мозг не из соединений аммиака Дело, однако, в том…

— …что иной раз отдельные имирцы совершают враждебные действия, докончил Флэндри. — Я сам оказался объектом подобных действий. Поскольку нет никакой ясности, с чего ради, кроме как по распоряжению своего правительства, то и было принято это объяснение. А между тем у нас все это время перед глазами маячила другая причина. Я знаю ее. Она из того десятка, что мне пришлось самого себя заставить ее принять, потому что у меня просто не было доказательств. Но я надеюсь вскоре получить подтверждение этому.

— Когда купить не можешь, черни его!

Опиравшийся до того на согнутые в локтях руки, Свантозик дернулся, уперся ладонями в диванчик, ноздри у него задрожали, и он резко спросил:

— Откуда все это? Разве вы можете знать низменные побуждения личной жизни водорододышащего? Я даже не поверю, будто вы знаете, что у этой расы считается преступлением.

— Не знаю, — ответил Флэндри. — Да это и не важно. Но вот есть кое-кто, способный выведать, что у них на уме. Он может это сделать, оказавшись рядом, без всякого предварительного изучения, и не важно, податлив ли от природы этот другой телепатическому воздействию или нет. Как я полагаю, он, должно быть, воспринимает какую-то основополагающую энергию, о существовании которой наша наука даже не подозревает. Только из-за него мы на Терре придумали экранирующий шлем для зашиты мыслей. Он несколько недель провел в Солнечной системе — бывал и на Терре, и на Юпитере. Он мог прозондировать самые сокровенные мысли имирского сопровождающего. А ведь Айхарайх, этот самый телепат, кислорододышащий. У меня мурашки по коже, как только представлю, какое должно быть ощущение, когда воспринимаешь имирские мысли, порожденные протоплазменным мозгом. А он их воспринимал. В каких местах еще он бывал? Сколько лет? Как крепко он держит в руках правителей урдаху?

29
{"b":"111711","o":1}