ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Она с готовностью согласилась.

— Изверги! Убивать ни в чем не повинных детей!

— Вы правы, — подтвердил он. — Весь мир осуждает сионистский разбой!

— Неужели евреи в Израиле, сами испытавшие на себе ужасы фашизма, не понимают. что они совершают?! — ужаснулась Оксана.

— Сионизм это фашизм. Вот главная причина всех бед! И только благодаря мирной политике Советского Союза, поддерживающего освободительную борьбу палестинского парода, израильтяне не могут их поголовно истребить. Сионисты воюют па деньги американских империалистов, — разъяснял он.

А Оксана поддакивала:

— Убийцы!

— Вы смогли бы выступить по телевидению с обращением от имени советских матерей, — подумав, предложил ей куратор. — Вы не волнуйтесь, мы вас несколько раз запишем, шероховатости вырежем. У вас должно получиться. Прекрасная внешность, отличная дикция… — подбадривал он ее.

— Конечно: — согласилась Оксана. — Я тоже мать. И когда вижу эти фото, своими руками задавила бы!

— До этого, надеюсь, дело не дойдет, — улыбнулся куратор, вынимая из папки новую расписку. — Вот здесь, пожалуйста, распишитесь, — он отсчитал пятьдесят рублен и пошутил: — От комитета советских женщин.

В первых числах декабря «письмо» Оксаны было опубликовано в местной газете, а затем появилось и в республиканской. Она дважды выступила по телевидению и, как говорили друзья и знакомые, смотрелась просто великолепно. И Коля восхитился. После второй передачи он предложил ей расписаться. Оксана, с полминуты подумав, согласилась назначить бракосочетание на третье февраля.

— Чтоб подешевле вышло, — объяснила она совмещение свадьбы с днем рождения Викочки.

Стремительная карьера Оксаны для Изи прошла незамеченной. Кроме «Вечерки» и «Комсомолки» иных газет он не читал, а по республиканскому телевидению, кроме футбола, и вовсе ничего не смотрел.

За что и был наказан, долго еще с замиранием сердца открывая почтовый ящик, ire зная, что «любимый город может спать спокойно…»

«И видеть сны, и видеть сны, и видеть сны…».

***

Счастливые семидесятые завершились, как и положено по календарю, в конце декабря 1979 года. За несколько дней до начала нового десятилетия весьма, как объявили, ограниченный контингент советских войск был введен в Афганистан.

На всех политинформациях знающие люди доверительно сообщали, что паши доблестные десантники всего на несколько часов опередили американцев, собиравшихся установить в афганских горах ракетные установки, взяв, таким образом, подбрюшье России под ядерный прицел.

Сценарии этот живо напомнил Изе август шестьдесят восьмого. Тогда также благодаря умелой утечке информации стало доподлинно известно, что наши войска всего на несколько часов опередили западных немцев, готовых ввести спои танки в братскую Чехословакию.

Хоть это при ближайшем рассмотрении не поддавалось здравому смыслу, но па памяти был мюнхенский сговор и аннексия Судет, с которой, в общем-то, началась германская ^экспансия на Восток. И обостренное войной чувство легко уверовало: так надо! После трагедии 41-го разведке следует верить.

В те дни Изя с гордостью вспоминал, как участвовал в подавлении фашистского путча в Венгрии, удивляясь, почему не встречают их, как освободителей, многотысячные толпы, и за что, как только высунулся он па тапка, бросил ему в голову камень долговязый студент, труп которого затем волокли мимо их тапка на грузовик…

В ту августовскую ночь Румыния объявила мобилизацию и, на всякий случай, выдвинула своп войска к советской границе. Ответные действия, когда из резервистов срочно формировалась Одесская (одни говорили — танковая, другие — мотострелковая) дивизия, срочно выдвигаемая к румынской границе, казались ему правильными, и он вновь недоумевал, почему скандируют на Вацлавской площади многотысячные толпы обманутых чешских студентов, дикое для него слово: "Оккупанты!''

Он еще долго удивлялся, почему его обошли с повесткой, и подсмеивался над храбростью Баумова, который спешно ''заболел'' подозрением на рак и, взяв отпуск, вылетел обследоваться в столицу.

''Ося всегда был трусом, — смеясь, рассказывал он Шелле, как брат его, распаляясь с зависящими от пего людьми до истерических воплей — сейчас я тебе морду набью! — теряется, бледнеет и спешит ретироваться при малейшей опасности получить даже не пощечину, а легкий пипок в зад".

О диссидентах, вышедших 21 августа на Красную площадь с лозунгом «За вашу и нашу свободу», газеты не писали. О поступке их Изя услышал значительно позже… и не оценил никак. С годами, правда, он стал сомневаться в правильности ввода войск, но тогда, и августе 68-го, сомнений не было — во имя сохранения мира все средства хороши.

Но Афганистан? Далекий вроде от большой политики… Скупые сообщения в газетах как бы установили информационно-дымовую завесу. Изя пытался крутить радио. Сквозь треск усердно заглушаемых «голосов» прорывалось осуждение агрессии Генеральной Ассамблеей ООН, и все громче звучало повое для страны слово: «бойкот». Бойкот Олимпиады, экономический бойкот, культурный…

Как Регина и говорила, через два месяца, в ноябре 1979-го, Юру призвали в армию. Учебку проходил он в Каунасе. Писал, к радости Парикмахеров, нечасто, и они успокаивали себя тем, что за два долгих года пли он, или Регина кого-нибудь себе найдут.

— А если бы ты сделала глупость и вышла за него замуж до армии? — говорила ей Шелла, когда особенно долго не было писем.

И Регина соглашалась.

— Да, мы должны пройти испытание временем. Бабушка с другой стороны добавляла:

— А сколько случаев было во время войны в Ташкенте? Она ждет его, надрывается одна с ребенком, не позволяет пиком) даже ухаживать за ней, а у пего фронтовой роман с военврачом, а потом короткое письмо: ''Извини, у нас — любовь…"

В мае 80— го Юрину часть перебросили в Афган. А вскоре к матери его пришли из военкомата: ''Ваш сын пропал без вести. Ищут… Возможно, в плену. Тогда есть надежда, что обменяют…"

В эти же дни и Одессу пришло сообщение и смерти Высоцкого. Оно и поставило окончательную точку в затянувшемся прощании с семидесятыми…

23
{"b":"11185","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Заложники времени
Если любишь – отпусти
Мрачное королевство. Честь мертвецов
Книга Пыли. Прекрасная дикарка
Стиль Мадам Шик: секреты французского шарма и безупречных манер
Расколотый разум
Ледяной укус
Я знаю, когда ты лжешь! Методы ЦРУ для выявления лжи
Земля лишних. Коммерсант