ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Бартоломью стоял и смотрел на него. Джослин хмурился даже во сне. Мог йоркширец напасть на врача? Бартоломью склонился к нему и уловил запах перегара. От того человека вином не пахло. Конечно, это вполне могло оказаться уловкой — ничто не мешало ему после осушить стакан вина, чтобы отвести от себя подозрения. Д'Эвен лежал на соседнем с ним тюфячке, свернувшись калачиком, словно ребенок.

Бартоломью выпрямился и на цыпочках вышел из спальни, морщась от боли в ушибленном колене. Элфрит все так же стоял на пороге и с посеревшим лицом осторожно ощупывал рану на голове.

— Долго вы уже пробыли в комнате, прежде чем на вас напали? — спросил монаха Бартоломью.

Тот глубоко задумался.

— Точно не знаю. После моего ухода в зале стало очень шумно. Полагаю, остальные профессора покинули его вскоре после нас: негоже продолжать попойку, когда один из коллег мертв. Хотя студенты должны были остаться и вволю насладиться свободой и вином. Впрочем, ни один из коммонеров тогда еще не вернулся, — добавил он внезапно. — Не каждый день их угощают такими яствами и вином, и они, как и студенты, намеревались выжать из пира все удовольствие до последней капли.

— Значит, вы, Пол и Август были в этой части здания одни? — спросил Бартоломью. — А остальные оставались в зале?

— Не могу утверждать, что они были в зале, — отозвался логик, — но здесь их не было. В зале, как я уже сказал, стало шумно, и это отвлекало меня от молитвы. Я поднялся — пожалуй, было чуть за полночь, — чтобы закрыть дверь в комнату, потом продолжил молиться. Возможно, я слегка задремал, — признался он, — но проснулся бы, если б вернулись коммонеры.

— Вы не слышали никаких звуков, кроме шума из зала?

— Никаких, — твердо ответил Элфрит. — А ты? Как ты оказался в спальне коммонеров в такую рань?

— Я проснулся в то же время, как и обычно, — сказал Бартоломью, — и увидел в комнате Августа свет. Я подумал, что вас, наверное, надо подменить, и пришел.

Элфрит кивком поблагодарил его.

— Прошу, продолжай, — сказал он.

— Я поднялся по лестнице как можно тише, чтобы никого не разбудить, открыл дверь и застал вас, как я подумал, за взломом половиц. Тот, кого я принял за Августа, лежал на полу. Когда я вошел, человек, которого я принял за вас, вскочил на ноги и бросился на меня, прежде чем я успел что-то сделать. У него был нож, и мы сцепились. Потом он столкнул меня с лестницы, и я услышал шаги. По лестнице он не спускался, потому что я упал перед дверью, и он не мог бы открыть ее, не оттащив меня. Я поднялся по лестнице обратно, но не нашел и следа нападавшего ни в каморке Августа, ни в дортуаре. Тут вы пришли в себя, и я понял, что Август пропал.

Элфрит нахмурился.

— Что-то слишком крепко спят наши коммонеры, — заметил он. — Меня ударили по голове, да и ты, верно, наделал шуму, когда падал. Вы дрались буквально на площадке перед их дверью, но ни один из них не проснулся. Сейчас мы с тобой стоим здесь и разговариваем, и хоть бы кто шелохнулся. Любопытно, ты не находишь?

Он прошел в центр дортуара и громко хлопнул в ладоши. Храп Джослина на миг прекратился, затем послышался вновь. Элфрит взял со стола оловянное блюдо, смахнул с него несколько сморщенных яблок и что было силы грохнул им о стену. Грохот раздался неимоверный. Джослин простонал и перевернулся на бок. Д'Эвен и Джером зашевелились, но не проснулись.

Тревожный холодок под ложечкой, который Бартоломью уже чувствовал прежде, вернулся. Он присел рядом с Элингтоном и приложил руку к его шее. Пульс был лихорадочный и прерывистый. Он оттянул веки, отметил, что зрачки медленно отреагировали на свет. Потом перешел к одному из стариков и повторил процедуру.

Он поднял глаза на Элфрита.

— Их опоили, — сказал он. — Ну конечно! Как еще пришелец смог бы обшарить комнату и похитить тело?

Элфрит ответил ему изумленным взглядом.

— Боже правый! — прошептал он. — Какое зло творится у нас в колледже! Что могло толкнуть кого-то на подобное деяние?

Бартоломью вспомнились слова, сказанные накануне Августом: «Затевается зло, оно набирает силу и поразит всех нас, в особенности неосторожных».

— Что? — переспросил Элфрит, и Бартоломью понял, что произнес эти слова вслух.

Он почти начал рассказывать, когда что-то вдруг остановило его. Он был озадачен. События последних нескольких часов казались совершенно необъяснимыми, и яркий день внезапно потускнел, отравленный подозрением и недоверием, которые поселились в его сознании.

— Так, просто цитата, — пробормотал он с деланой небрежностью, поднимаясь, чтобы осмотреть остальных.

— Ага! — воскликнул Элфрит. Бартоломью стремительно обернулся. — Похоже, вот оно!

В руках он держал пузатый оловянный кувшин вроде тех, в каких подавали вино за обедом. Бартоломью осторожно взял его. На дне плескались остатки вина и несколько зубчиков гвоздики. По всей видимости, на определенном этапе пира хорошее вино мастера Уилсона заменили напитком похуже, требовавшим добавления пряностей. Но это было не все. В жидкости колыхались и оседали на стенках кувшина крупинки серовато-белого порошка. Бартоломью осторожно понюхал его и узнал сильный запах опия. Коммонеры, верно, были изрядно пьяны, если не заметили его, а от такой дозы в сочетании со всем выпитым за ночь они должны были проспать не меньше чем до полудня.

Он передал кувшин обратно Элфриту.

— Сонное зелье, — пояснил он, — и притом сильнодействующее. Надеюсь только, что не слишком сильнодействующее для стариков.

Он продолжил обход, укладывая погруженных в сон коммонеров на бок, чтобы они не задохнулись, и проверяя пульс. Его беспокоил крошечный человечек с искривленной спиной, которого звали просто Монфише — по названию замка, в котором он появился на свет. Пульс у Монфише бешено частил, кожа была холодной и липкой на ощупь.

— Интересно, они пили его здесь или в зале? — задумчиво спросил Элфрит. — Выясним, когда они очнутся. Долго еще ждать, как считаешь?

— Можете попытаться разбудить Джослина прямо сейчас, — ответил Бартоломью. — Подозреваю, что он более устойчив к крепким напиткам, чем остальные, и он почти проснулся, когда вы грохнули блюдом.

Бартоломью подошел к брату Полу. Тот не присутствовал на пиру, и если его тоже опоили — значит, вино прислали в дортуар коммонеров, чтобы они выпили его здесь. Бартоломью приложил руку к шее Пола, проверяя пульс, но мысли его были заняты загадочными событиями, происходящими вокруг него. Внезапно он насторожился, быстро сдернул с тюфяка толстое одеяло и остолбенел от ужаса. За плечом у него остановился Элфрит.

— Господи Иисусе, — ахнул Элфрит. Перекрестившись, он попятился назад. — Боже, Мэттью, да что здесь происходит? Прошлой ночью в Майкл-хаузе побывал дьявол!

Бартоломью не мог отвести глаз от окровавленной простыни, на которой лежал Пол. Нож, убивший его, так и остался торчать из живота, пальцы слабо сжимали рукоятку. Бартоломью взялся за него — длинный смертоносный валлийский кинжал вроде тех, что он видел у Кинрика и солдат в замке.

— Снова самоубийство? — прошептал Элфрит, увидев руку Пола на рукояти.

— Не думаю, святой отец. Нож вонзили Полу в живот с такой силой, что он застрял в позвоночнике. Мне никак его не вытащить. У Пола не хватило бы сил для такого удара. И я полагаю, что его смерть не была мгновенной. Скорей всего, он умер через несколько минут после ранения. Видите, обе руки у него в крови, и простыня тоже перепачкана. Наверное, он пытался вытащить нож, а убийца дождался, когда он умрет, и потом накрыл его так, чтобы никто не заметил мертвеца до самого утра. К тому времени, — сказал он, поворачиваясь к Элфриту, — дело, которое происходило прошлой ночью, уже должно было завершиться.

— И завершилось бы, — сказал Элфрит, — если бы ты не был ранней пташкой, равнодушной к выпивке! — Он содрогнулся, глядя на тщедушное тело брата Пола. — Несчастный! Сегодня же утром отслужу мессу по нему и по Августу. Но сейчас мы должны известить мастера. Ты оставайся здесь, а я схожу за ним.

12
{"b":"111722","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Иисус. Историческое расследование
Естественная история драконов. Мемуары леди Трент. Путешествие на «Василиске»
Как учиться на отлично? Уникальная методика Рона Фрая
Копия
Княгиня Ольга. Зимний престол
Кина не будет
Моя любимая сестра
Бесконечная шутка
Книга тренеров NBA. Техники, тактики и тренерские стратегии от гениев баскетбола