ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Я требовал от вас отказа от сна в течение двух суток. Вы держались 17 дней. Я приказывал сражаться, невзирая на угрозу с флангов и тыла. Вы никогда не проявляли колебаний. С достойной подражания уверенностью в своих силах и с верой в осуществление стоявших перед вами задач вы самоотверженно выполняли каждый приказ.

Германия гордится своими танковыми дивизиями, и я счастлив, что являюсь вашим командиром.

Мы чтим память наших погибших товарищей. Мы уверены, что жертвы принесены не напрасно. Теперь будем готовиться к новым подвигам. Да здравствует Германия и наш фюрер Адольф Гитлер!

Гудериан

Уинстон Черчилль в своих воспоминаниях о Второй мировой войне (Т. 2, С. 100 и далее немецкого издания) высказал предположение, что Гитлер, остановив наступление танковых частей на Дюнкерк, хотел дать Англии возможность заключить мир или хотел улучшить перспективы для Германии на заключение выгодного мира с Англией. Ни в то время, ни позднее я не встречался с фактами, которые могли бы подтвердить это мнение. Несостоятельно также и другое предположение Черчилля, что танковые части якобы были остановлены по решению Рундштедта. Как участник этих боев я могу заверить, что хотя героическое сопротивление Кале заслуживает всяческого признания, но оно не оказало никакого влияния на ход боевых действий под Дюнкерком. Напротив, правильным является предположение, что Гитлер и прежде всего Геринг считали, что превосходства немецкой авиации вполне достаточно для воспрещения эвакуации английских войск морем. Гитлер заблуждался, и это заблуждение имело опасные последствия, ибо только пленение английской экспедиционной армии могло бы укрепить намерение Великобритании заключить мир с Гитлером или повысить шансы на успех возможной операции по высадке десанта в Англии.

Во Фландрии я получил известие о ранении моего старшего сына. К счастью, это ранение было не опасно для жизни. Второй мой сын был награжден за бои во Франции Железными крестами 2-го и 1-го класса. Он воевал в разведывательном батальоне танковой дивизии, однако остался жив и даже невредим.

20 мая [командир 1-й танковой дивизии] гене рал [-лейтенант Фридрих] Кирхнер получил Рыцарский крест. За ним 3 июня эту же награду получили [командир 2-й танковой дивизии] генерал[-лейтенант Рудольф] Фейель, полковник [Вольфганг] Фишер ([командир 10-й стрелковой бригады] 10-й танковой дивизии), подполковник [Герман] Балк ([командир 1-го стрелкового полка] 1-й танковой дивизии), обер-лейтенант [Эрхард] Эцольд ([командир взвода 2-й роты 8-го] мотоциклетного батальона), лейтенант Ханбауер (86-й стрелковый полк)[197] и фельдфебель [Вальтер] Рубарт ([командир ударной группы 2-й роты 49-го] саперного батальона 10-й танковой дивизии). Позднее еще некоторые офицеры и солдаты получили награды.

Выход к швейцарской границе

28 мая Гитлер приказал создать танковую группу под моим командованием. 1 июня штаб корпуса переместился в Синьи-ле-Пти, юго-западнее Шарльвиля, чтобы подготовиться к продолжению кампании. Затем в первые дни июня в районе юго-западнее Шарльвиля была образована танковая группа «Гудериан». Штаб группы был создан из офицеров штаба XIX армейского корпуса. Испытанный офицер полковник [Вальтер] Неринг остался начальником штаба, майор [Фриц] Байерлейн – 1-й офицером Генштаба, подполковник [Густав Адольф] Рибель – 2-м офицером Генштаба. В состав танковой группы вошли: XXXIX армейский корпус (генерал [танковых войск Рудольф] Шмидт) в составе 1-й и 2-й танковых и 29-й мотопехотной дивизии; XLI армейский корпус (генерал [танковых войск Ганс Георг] Рейнгардт) в составе 6-й и 8-й танковых и 20-й мотопехотной дивизии; а также несколько частей, непосредственно подчиненных командованию группы[198]. Сама танковая группа была подчинена 12-й армии генерал-полковника [Вильгельма] Листа,

Марш в новые районы сосредоточения прошел успешно. Особенно хорошо совершили марш 1-я и 2-я танковые дивизии, двигавшиеся от побережья. Общая длина маршрута составляла 250 км, однако из-за обходов и объездов, которые приходилось делать, т. к. многие мосты были разрушены, пришлось пройти примерно на 100 км больше. Сказывались также сильная усталость людей и изношенность материальной части. К счастью, удалось предоставить войскам несколько дней на отдых и на ремонт материальной части.

В результате столь удачно прошедшего первого периода кампании на западе все вооруженные силы противника в Голландии, Бельгии и в Северной Франции были парализованы. Фронт на юге был открыт. В этой обстановке удалось уничтожить главные силы танковых и моторизованных войск противника. В предстоявшем втором периоде кампании основная задача заключалась в том, чтобы разгромить остатки французских сухопутных войск, всего около 70 дивизий, включая две английские дивизии, а затем заключить выгодный мир – так, по крайней мере, мы думали в то время.

Сосредоточение и развертывание войск для продолжения кампании проходили быстрее на правом фланге, на р. Сомме, чем в центре, на реках Сер и Эн. Поэтому наступление группы армий [ «Б» ген-рал-полковника Федора] фон Бока можно было начать уже 5 июня, в то время как наступление группы армий [ «А» генерал-полковника Герда] фон Рундштедта намечалось на 9 июня.

Действуя в составе группы армий фон Рундштедта, 12-я армия получила задачу форсировать р. Эн и канал Эн между Шато-Порсьен и Атиньи и затем продвигаться в южном направлении. Форсирование реки и канала, идущего параллельно реке, в восьми пунктах должны были осуществить пехотные корпуса. После создания предмостных укреплений и наведения мостов танковые дивизии моей группы должны были через боевые порядки пехоты перейти в наступление, выйти на оперативный простор и, в зависимости от обстановки, двигаться или на Париж, или на Лангр, или на Верден. Мне была поставлена задача выйти на плато Лангр, где я должен был получить приказ на последующее наступление.

Я попросил командующего 12-й армией разрешить мне заранее выдвинуть дивизии вперед к назначенным местам переправ и самостоятельно форсировать р. Эн. Я боялся, что во время прохождения через боевые порядки и тылы пехотных корпусов с их большими обозами на дорогах создадутся пробки, что может затруднить управление дивизиями. Но командующий хотел сохранить танковые дивизии для завершения прорыва и поэтому отклонил мою просьбу. Итак, танковая группа заняла исходное положение за пехотными корпусами с таким расчетом, чтобы четырьмя танковыми дивизиями перейти р. Эн по восьми мостам как только будет закончено их наведение. Обе мотопехотные дивизии должны были наступать за танковыми дивизиями своих корпусов. Условием успешного осуществления этого плана являлось удачное форсирование реки пехотными корпусами и создание предмостных укреплений.

8 июня командный пункт танковой группы был переведен в Беньи.

9 июня, в первый день наступления 12-й армии, я направился на наблюдательный пункт, расположенный немного северо-восточное Ретеля, чтобы лично наблюдать за продвижением пехоты и не упустить момента выступления. Пробыв на наблюдательном пункте с 5 до 10 час. и ничего не заметив, я послал своих ордонанс-офицеров к ближайшему мосту в боевые порядки пехоты, приказав им выяснить, удалось ли форсировать р. Эн. К 12 час. с участка фронта Ретеля я получил боевое донесение, в котором говорилось, что наступление на участке Ретеля успеха не имело. Мои наблюдателе с других участков фронта сообщили, что только у Шато-Порсьен удалось создать небольшое предмостное укрепление глубиной от одного до двух километров. Я установил связь с моим другом начальником штаба [12-й] армии генерал[-лейтенантом Эбергардом фон] Макензеном и попросил его доложить командующему, что я предлагаю в связи с создавшейся обстановкой подтянуть танки ночью на это единственное предмостное укрепление, чтобы утром следующего дня осуществить прорыв на этом участке. Затем, посетив штаб III армейского корпуса генерала Хаазе, где я получил краткую информацию об обстановке, я направился в Шато-Порсьен. Возвращаясь с предмостного укрепления, я встретил севернее населенного пункта Шато-Порсьен командира XXIX армейского корпуса генерала [Рудольфа] Шмидта и [командира 1-й танковой дивизии] генерала [Фридриха] Кирхнера и обсудил с ними порядок переброски 1-й танковой дивизии на предмостное укрепление. Дивизия должна была выступить с наступлением сумерек.

вернуться

197

Здесь Гудериан ошибся: в тот день Генрих Ханбауер не был награжден Рыцарским крестом, эту награде он получил только 7 марта 1941 г. будучи обер-лейтенантом 86-й стрелкового полка. Скорее всего он был тогда лишь представлен к этой награде, поскольку отличился в бою вместе с фельдфебелем Рубартом.

вернуться

198

К корпусным частям, находящимся в подчинении штаба группы, относились 101-е артиллерийское командование, 80-й корпусной батальон связи и 419-я корпусная служба снабжения. В составе приданных группе частей на 8 июня 1940 г. числились: 511-й штаб саперного полка, 505-й саперный батальон, мостостроительные колонны В1/505 и В2/505, штаб 49-го артиллерийского полка, 2-й дивизион 677-го артиллерийского полка и 634-й тяжелый артиллерийский дивизион.

39
{"b":"11248","o":1}