ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Я не хочу, чтобы меня взвешивали, как мешок с зерном, — с болью в голосе бросил он. — Я тебя не взвешивал.

Она почувствовала, как в нем закипает гнев. Заметив, как напряглось его мощное тело, она вдруг поняла, наконец-то поняла, хотя ей и трудно было в это поверить, что для него чрезвычайно важно, что она о нем думает. И потому сейчас он так мучительно искал слова, которые могли бы причинить ей боль, ранить ее. Сердце перевернулось у нее в груди и бешено заколотилось. Она вдруг почувствовала себя невероятно щедрой.

— Зачем, ты думаешь, я напялила на себя это идиотское платье? Я пришла, чтобы… э-э-э… соблазнить тебя, — с трудом вымолвила она.

— Que? — пробормотал он, потрясенный.

— Мне показалось, что глоток спиртного мне поможет. Честно говоря, я не смогла продумать все до мелочей и теперь не совсем себе представляю, что делать дальше, — отрывисто призналась она.

Рафаэль тяжело дышал, как человек, одним махом взбежавший на холм в надежде, что увидит оттуда прекрасный вид, но так ничего и не увидевший. — Ты хочешь затащить меня в постель? — яростно спросил он. — Тебе просто нужен мужик!

Эта неожиданная реакция ошеломила Сару. Но когда она наконец поняла смысл того, что он хотел сказать, терпение ее лопнуло. Волна злости и боли охватила ее, и она вскочила на ноги.

— Да! В данный момент просто мужик для меня был бы более привлекателен! — задыхаясь от ярости, заявила она. — Слепец! Неужели ты думаешь, что я легла бы с тобой в постель, если бы не любила тебя?! Я никогда бы на это не пошла — слишком мало, чтобы заставить меня забыть о моих принципах! Мне нужен ты, и если ты думаешь, что мне это нравится, ты просто дурак!

Глава 10

— Оригинальное признание в любви, — хрипло сказал Рафаэль.

Сообразив вдруг, что, вместо того чтобы сбить с него спесь, она добилась как раз обратного и выдала себя с головой, Сара еще больше разозлилась.

— Ты сам упустил свой шанс! — гневно заявила она. — И не дай тебе Бог когда-нибудь заговорить об этом вновь! Что до меня, так между нами ничего не произошло!

— Но почему я это должен забыть? — Улыбка, заигравшая у него на лице, совершенно преобразила его. — В конце концов, я тоже тебя люблю.

— И когда тебе это пришло в голову? Только что?

— Рог Dios, querida — я люблю тебя! — яростно заявил он.

— И именно поэтому ты спал тут, обращаясь со мной как с мебелью или чем-то в этом роде?..

К горлу у нее подступил горький ком, а на глазах выступили слезы. В водовороте чувств, захлестнувших ее, ей вдруг отчаянно захотелось ему поверить.

— Или как с человеком, до которого мне всегда хочется дотронуться, мягко закончил за нее он. — Ты же сама заявила, что не хочешь меня.

— Мне казалось, что ты любишь кого-то другого.

— Кого же?

— Откуда мне знать? — смущенно пробормотала она. — Когда я спросила тебя, что будет, если ты вдруг полюбишь кого-нибудь еще, ты выглядел так, будто… будто что-то скрываешь от меня.

— Естественно! Поставь себя на мое место! Ведь ты спросила это походя, будто тебе до меня нет никакого дела! — возразил он. — Мне было больно, потому что я люблю тебя, Сара, — произнес он, наслаждаясь каждым звуком ее имени, и по ногам ее пробежала дрожь, но она постаралась не впадать в панику.

— Я хочу тебе верить, но…

— Никаких «но». — Он положил палец на ее вздрагивающие губы. — Я готов всю оставшуюся жизнь доказывать тебе, что это именно так. В Англии я сказал тебе, что уже в первую ночь знал, что сделаю. Я знал, что еще люблю тебя, но не хотел этого показывать. — Он решительно обнял ее, лишая возможности сосредоточиться. — Но я только и думал о том, кто тебя обнимает.

— А как насчет того странного существа, которое лапало тебя в тот вечер? — пробормотала Сара, не позволяя закрыть себе рот.

— У меня нет привычки разрешать себя лапать при всех. — Щеки его потемнели. — Может, это и звучит по-детски, но мне очень хотелось, чтобы ты видела, что есть женщины, которым я небезразличен. Это была гордость, это было…

— …отвратительно, — безжалостно закончила за него Сара, успокоившись, а его неожиданная улыбка окончательно сбила ее с толку.

— Ты не смогла скрыть свои чувства, и меня это сильно озадачило. Поэтому я и отправился по твоим следам…

— Ты ехал за машиной Гордона?

— Я не думал о том, что делаю… Ты так странно себя повела, — пробормотал он. — А потом появилась Джилли, а потом… какой-то провал. Я уже и не помню, что говорил. Я был уничтожен.

Сара вдруг открыла для себя, что под свитером у него ничего не было.

Ее рука скользнула под резинку и жадно гладила теплую, покрытую жесткими волосами кожу. К своему удовольствию, она почувствовала, как от ее прикосновения он задрожал. Впившись пальцами в ее волосы, он заставил ее откинуть назад голову и жадно припал к ее губам. От такого необузданного порыва она чуть не упала. Тяжело переводя дух, он отпустил ее распухшие губы и что-то страстно пробормотал на испанском.

— Дважды мы были близки, — простонал он, — и оба раза я терял самообладание и вел себя как чудовище. На сей раз этого не повторится.

— Ты потерял самообладание? Мне казалось, что ты просто экспериментируешь.

Он с улыбкой поднял ее на руки.

— А я думал, что экспериментируешь ты. Я едва сдержался, чтобы не наброситься на тебя в холле. — Он нахмурился. — Тебя это смущает?

— Меня это восхищает, — прошептала она, прижимаясь к нему щекой. Можешь повторить. И можешь быть чудовищем.

Он положил ее на узкую кровать в голой, почти монашеской маленькой комнатке и тщательно разгладил ее сбившуюся юбку.

— Коктейль здорово ударил тебе в голову. Думаю, сегодня лучше воздержаться.

— Почему?

Выведенная столь жестоко из состояния предвкушения чувственного удовольствия, она ухватилась за его свитер, пытаясь удержать его около себя.

— Завтра ты еще подумаешь, что я все это специально подстроил. Лучше уж я подожду. — Но во взгляде его были только нетерпение и страсть, и он приспустил штору. — Хочу дать тебе время. Физическая близость для меня не так уж важна, как тебе кажется. Я хочу, чтобы ты была совершенно уверена в том, что именно этого ты хочешь.

— Я хочу тебя. — Глаза у нее увлажнились, и она яростно замигала. — Я так тебя хочу…

— Enamorada… te quiero, te quiero (Любимая… я люблю тебя, я люблю тебя (исп.), — подхватил он и больше не заставил себя уговаривать.

Она уже познала удовольствие манящее и удовольствие жгущее. На этот раз она познала удовольствие, которое не имеет границ и длится вечность. Вихрь чувств закружил ее и унес с собой ввысь, а она все повторяла и повторяла его имя.

Он целовал ее разгоряченное лицо, и наконец она стала постепенно приходить в себя. На смеси испанского и английского он говорил, как ее любит, как не может без нее жить, как никогда не позволит ей оставить его даже на минуту. Рай, настоящий рай. А она лежала и впитывала все это с сумасшедшей, пьяной радостью. Он принадлежит ей, только и безвозвратно ей, она вырвала его из зубов смерти… из рук этих алчных женщин, думала она снисходительно. Теперь она вне конкуренции, и ей дела нет до этих безликих орд.

— Утром поедем в Мадрид, — пробормотал он, не переставая целовать и прижимать ее к себе.

— В Мадрид?

— У нас там дом. — Он посмотрел ей в глаза, еще подернутые чувственной пеленой, и ей вдруг показалось, что он чем-то встревожен. — В Мадриде живет и работает Катарина. Я хочу, чтобы вы познакомились.

— А что, это так срочно?

— Катарина никогда не навязывается. — Он как будто читал ее мысли, и она тут же почувствовала себя вредной девчонкой, собакой на сене. — Дети могут остаться здесь и присоединятся к нам позже, если соскучатся.

— Если? — переспросила она.

— Наши дети вполне самостоятельны.

Это бесспорно.

— Сколько лет твоей кузине? — поинтересовалась она.

— Она на два года старше меня.

— Она разведена?

37
{"b":"11194","o":1}