ЛитМир - Электронная Библиотека

Это «нам» несказанно обрадовало девушку. Если бы этот человек счел, что сделал для нее достаточно, ей было бы некуда идти. Но он как будто не собирался выставлять ее за порог.

— Остальное обсудим завтра.

Джерри задул свечу, похлопал по расстеленному на полу одеялу, словно это могло сделать постель менее жесткой, улегся и закрыл глаза. Казалось несправедливым, что за все хорошее он терпит такие неудобства. Рэй свесилась с койки, — Еще что-нибудь? — спросил он, расслышав шорох.

— Здесь тебе будет удобнее.

— Гораздо. Но где будешь спать ты?

— Как-нибудь уместимся. Думаю, мне не привыкать спать с мужчинами на самых узких кроватях.

— Ну да, можно отлично устроиться, если лежать друг на друге.

— Я совсем не это имела в виду!

— А я — именно это. И потому остаюсь на полу.

— О! Да ты настоящий джентльмен!

— Нет, я просто разборчив.

Рэй ощутила острый укол обиды. Слезы уже не раз наворачивались на глаза, но теперь они хлынули ручьем. Чтобы заглушить всхлипывания, она укрылась с головой, хотя и знала, что это не слишком поможет.

В самом деле Джерри отлично все слышал и проклинал себя за неосторожные слова. Он не хотел обижать Рыжую. Это было не только несправедливо, но и лицемерно с его стороны — ведь он находил ее вполне привлекательной. Однако Джерри хорошо знал, что из желания может возникнуть потребность, а из потребности — зависимость. Инстинкт подсказывал, что это как раз тот самый случай.

Утром Рэй нашла Джерри на палубе. Он стоял у перил скрестив руки и рассеянно смотрел вдаль. Нетрудно было догадаться, что он обдумывает положение дел. Судя по мрачно сдвинутым бровям, это были невеселые раздумья.

Не желая мешать, Рэй решила вернуться в каюту и дожидаться его там.

— Подожди!

Она остановилась. Джерри не повернул головы и ничего больше не добавил. Она сочла нужным объяснить:

— Я не вовремя и потому…

— Ты всегда не вовремя, — буркнул он себе под нос.

Девушка окаменела. Он опять обидел ее, без всякого повода. Она подождала извинений. Но они не последовали, и девушка с усилием подавила обиду.

— Я подожду в каюте.

— Сегодня ты совсем молодцом, — заметил Джерри, коротко оглядев ее. — Как самочувствие? Лучше?

— Да.

— Уже не шепчешь.

— Да.

— Ты умеешь выставить колючки, когда обижаешься.

— Как мило с твоей стороны допускать, что шлюха способна обижаться.

Джерри отстранился от перил и бросил на Рыжую сердитый взгляд. Его сильно раздражала манера этой девчонки строить из себя воспитательницу из пансиона благородных девиц. Вот и сейчас она закуталась в шаль до самого подбородка, а волосы закрутила в скромный узел на затылке. К тому же она отмылась прямо-таки до блеска, так что каждая веснушка казалась отполированной.

— Ты поостерегись вступать со мной в перепалку, Рыжая. Все козыри на моей стороне.

Она с вызовом уставилась на мужчину.

— Ах, чтоб тебя! — Джерри наклонился за удочкой. — Я вернусь через пару часов, и мы обсудим твою дальнейшую судьбу.

Он уже был на берегу, когда Рэй набралась смелости его окликнуть:

— Мистер Смит! Джерри! Можно мне с тобой на рыбалку? Я буду вести себя тихо и… и я могу копать червей!

Ее крик заставил Джерри обернуться. С минуту он рассматривал девушку с новым интересом, потом коротко кивнул и возобновил путь, уже не оглядываясь. Рэй поспешно спустилась следом и, пока они шли берегом реки, старалась не нарушать молчания. Мрачно сдвинутые брови Джерри — там, у перил, — не на шутку испугали ее. Она готова была копать червей хоть до самого вечера, лишь бы он ее не прогонял. Наверняка он уже все решил, но, быть может, если стать ему хоть немного полезной, он смягчится? Что ожидает ее с таким провалом в памяти? Где искать приют? Куда идти? Сама мысль о том, чтобы и дальше торговать своим телом, почему-то казалась невыразимо отвратительной.

Джерри держал путь к нагромождению скал, где река делала излучину. У самого берега лежало несколько плоских каменных обломков, на которых пригрелась пара малиновок. Разморенные жарой, они и не думали улетать, когда люди проходили мимо. Джерри уселся в стороне от птичек, в удобном углублении скалы, свесив ноги над водой. С минуту Рэй смотрела на него, с завистью вспоминая, с какой легкостью ее спаситель прыгал с камня на камень. Казалось, он способен удерживать равновесие когда угодно и где угодно, да и вообще трудно было вообразить, что он чего-то не умеет или к чему-то не пригоден. Вот и на обломке скалы он сидел как на троне. Вздохнув, девушка занялась тем, ради чего и вызвалась сопровождать Джерри, — поисками червей.

В кустах ей бросился в глаза гниющий ствол поваленного бурей дерева. Не задумываясь, она перевернула его и обнаружила с десяток толстых дождевых червей, которых сложила в край шали вместе с пригоршней земли (чтобы не обсохли).

Когда она вернулась назад, то поначалу решила, что Джерри задремал в потоке солнечных лучей. Впрочем, он тут же встряхнулся и критически оглядел ее находку.

— Неплохо, очень неплохо! А теперь насади червячка. Сам я терпеть не могу этих скользких тварей.

Разумеется, он притворялся, но Рэй сделала вид, что верит, — ради заключения мира. Выбрав червя пожирнее, она ловко наживила крючок и передала удочку Джерри, который забросил ее, не потрудившись сказать спасибо: Рэй нашла заброс чересчур небрежным. Очевидно, ее покровитель явился сюда затем, чтобы хорошенько поразмыслить, а вовсе не ради рыбы. Когда Джерри снова замер в полной неподвижности, она последовала его примеру и лишь изредка бросала косой взгляд на удочку, свободно лежавшую у него на коленях.

А Джерри думал о том, что ни разу не встречал белой женщины, способной сохранять полную неподвижность. Да и мало кто из мужчин — белых мужчин — был способен на такое. Это требовало определенной сноровки, которую сам он приобрел далеко не сразу. Впрочем, два года, проведенные среди семинолов, принесли ему немало пользы. Он и раньше умел драться — индейцы научили его побеждать. Почему он вспомнил то время? Потому что Рыжая сидела рядом неподвижно, как статуя?

— Вспомнила что-нибудь о себе? — спросил он равнодушным тоном.

— Нет.

Этот намеренно короткий ответ заставил Джерри улыбнуться краешками губ. Рыжая скрупулезно соблюдала обещание вести себя тихо. Получалось, что она умеет держать слово. Ему и без того многое в ней нравилось, совсем ни к чему было удлинять список.

— А что, обязательно быть такой лаконичной?

— Нет, я ничего о себе не вспомнила.

— Рыжая! — предостерег Джерри.

— Почему ты так меня называешь? — заинтересовалась она вдруг.

— Потому что так тебя назвал хозяин таверны, и ты откликнулась. А что? Тебе идет. Ты ведь и вправду рыжая.

Девушка нашарила на лбу выбившийся локон и потянула к глазам. Так как он был коротковат, глаза ее съехались к переносице.

— Ничего подобного! — отрезала она, не обращая внимания на смех Джерри. — Волосы у меня каштановые. Сегодня утром я смотрелась в твое зеркальце для бритья. Они самые что ни на есть каштановые!

Глядя, как солнце бродит у нее в волосах, окрашивая их в густую рыжину, Джерри покачал головой. Ему вспомнился Тициан. Тот все время рисовал женщин с такими волосами. Волосы этой девушки наводили на мысль об осенних лесах, о пылающих кронах кленов.

— Тогда почему же Вульф назвал тебя Рыжая, а не Самая Что Ни На Есть Каштановая? — поддразнил он.

— Вообще-то имя Рыжая мне что-то напоминает, — задумчиво сказала девушка. — Кажется, я вот-вот поймаю… но воспоминание ускользает.

— Может, ты вспоминаешь, что я называл тебя так? Только так и никак иначе.

«А вот и неправда, — подумала Рэй. — Еще ты называл меня шлюхой и потаскухой». Но она оставила это при себе, не желая портить возникшие между ними приятельские отношения.

— А как случилось, что тебя назвали Джерико? Иерихон! Странное имя.

— Я сам назвал себя так, в десять лет… когда мой привычный мир рухнул.

11
{"b":"11257","o":1}