ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Атомный ангел
Тетушка с угрозой для жизни
Вата, или Не все так однозначно
Жизнь и смерть в ее руках
Зубы дракона
Постарайся не дышать
Брачная игра
Паиньки тоже бунтуют
Око Золтара
A
A

Около него толпились люди с сосредоточенными лицами. Худощавые руки с золотистой кожей выразительно жестикулировали. Сару как током ударило. Вокруг него возникала какая-то особая физическая аура, радом с ним все остальные мужчины казались просто деревянными. Куда бы он ни шел, он непременно притягивал к себе взгляды женщин. Некоторые смотрели на него открыто, другие — украдкой, а кто-то даже без утайки. Удивительная сила его личности никого не оставляла равнодушным. А это поразительное мужество… горящее, вопиющее, ослепительное. Бог щедро наградил Рафаэля, но даже если бы он и не обладал столь поразительной физической мужской красотой, он все равно не переставал бы привлекать представительниц ее пола. В нем было нечто царственное, сочетавшееся в то же время с естественной непринужденностью и общительностью.

Неожиданно его точеный профиль повернулся прямо к ней. Проницательные глаза сузились, в мгновение окинув ее всю с головы до пят. Светло-коричневые… гипнотизирующие… неотразимые глаза. Запаниковав, она резко повернулась, но все же успела заметить, как помрачнело его мужественное лицо. На неслушающихся, подгибающихся ногах она с трудом протиснулась сквозь толпу в холле и добралась до спасительной спальни Карен.

Ее мутило. Она бросилась в соседнюю ванную комнату, где ее болезненно вывернуло наизнанку. Когда ее немного отпустило и она попыталась отдышаться, ей вдруг пришло в голову, что она, наверное, единственная женщина на свете, вот так реагирующая на Рафаэля.

Да что ты, Сара, ты же такая смелая, такая смелая! Если бы ты только знала, что встретишь его здесь, никакая сила на свете не смогла бы тебя сюда притащить. Но это ведь не трусость, попыталась оправдать она себя. Просто даже и через тысячу лет тебе не забыть пережитой боли. А за пять последних лет ты стала совсем другим человеком, совсем другой женщиной. Ой ли? — поддразнил ее внутренний голос. Вот он там, в окружении роскошных, жаждущих его женщин и завистливых мужчин… а ты вот прячешься здесь, в ванной. Боже милостивый, неужели за эти годы так ничего и не изменилось?

На впавших щеках проступил стыдливый румянец. Она вернулась в спальню. Сила характера и гордость все же взяли в ней верх, хотя ни одно из этих чувств не полыхало в ней олимпийским огнем. Что он здесь делает? А почему бы ему здесь и не быть? У Карен бесчисленное множество знакомых и друзей. Вряд ли есть мало-мальски значимый в социальном плане человек, кто не знал бы Карен. Но ведь Рафаэль живет за границей. Как всякое пышное тропическое растение, он может благоухать только в теплом солнечном климате.

Она сжала руками виски. Он сейчас уйдет. Он обязательно сейчас уйдет. Даже Рафаэль не настолько бессовестен и бесстрастен, чтобы, увидев ее, оставаться здесь. Ведь ему все-таки напомнили о его двух детях, которых он так никогда и не видел… И даже не пытался увидеть… Все еще дрожа, она заставила себя посмотреться в зеркало. К ее удивлению, шелковистые пшеничные волосы были все еще гладко зачесаны назад, а зеленое на бретельках платье мягко облегало ее фигурку, напоминавшую фарфоровую статуэтку. Агонизирующая боль отражалась только в блеске глаз.

«Ты великолепная маленькая куколка, ты прекрасная принцесса, которых возносят и создают деньги. Куклы не живые, они не дышат, querida (Дорогая (исп.). Так же как и ты", — эхом отозвались в ее памяти насмешливые слова Рафаэля.

Она была отвергнута. Куколка в элегантном костюмчике, в пластиковой стерильной упаковке, с ласкающим взором, но не живая. Именно так чувствовала себя Сара, когда ее жизнь была разбита человеком, которого она любила. И вот теперь она вновь переживала это ощущение.

Дверь в спальню открылась так резко, что Сара вздрогнула.

— Так вот где ты прячешься! И это в мой-то вечер года! Ну и ну! — как всегда, экспрессивно произнесла Карен, закрывая за собой дверь. — Я разобралась за тебя с Гордоном. Я поставила его за стойку бара на кухне, заставила его снять смокинг, чтобы кто-нибудь не принял его за настоящего бармена, и посоветовала ему самому несколько раз приложиться, пока он будет обслуживать других. Он настолько хорошо воспитан, что, бьюсь об заклад, простоит там весь вечер до тех пор, пока ты не освободишь его. Сара обернулась к подруге, бледная, но вполне владея собой.

— На твоем месте я не стала бы биться об заклад, — язвительно заметила она.

Карен вопросительно на нее посмотрела.

— Как ты себя чувствуешь? Ты белее манишки Гордона.

— У меня немного разболелась голова. Я приняла таблетки.

Соврав, Сара даже покраснела.

— Зная твою привычку к преуменьшениям, можно предположить, что у тебя вот-вот разыграется настоящая мигрень. Приляг-ка ты лучше, — приказала ей Карен на правах хозяйки и, пододвинув себе стул, села. — Я хочу знать про Гордона все.

— Я на самом деле себя уже лучше чувствую, — сказала Сара, присаживаясь в ногах кровати. — Нехорошо оставлять гостей одних.

— Там за баром Гордон; большой братец заботится о напитках, а маленькая сестричка следит за музыкой, — сообщила Карен. — Блюда у нас сегодня все холодные, а столы уже накрыты. Как хозяйке мне нет равных.

— Ты, без сомнения, очень хороший организатор.

— Гордон… — нетерпеливо повторила Карен. — Ты что-то от меня скрываешь. Кто он? Где? Как? От него все это можно узнать, только если его поставить к стене и бросать в него ножи! И даже в этом случае нет гарантии, что он не ограничится просто именем, положением и номером. Как бы то ни было, он выгладит именно так, как этого хотелось бы заботливым маме и папе Сауткоттам, думающим о своей неприкаянной дочери.

Когда мы вернемся назад к гостям, Рафаэля там уже наверняка не будет.

Эта уверенность несколько подбодрила Сару и немного ее успокоила.

— Он банкир.

— Так я и знала! — Карен была вне себя от радости. — Я сказала ему, что он брокер, бухгалтер или агент налоговой инспекции. Мне показалось, что ему это почему-то не очень понравилось. Но у него лицо как у банковского сейфа! Если не произойдет никакого чуда, боюсь, что тебе ничего не светит.

Благодаря этому сумасшедшему разговору с Карен Сара постепенно расслаблялась.

— Мы просто друзья. Его совсем недавно перевели сюда из Нью-Йорка. Он вдовец — его жена умерла в прошлом году от лейкемии, — рассказывала она сочувственно. — Само собой разумеется, что он еще не смог через это переступить. Он, наверное, сильно переживает.

Карен была ошеломлена.

— Не может быть! — простонала она. — Придется мне его вытаскивать из бара! Теперь понимаю, почему он так насупился, когда я, неся всякую чушь, почему-то заговорила о похоронном бюро. — Но замешательство Карен быстро прошло, и ее чувственные губы постепенно опять сложились в улыбку. — Но с другой стороны, мне кажется, что Гордон проще смотрит на эти трагические обстоятельства, чем ты думаешь. Он лишь один-единственный раз не выглядел как запертый банковский сейф — и это было, когда я его уводила от тебя. Гордон, дорогуша, уже наполовину в тебя влюблен!

Сара удивленно на нее посмотрела.

— Ничего подобного. Мы едва знакомы. Он провел пару выходных с моими родителями, и мы как-то пообедали вместе, сходили в театр… вот и все. Карен с сожалением покачала головой.

— Это называется свиданиями, Сара. Ты просто еще этого не поняла.

— Ты сама ничего не понимаешь, — запротестовала Сара, чувствуя себя не в своей тарелке.

— Случайные знакомства временами бывают очень опасны, — усмехнулась Карен. — А ты слишком красива, чтобы внушать только платонические чувства. Да в чем, собственно, проблема?

— Мы с Гордоном были достаточно откровенны друг с другом, Карен. — Саре стоило некоторого труда сохранять на лице беспечную улыбку. Чувства не интересуют ни его, ни меня. Он мне нравится, но, поверь, не больше того.

— Он красив, преуспевает и свободен, а тебе он просто нравится? — Карен была возмущена. — Что же мне с тобой делать? Да та ли это девчонка, что поставила всю школу на уши, когда в выпускном классе сбежала с каким-то иностранцем, не обращая внимания на то, что он ей не ровня? В тебе была изюминка, дорогая. Так что же случилось с твоей рисковой страстью и непредсказуемостью?

2
{"b":"11194","o":1}