ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Assassin's Creed. Последние потомки. Гробница хана
Очаровательный негодяй
Альвари
Дневник книготорговца
Все пропавшие девушки
Принцип пирамиды Минто®. Золотые правила мышления, делового письма и устных выступлений
Уэйн Гретцки. 99. Автобиография
Счет
Быстро вращается планета
Содержание  
A
A

— Откуда мне знать героев?.

— Перестаньте скромничать.

— Я добился должности при дворе благодаря вашей милости и покровительству, — уверял Лю Бэй. — Но героев Поднебесной я, право, не знаю.

— Если не знаете лично, то, наверно, слышали их имена, — настаивал Цао Цао.

— Ну, вот, например, у хуайнаньского Юань Шу сильное войско, изобилие провианта… Можно назвать его героем?

— Это гнилая кость из могилы. Рано или поздно я его поймаю!

— Тогда хэбэйский Юань Шао… Из четырех поколений его рода вышло три гуна, у него много приверженцев. Ныне он, как тигр, засел в цзичжоуских землях, многие пошли служить под его начало. Он-то уж наверно герой!

— Он только с виду свиреп, а в душе труслив. Он любит строить планы, но не обладает решимостью, замышляет великие дела, но не любит трудиться. Ради маленькой выгоды он забывает обо всем на свете — это не герой!

— Есть еще человек, о совершенстве которого слава гремит в девяти округах. Это Лю Бяо. Можно ли назвать его героем?

— Нет! Это только видимость славы, а на самом деле ее нет! Какой же Лю Бяо герой!

— Ну, тогда цзяндунский вождь Сунь Цэ. Он крепок и телом и духом.

— Сунь Цэ живет заслугами отца. Он сам не герой!

— А ичжоуский Лю Чжан?

— Нет! Пусть даже он и из императорского рода, но Лю Чжан всего только дворовый пес! Разве этого достаточно для того, чтобы считаться героем?

Цао Цао всплеснул руками и расхохотался.

— Да ведь это жалкие людишки! Стоит ли о них упоминать?

— Кроме этих, я поистине никого не знаю.

— Герои — это люди, преисполненные великих устремлений и прекрасных планов. Они обладают секретом, как объять всю вселенную, и ненасытной волей, способной поглотить и небо и землю.

— А где найти таких героев?

— Герои Поднебесной — только вы да я! — Цао Цао рукой указал на Лю Бэя и потом на себя.

Лю Бэй был так поражен, что выронил палочки для еды. Как раз в этот момент хлынул дождь, грянул гром.

— Ударило где-то совсем рядом! — сказал Лю Бэй, наклоняясь, чтобы поднять палочки.

— Великий муж боится грома? — насмешливо спросил Цао Цао.

— Как же не бояться? Даже мудрые люди бледнели от неожиданного раската грома и свирепого порыва ветра.

Лю Бэю легко удалось скрыть истинную причину своего волнения, и Цао Цао ничего не заподозрил.

Как только дождь прекратился, два вооруженных мечами человека ворвались в сад и бросились к беседке. Слуги не смогли их удержать. Цао Цао узнал Гуань Юя и Чжан Фэя.

Оба они были за городом, где упражнялись в стрельбе из лука, и, вернувшись домой, узнали, что Сюй Чу и Чжан Ляо увели Лю Бэя. Не медля ни минуты, они помчались во дворец и проникли в сад. Увидев, что Лю Бэй и Цао Цао пьют вино, братья остановились.

— А вы зачем здесь? — спросил Цао Цао.

— Мы пришли, чтобы развлечь вас пляской с мечами, — нашелся Гуань Юй.

— Нам пляски Сян Чжуана и Сян Бо не нужны, это не праздник в Хунмыне! — ответил Цао Цао.

Лю Бэй улыбнулся. Цао Цао велел налить вина и поднести обоим Фань Куаям. Гуань Юй и Чжан Фэй поблагодарили. Вскоре Лю Бэй распрощался с Цао Цао и вместе с братьями вернулся домой.

— Вы нас просто убиваете своей неосторожностью! — укорял его Гуань Юй.

На другой день Цао Цао опять пригласил Лю Бэя. Во время пира пришла весть, что вернулся Мань Чун, который ездил разведать о действиях Юань Шао. Цао Цао позвал его и стал расспрашивать.

— Юань Шао разбил Гунсунь Цзаня, — сообщил Мань Чун.

— Я хотел бы слышать подробности, — живо откликнулся Лю Бэй.

— Гунсунь Цзань воевал с Юань Шао, но без успеха. Тогда он соорудил высокую башню, где собрал запас провианта на триста тысяч воинов, и стал обороняться. Военачальники Гунсунь Цзаня непрерывно делали вылазки, и однажды Юань Шао кого-то из них окружил. Гунсунь Цзань не пошел на выручку, заявив, что, если помочь одному, другие не захотят держаться до конца и будут надеяться на подмогу. Поэтому, когда подошли войска Юань Шао, многие воины Гунсунь Цзаня сдались. Гунсунь Цзань послал человека за помощью в Сюйчан, но гонец попал в руки воинов Юань Шао. Тогда Гунсунь Цзань решил договориться с Чжан Янем о нападении на Юань Шао изнутри и извне. Но и этот гонец был схвачен. Юань Шао подошел к лагерю Гунсунь Цзаня и подал условный сигнал, введя тем самым противника в заблуждение. Гунсунь Цзань вышел в бой, но наткнулся на засаду. Потеряв более половины людей, он вновь укрылся за стенами. Юань Шао сделал подкоп под башню и поджег ее. Не находя пути к спасению, Гунсунь Цзань сначала убил жену и детей, а затем повесился сам. Трупы их сгорели в огне. А Юань Шао привлек на свою сторону войска Гунсунь Цзаня и стал еще сильнее. Его младший брат, Юань Шу, своей чрезмерной надменностью восстановил против себя все население Хуайнани и вынужден был известить Юань Шао, что уступает ему право на императорский трон. Юань Шао потребовал печать, но Юань Шу обещал привезти ее сам. Теперь он покинул Хуайнань и хочет уйти в Хэбэй. Займитесь ими, господин чэн-сян, если они соединят силы, с ними трудно будет сладить.

Лю Бэя охватила печаль. Он припомнил милости, которые ему оказывал Гунсунь Цзань, вспомнил о Чжао Юне. Где-то он теперь?

«Я сейчас же должен бежать отсюда, и ждать больше нечего», — подумал он про себя и, подымаясь, обратился к Цао Цао:

— Если Юань Шу пойдет к Юань Шао, ему не миновать Сюйчжоу. Прошу вас, дайте мне войско; я ударю на Юань Шу и возьму его в плен. Это вполне возможно.

— Хорошо. Я доложу Сыну неба, — улыбнувшись, пообещал Цао Цао.

На следующий день Лю Бэй предстал перед императором. Цао Цао выделил ему пятьдесят тысяч пешего и конного войска и послал вместе с ним Чжу Лина и Лу Чжао.

Прощаясь с Лю Бэем, император проливал слезы. Вернувшись домой, Лю Бэй взял оружие, оседлал коня и двинулся в путь. Дун Чэн проводил его до первого чантина.

— Вы уж как-нибудь потерпите, — на прощанье сказал ему Лю Бэй. — Этот поход поможет нашим планам.

— Помните, вы должны сосредоточить все свои помыслы на выполнении воли нашего государя, — сказал ему Дун Чэн, и они расстались.

— Почему вы так спешите в этот поход? — поинтересовались Гуань Юй и Чжан Фэй.

— Я был, как птица в клетке, как рыба в сети, — ответил Лю Бэй. — Этот поход для меня все равно что океан для рыбы и голубое небо для птицы.

Он велел братьям торопить войска Чжу Лина и Лу Чжао.

К этому времени Го Цзя и Чэн Юй вернулись из поездки по проверке провианта и казны и, узнав обо всем, сейчас же поспешили к Цао Цао.

— Господин чэн-сян, почему вы назначили командующим Лю Бэя?

— Он собирается отрезать путь Юань Шу, — ответил Цао Цао.

— Прежде, когда Лю Бэй был правителем Юйчжоу, мы советовали вам убить его, но вы не послушались, — прервал его Чэн Юй. — Теперь вы дали ему войско, а это все равно что отпустить дракона в море или тигра в горы. Больше уж вам не повелевать им, если бы даже вы и захотели.

— Можно было не убивать Лю Бэя, но во всяком случае не следовало отпускать его, — присоединился Го Цзя. — Ведь у древних сказано: «Врагу дай на один день поблажку, а беды тебе хватит на десять тысяч веков». Согласитесь, что это справедливые слова.

И Цао Цао приказал Сюй Чу с отрядом в пятьсот воинов вернуть Лю Бэя. Сюй Чу бросился выполнять приказание.

В пути Лю Бэй заметил позади облако пыли и сказал Гуань Юю и Чжан Фэю:

— Нас догоняют люди Цао Цао.

Лю Бэй велел стать лагерем и приказал Гуань Юю и Чжан Фэю быть в полной готовности. Вскоре в лагерь явился Сюй Чу.

— Зачем вы прибыли сюда? — спросил его Лю Бэй.

— Господин чэн-сян просит вас вернуться. Он хочет посоветоваться с вами по какому-то делу.

— Когда полководец выступил в поход, он не повинуется даже повелению государя, — возразил Лю Бэй. — Я был допущен к Сыну неба и получил приказ чэн-сяна. Больше об этом говорить не будем! Так и доложите Цао Цао.

«Между Лю Бэем и Цао Цао существуют дружеские отношения, — размышлял Сюй Чу. — Приказания убить его я не получал. Надо вернуться и ждать других указаний».

70
{"b":"11228","o":1}