ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Путь к характеру
Идеальных родителей не бывает! Почему иногда мы реагируем на шалости детей слишком эмоционально
Девушки сирени
Исповедь узницы подземелья
Закон охотника
Древний. Час воздаяния
Дочь того самого Джойса
Земля лишних. Последний борт на Одессу
Метод волка с Уолл-стрит: Откровения лучшего продавца в мире

Все обитатели госпиталя были влюблены в Кирнан.

– Ну, разве она не прелесть, док? Более красивой и ласковой женщины я в жизни не видел, – признался как-то Джессу бывалый солдат, пока тот осматривал его рану.

Камерон выразительно выгнул брови и что-то буркнул в ответ. «Да, прелесть. Только ты не видел ее в гневе, старый вояка!»

Разумеется, Кирнан никогда не появлялась в палате рассерженной или недовольной. Напротив, изящная и элегантная, она с милой улыбкой на устах, шуткой и подтруниванием поднимала дух страдальцев. Словом, вела себя так, словно принимала у себя в доме дорогих гостей. Однажды она просто поразила раненых своим роскошным желтым платьем с кружевом от ворота до середины рукавов, старинной дорогой брошью под самым горлом. Величественно пройдясь по всей палате, Кирнан уселась на стуле посредине, лучась весельем и забавляя всех остроумными шутками.

– Не подумайте, что я не ценю вас, джентльмены, – растягивая слова на виргинский манер, проговорила она. – Только мне кажется, что пара наших мальчиков легко побьют десяток таких, как вы.

– Вот уж неправда, миз Миллер, – запротестовал новичок у окна. – Просто пока нам не везло, вот и все.

– И у нас нет таких командиров, как Каменная Стена или Ли, – мудро заметил его старший товарищ.

– И вообще за свою землю народ всегда сражается с утроенной силой, – добавил третий.

– Все равно мы побьем южан, – упрямо вставил еще кто-то.

Джесс, наблюдавший за этой сценой с порога, узнал этот голос. Он принадлежал бойцу, два дня назад поступившему в Монтемарт. Руку ему в клочья разорвало шрапнелью. Только доктор Камерон мог спасти солдата от ампутации, поэтому его сюда и прислали. И теперь Джесс часами работал в операционной, извлекая из тканей кусочки металла.

– Вот погодите, миз Миллер, сами увидите, – продолжил он. – Когда нашим удается застать конфедератов врасплох, они всегда одерживают верх. Через несколько дней ребята отправятся в долину, и тогда вашей Каменной Стене со всеми его людьми ох как не поздоровится! Они их в порошок сотрут.

– Так уж и в порошок?! – от души рассмеялась Кирнан.

– А то нет! Мы нападем неожиданно, это раз. И потом – нас ведь будет больше.

– Ну, поживем – увидим.

Встав со стула, Кирнан продолжила обход.

– Ну, Билли Джо Райли, сегодня ты просто великолепен – чистый и на вид совсем здоровый. Желтизны как не бывало!

Девушка легонько коснулась его щеки.

Билли Джо, казалось, сейчас взорвется. Да, Кирнан умела быть обворожительной, когда хотела! Легкое прикосновение – и парнишка на седьмом небе.

Джессу вдруг пришло в голову, что он спасает парней от смерти при ранении, чтобы они умерли от сердечного приступа при виде Кирнан. Девушка тем временем нагнулась, поправляя повязку несчастного на другой койке, и вдруг увидела Джесса. И сразу замерла.

Как по мановению волшебной палочки величественная маска уверенной в себе леди слетела с ее лица. Она не перестала быть красивой, просто теперь черты ее заострились, появилась настороженность во взгляде. Кирнан выпрямилась, не сводя глаз с Камерона, и, обведя взглядом палату, пропела сладчайшим тоном:

– Спокойной ночи, мальчики!

И, нарочито не замечая доктора, выплыла из палаты. Аромат ее тела и духов и шелест шелкового платья словно опалил его с ног до головы.

Вечером, уже в сумерках, Джесс выглянул из окна своей спальни и увидел на крыльце Кирнан. Теперь на ней был темный бархатный костюм для верховой езды – наряд скорее утилитарный. Оглядевшись, она торопливо направилась к конюшне.

Джесс швырнул на стол письмо, только что полученное из Вашингтона, набросил накидку и заторопился вниз. К тому времени как он выскочил на улицу, девушка уже покидала пределы Монтемарта. Правда, она чуть потеряла время, объезжая палатку, где размещались солдаты.

Джесс ринулся к конюшне. На стуле у входа дремал старик Джеремия. Впрочем, едва Камерон вырос перед ним, как негр открыл глаза и торопливо вскочил.

– Что угодно, мастер Джесс?

– Хочу прокатиться.

– Сдается мне, сейчас не совсем подходящее время для прогулок. Скоро стемнеет.

Джесс, уже отвязавший Пегаса, улыбнулся:

– Неужели? Тогда тебе следовало бы остановить и свою хозяйку.

– Что-что?

– Да ведь она только что уехала. Миссис Миллер, – нетерпеливо пояснил капитан.

– Неужто?

– Ты что ж это, не заметил, как миссис Миллер только что проскакала мимо?

– В глаза не видел…

– А надо бы видеть, – наставительно заметил Джесс и вывел Пегаса из стойла.

– Желаете, чтобы я оседлал его для вас, мастер Джесс?

– Спасибо, – ответил тот. – Если я поручу это дело тебе, то до утра не тронусь с места.

– Ну зачем вы так, мастер Джесс?

– Отойди с дороги, Джеремия, – твердо произнес Камерон и повел Пегаса к выходу. Мигом взнуздав коня, о вскочил в седло и еще раз взглянул на негра: – Не тревожься ты так, старик! Мне вряд ли удастся ее догнать.

Джеремии ничего не оставалось делать, кроме как освободить дорогу. Конь Джесса тут же взял в галоп.

Объезжать палатки капитану не пришлось, и все же, как он ни спешил, пришлось остановиться у въезда в рощу и присмотреться к земле, надеясь отыскать следы. Обнаружив, что в одном направлении листва примята, Джесс уверенно направил Пегаса туда.

Мысленно он представил себе план местности. Харперс-Ферри лежал далеко внизу в окружении Мэрилендских высот, многочисленных гор, холмов и лощин. Ему невольно вспомнились владельцы поместий, раскинувшихся по всей округе. Тропинка, по которой он сейчас ехал, по всей видимости, вела в поместье Шагалл.

– Ну что же, Пегас, посмотрим, что там понадобилось Кирнан, – буркнул Джесс и пришпорил коня.

По утрам Кирнан просыпалась с одной только мыслью: как было бы хорошо, если бы события последних дней оказались просто ночным кошмаром. Если бы Джесс не появился в Монтемарте да и все эти янки тоже. Если бы война не коснулась этого мирного уголка, а в доме не лежали бы сейчас несколько десятков раненых…

Поначалу самым страшным для нее было присутствие Камерона в соседней комнате. Никакие муки ада не сравнятся с теми, которые испытывала она при мысли о том, что он так близко, за стенкой! Временами до нее доносились шаги, и девушка воображала, как он бродит по комнате из угла в угол, и представляла себе выражение его лица. Наверняка он очень устал. Шутка сказать – после стольких-то часов в операционной! Вероятно, сейчас он сбросил китель, уселся в кресло и водрузил ноги на стол. Раскачиваясь в кресле, чтобы немного расслабиться, он, может быть, закрыл глаза и сжал ладонями виски. Но отдых длится лишь пару минут, потом Джесс открывает глаза и встает.

И снова Кирнан слышит его шаги – это он подошел к кровати. Вот летят на пол сапоги, а рубашку, бриджи и пояс он вешает на стул. Затем слышится скрип пружин – он, с наслаждением вытянувшись на кровати, подложил руки под голову и уставился в потолок.

В наступавшей далее тишине начиналось самое страшное: лежа с открытыми глазами, так же как и Джесс, Кирнан никак не могла избавиться от мыслей о нем. Теперь он ее враг. У них нет и не может быть общего будущего. Камерон надел синюю форму и пошел своим путем, а она оказалась не в состоянии ему помешать. И девушка вновь и вновь твердила себе, что ненавидит его.

Но ведь она и раньше твердила себе это, однако выяснилось, что разлюбить не так-то просто. Сердце не волнует, какого цвета форму носит твой любимый.

Теперь она вдова Энтони и ей бы следовало все еще оплакивать его. Но печаль утраты разом отступила, как только в Монтемарте появился Джесс. Невзирая на ненависть, несмотря на то что ей сейчас приходилось нелегко, стоило ему появиться, и потухшие было угольки страсти вспыхнули с новой силой. И вот уже огонь пылает вновь. Ненависть Кирнан безмерна, но столь же велико ее влечение к Джессу.

Девушку приводило в бешенство не только появление Камерона. Все эти люди, заполонившие лужайку перед домом, раненые, лежавшие в бывшей комнате Энтони, – все это были янки, презренные, ненавистные ей янки!

65
{"b":"11208","o":1}