ЛитМир - Электронная Библиотека

Однако это продолжалось недолго…

Пришло известие о том, что войска южан под командованием генерала Борегарда двинулись к форту Самтер, где был расквартирован гарнизон северян, и осадили его. На предложение сдаться комендант гарнизона майор Андерсон ответил отказом. Завязалась жаркая перестрелка. Атаки южан были отбиты с большими для них потерями.

Это означало войну…

– Как ты теперь поступишь? – спросила Элайна. Йен вздрогнул, хотя и ожидал такого вопроса.

– Я спрашиваю, как ты теперь поступишь? – настойчиво повторила она. – Началась война. Пролилась кровь. Твои солдаты стреляют в наших соотечественников.

Йен долго молчал. Потом глубоко вздохнул.

– Я буду делать то же, что и сейчас. То есть твердо и бескомпромиссно защищать интересы Федерации.

Элайна повернулась и бросила на мужа презрительный взгляд.

– Ненавижу тебя!

– Я сделал выбор, Элайна. Теперь твой черед выбирать. Если ты считаешь, что должна меня возненавидеть, – пусть будет так!

Он повернулся и вышел из комнаты. Элайна, глядя на закрывшуюся дверь, думала о том, куда он теперь пойдет. Вероятнее всего, к Райзе, твердо стоявшей за северян и сохранение Федерации.

Опустившись в глубокое кресло, Элайна размышляла о том, что ей делать. Остаться ли здесь или сразу уехать? Только бы не заплакать! Но рыдания душили ее…

Глава 21

19 апреля президент США Авраам Линкольн объявил блокаду портов южных штатов начиная от Техаса до Южной Каролины. Это усилило волнение не только в прибрежных штатах, но и во всех пограничных, таких, как Кентукки и Мэриленд. Конфедерация крепла. Те, кто призывал к миру, все меньше надеялись на возможность достижения какого-либо компромисса.

Хаос и раскол, царившие в стране, сопровождались и личными трагедиями. Неожиданно скончалась вторая дочь Роуз Гринхау. Роуз была в отчаянии. Йен и Элайна пытались утешить несчастную мать, но не могли. Теперь они особенно отчетливо поняли, как дорог им их малыш. Чтобы хоть немного смягчить горе Роуз, они регулярно навещали ее, участвовали в различных дискуссиях и пытались вовлечь в них и хозяйку дома.

Приготовлениями к войне занимались и южане, и северяне. Йена, занятого картами и топографическими схемами, внезапно вызвали к высокому начальству. Как выяснилось, к самому президенту Соединенных Штатов Аврааму Линкольну…

Президент принял майора в своем небольшом кабинете в Белом доме и сразу произвел на гостя неизгладимое впечатление. Йен видел Линкольна несколько лет назад, когда тот выступал с предвыборной речью. Сейчас Линкольн показался ему выше ростом и более худым. Меланхоличный взгляд глубоко посаженных глаз, казалось, подтверждал распространившиеся в последние месяцы слухи о его слабом здоровье. Обрамлявшая лицо борода придавала ему суровое выражение. Говорил он неторопливо и спокойно. Его мягкий, приятный голос зачаровывал собеседника. Но особое впечатление произвела на Йена убежденность Линкольна в правоте своего дела и вера в непременную победу. Вместе с тем президента крайне удручало, что вот-вот разразится кровавая бойня.

Линкольн пригласил Йена сесть за стол и разлил по стаканам чай. Сам он опустился на стул напротив Йена и пытливо всматривался в него.

– Итак, майор Маккензи, вы решили остаться с нами.

– Да, сэр.

– И не измените своего решения?

– Нет, сэр.

– А как вы относитесь к событиям в вашем родном штате?

– Я обескуражен ими, господин президент! Подобный поворот событий чреват самыми тяжелыми последствиями для Флориды.

– Вы хорошо осведомлены о том, что там сейчас происходит?

– Да, сэр! Войска Федерации крепко держат в своих руках форты Джефферсон, Драй-Тортугас и Тэйлор. Кроме того, в наших руках военная база Ки-Уэст и небольшой форт Пикнес. Однако мятежникам удалось быстро овладеть военно-морской базой в заливе Пенсакола.. Это достойно сожаления, ибо в этом заливе едва ли не лучшая на всем полуострове якорная стоянка. А железная дорога связывает форт с Алабамой.

Но штат в целом продолжает страдать. Ведутся жаркие споры о том, как Конфедерация мыслит осуществляет руководство войсками отдельных штатов. Во Флориде законодательными властями распущены отряды ополченцев. Поначалу это произвело благоприятное впечатление, ибо облегчило налоговое бремя для населения. Но очень скоро такие отряды пришлось создавать снова в целях обороны полуострова.

– Что, вероятно, не слишком обрадовало жителей Флориды, – заметил Линкольн.

– Конечно. Но все же нельзя недооценивать лояльность большинства флоридцев по отношению к Конфедерации.

– Я решительно против любых недооценок. В том числе и в плане расхождения во взглядах многих совсем недавних союзников и соратников. Например, мы с Джефом Дэвисом родились в штате Кентукки. И всегда были друзьями. Но сейчас Джеф – один из моих основных оппонентов. Еще один пример. Вы знаете, что недавно я предложил пост командующего всеми полевыми войсками Федерации вашему старому учителю полковнику Роберту Ли?

– Да.

Линкольн печально улыбнулся.

– Так вот. Он меня сразил наповал. Долгое время Ли преданно служил Федерации. Я считал его одним из лучших полевых офицеров. Храбрость его выше всяких похвал. Он всегда выступал против самой идеи выхода отдельных штатов из состава Федерации. Но народ Кентукки проголосовал за отделение. И Роберт Ли подал в отставку, поскольку счел своим долгом остаться верным родному штату. Он, конечно, получит высокий пост у конфедератов. Но по-моему, это ужасное решение. Кстати, как мне известно, у вас во Флориде великолепный дом?

– Да, сэр.

– Так же, как и у вашей супруги?

– Да. Ее дом расположен на берегу бухты Беламар. Линкольн кивнул. Йену показалось, что эти вопросы президент задает ему неспроста.

– Моя жена Мэри, – продолжал Линкольн, – в случае войны хочет сразу же уехать из Кентукки. Не в последнюю очередь потому, что многие ее родственники в этом штате непременно станут воевать с северянами.

– Боюсь, сэр, война будет источником боли и страданий для многих людей, – задумчиво заметил Йен.

– Всем сердцем молю Господа о том, чтобы нас миновала чаша сия. – Помолчав, Линкольн вдруг сменил тему разговора. – Итак, мистер Маккензи, я понял, что вы отлично знаете свой штат. Верно?

– Я неплохо знаком с Флоридой, впрочем, как и многие другие ее жители.

– Включая южную часть полуострова? Йен нахмурился. Линкольн бросил на него быстрый взгляд и вдруг улыбнулся.

– Не будем играть в прятки, мистер Маккензи. Вы, конечно, знаете, что я отдал приказ начать блокаду всех южных портов. Это представляется мне единственным путем вернуть заблудших мятежных овечек в родное стадо, ибо в результате блокады южные штаты окажутся полностью отрезанными от всего мира. Волей-неволей им все-таки придется сдаться. Сейчас наша главная задача – исключить возможность контрабандных поставок оружия мятежникам морским путем. Непосредственно с этим связаны операции по ликвидации и нейтрализации шпионов, засылаемых конфедератами на удерживаемую нами территорию полуострова. Они помогают контрабандистам найти удобные места для выгрузки. И вот я решил обратиться за помощью к вам, майор. А для начала – передать вас под командование одного из самых верных мне людей в Вашингтоне. Вы будете подчиняться только ему.

– Боюсь, я не совсем понимаю, господин президент. – Йен пришел в замешательство.

– Сейчас поймете. Я хочу забросить вас во Флориду. В вашем подчинении будет небольшая группа солдат и младших офицеров. Вы сами их отберете и обучите. Ваша задача – воспрепятствовать проникновению через блокадное кольцо контрабандистов и вражеских шпионов. И по возможности ловить их. Вот посмотрите.

Линкольн достал из большого шкафа карту и развернул ее перед Йеном. Тот узнал очертания родного полуострова.

– Видите ли, майор, внутреннюю транспортную систему Флориды можно в лучшем случае назвать примитивной. И без особого труда обнаружить совсем глухие места, которыми, как правило, и пользуются контрабандисты и шпионы мятежников.

53
{"b":"11209","o":1}