ЛитМир - Электронная Библиотека

Она вскочила на ноги и увидела, что всадники остановились и сгрудились вместе. Она удовлетворенно вздохнула, но вдруг нахмурилась: позади войска было какое-то движение.

— Боже мой! — прошептала она. — Смотри, Патрик, смотри! Сзади них! Датчане сзади них!

Враги спокойно позволили Эрику с его войском пройти мимо них, а теперь подкрадывались к ним с тыла. Со своего наблюдательного пункта Рианон прекрасно видела, что Эрик неизбежно должен попасть в расставленную ловушку.

— Мы должны предупредить их! Патрик, у нас остался еще пергамент и веревка? Скорее! Помоги мне!

Патрик быстро нашел кусок пергамента и кожаные веревки.

— Ой, у нас нет чернил! — заплакала она.

— Не огорчайтесь, леди, подождите минутку! Он встал на колени, собрал сухую траву и ветки, достал кремень и кресало из седла и развел костер.

— Патрик!

— Одну секунду! — Он улыбнулся, потом вытащил ветку из огня. — Нам нужно написать несколько слов. Напишите их обгоревшим концом, миледи.

Через несколько секунд она нацарапала записку, но чуть не вскрикнула от боли, послав стрелу. Потом закрыла глаза и стала молиться.

— Ее нашли, — сказал Патрик.

— С чего ты взял? — спросила она.

— Посмотри внимательней, они строятся. Они готовы и ждут. Они перережут всех датчан, как собак, если только они осмелятся напасть на них!

Солнце поднялось высоко. Они с Патриком видели, как приближались датчане, и видели, как завязался бой, но не могли понять, кто побеждает.

Рианон всхлипнула.

— Знамя Волка все еще поднято, миледи! Я это вижу!

Она ничего не могла разобрать за деревьями. Лежали мертвые люди, лошади, но она поверила Патрику. По-том она поняла, что надвигалась ночь. Они провели весь день на скале.

Ей оставалось только молиться.

Открыв глаза, она увидела, что Патрик стоит перед ней с большой куропаткой и улыбается:

— Миледи, я стараюсь разнообразить наше меню. Она слабо улыбнулась:

— Патрик, я не в состоянии есть.

— Надо, — сказал он. — Вы не поможете им, отказавшись от еды.

Он был прав. К тому же неожиданно она вспомнила, что есть еще одна причина, по которой она должна поддерживать свои силы.

— Позволь мне помочь… — начала она.

— Нет, я способен ощипать птицу в мгновенье ока, — заверил он ее.

Он приготовил птицу и нашел родник. Она внезапно •.; поняла, что страшно проголодалась, съела свою порцию \ и выпила свежей воды.

Они оба провели эту ночь без сна в напряженном ожидании рассвета.

Под утро Рианон наконец задремала, свернувшись клубком под широким плащом Патрика. Она спала на удивление крепко и без сновидений.

Яростный лязг мечей разбудил ее.

Она вскочила на ноги, радуясь, что по крайней мере у нее был с собой небольшой кинжал. Но у нее не было меча, а тяжелый арбалет был не тем оружием, которое могло бы помочь в рукопашной схватке. Она услышала проклятье и снова лязг стали. Патрика нигде не было видно, но она тем не менее понимала, что он был близко. Она подбежала к краю скалы и увидела его на уступе внизу. Примятая трава и вывороченная земля подсказали ей, что борьба началась гораздо ближе от нее и что Патрик, защищаясь, уводил своих противников подальше от нее.

Схватив лук и закинув за спину колчан со стрелами, она снова поспешила к скале. Против Патрика сражались двое, одетые в грубые кожаные штаны, длинные до колен жилеты из телячьей кожи, перепоясанные ремнями. На обоих были конические стальные шлемы и тяжелые щиты. Они оба были искусные бойцы.

Но Патрик им не уступал. Он отчаянно сражался с этими двумя огромными воинами, но это не могло продолжаться долго.

Забыв о боли в руке, она пустила стрелу и попала одному из нападавших в плечо. Она не знала, была ли рана смертельной, но это, по крайней мере, заставило его закричать от боли и выронить меч. Патрик, едва дыша, добил врага прямым точным ударом, а потом посмотрел вверх.

Он улыбался, но вдруг улыбка исчезла с его губ, лицо исказилось от ужаса и он крикнул, предупреждая об угрозе. Слишком поздно. Когда Рианон повернулась, перед ней стояли трое. В лохмотьях, усталые, отвратительные, забрызганные кровью.

Она вскрикнула и, достав кинжал, поклялась, что не сдастся им живой. Но надежды на спасение не было, и она понимала это. Она в ярости кинулась на одного и с такой силой полоснула его кинжалом, что разрезала его кожаную одежду и поцарапала ему тело. Но на этом все кончилось. Ее схватили сзади за запястья с такой силой, что она выронила кинжал. Она попыталась укусить схватившего за руку, но он только засмеялся.

Она ругала и проклинала их на их родном языке.

— Кошка с длинными-предлинными когтями! — засмеялся тот, который ее схватил.

Она вывернулась, чтобы посмотреть на него. У него были грязные светлые волосы, красные щеки, хмурые темные глаза и густые брови. Она пнула его изо всех сил и, должно быть, попала в самое уязвимое место, потому что улыбка его пропала и он грязно выругался.

— Клянусь Одином, кошка, я тебя сделаю ручной, — прорычал он.

Третий, несколько помоложе, худой блондин с длинными спутанными и окровавленными волосами, потянул ее к себе. Глаза у него были светло-серыми, и ей стало не по себе, когда он окинул ее взглядом с головы до ног.

— Кошка с высокими грудями, длинными ногами и точеными бедрами, друзья мои!

— Ведьма! — прорычал тот, кого она ранила. Он отнял ее у своего более молодого товарища. Рианон вздохнула от боли, когда его громадная рука ухватила ее за подбородок.

Она упала в грязь. Она вдруг поняла, что эти викинги не дадут ей никакой пощады. Они были готовы разорвать ее на клочки прямо здесь на скале.

Она вскочила и неожиданно для них бросилась к скале. Она скатится с нее, и если ей попадется камень, о которой она сломает себе шею или расколет череп, тем лучше. Она выбрала быструю и милосердную смерть.

Но ей не суждено было этого сделать. Она боролась до тех пор пока не была схвачена за волосы и не попала в руки человеку с темными волосами. Его рот расплылся в улыбке, когда он ее схватил. Его зубы были черные и страшные. Он наблюдал за ней некоторое: время, улыбаясь этой своей странной улыбкой, а потом пригнул ее к земле.

— Я первый буду иметь ее! — объявил он. Он устремился к ней, и она хорошо поняла его намерение. Она снова отпрыгнула, но он выкрикнул:

— Хватайте ее за руки, ослы!

Через секунду они снова ее поймали. Она извивалась и отчаянно кусалась, ничего не видя перед собой, потом ее сильно ударили по лицу, и в голове у нее застучало. Она услышала звук копыт по земле, и, прежде чем темноволосый сделал еще одно движение, раздался голос.

— Ослы! Быстрее! Ирландцы возвращаются!

— Мы поймали лисицу, Йорг, — начал было темноволосый.

— И она будет моей, как все, что добыто на этой войне! — резко сказал всадник. — Отдайте ее мне! Я увезу ее.

Светловолосый вырвал ее у темноволосого. У Рианон кружилась голова, но она понимала, что ей нужно бороться. Она укусила блондина, и он издал вопль от боли и ярости.

— В чем дело? — спросил наездник. — Йорг!

— Она кусается! — объявил блондин.

— Свяжите ее!

Она потеряла последнюю надежду, когда Йорг вынул кожаные ремни. Она все еще не могла его хорошо разглядеть. Ее руки были скручены за спиной, и он бросил ее перед собой на лошадь, животом вниз. Лошадь встала на дыбы, когда Йорг резко повернул ее.

И они поехали.

Ей казалось, что они едут больше часа, но она не могла определить направление, потому что ее ужасно тошнило. Она была рада, когда они остановились. Ее подняли, и она увидела, что Йорг был таким же по возрасту, как Эрик, с сильными мускулистыми плечами и руками, весь покрытый шрамами. Темные, лохматые волосы доходили ему до плеч, но его лицо было чисто выбрито, а через щеку тянулся страшный шрам, уро-дующий его лицо. Как и другие, он был забрызган кровью и грязен.

Он поставил ее на ноги, приподнял ее плащ и пощупал качество материи. Затем он опустился на колено и потрогал ее штаны. Она хотела пнуть его ногой, но он схватил ее за щиколотку, и она упала. Поднялся смех.

54
{"b":"11213","o":1}