ЛитМир - Электронная Библиотека

— Что еще ты хочешь, Джонна? — спросил он.

Его хриплый голос приятно пощекотал ее слух, как щекочут кожу нагретые солнцем песчинки. Она ощущала жар и тяжесть его тела. Она знала, чего она хочет, но сможет ли она выговорить это, не знала.

Он хотел отодвинуться, но она схватила его за плечо.

— Нет, — сказала она быстро и спокойно, — этого мне мало.

Декер улыбнулся — едва заметно, но улыбнулся.

— Маленькая эгоистка.

Она не обиделась, потому что прозвучало это как ласка.

— Я хочу принадлежать тебе.

Он взял ее сразу же. Руки ее скользнули по его спине. Она вовсе не чувствовала себя такой уж эгоистичной, глядя на его лицо, напряженное от страсти. Она гладила его руки, плечи — кожа у него была теплая. Ее пальцы скользили по его мускулистой спине.

Вся она превратилась в чувство и отдалась Декеру Торну.

Потом они долго лежали не двигаясь. Тяжесть его тела была ей приятна. Она чуть было не протянула к нему руку, когда он встал и исчез в туалетной комнате.

Там он налил в таз воды из кувшина. Капли брызнули на его разгоряченную кожу. Казалось, что они зашипят, как масло, брызнувшее на горячую сковородку. Над умывальником висело зеркало, и Декер посмотрел на свое отражение. Вид довольно легкомысленный. Он криво и удовлетворенно улыбнулся, потряс головой, провел рукой по спутанным волосам и с трудом придал своему лицу серьезное выражение.

Вернувшись в спальню, он увидел, как Джонна ищет на полу у кровати свою ночную рубашку. Декер отшвырнул рубашку подальше и при этом даже не извинился, заявив:

— Если хочешь что-то надеть, надень вот это.

Он выдвинул ящик ночного столика и достал медальон из слоновой кости, который подарил ей на Рождество.

Джонна сначала посмотрела на медальон настороженно, потом взглянула на Декера с благодарностью.

Он хотел уже положить медальон обратно в ящик.

— Нет! — быстро проговорила она. Одной рукой она подняла простыню, чтобы прикрыться, другую протянула к медальону. — Отдай мне его.

Он намеревался надеть медальон на шею Джонны. Но теперь просто опустил его в ее раскрытую ладонь. Она сжала пальцы. Пожав плечами, с непонимающим видом Декер поднял простыню и улегся в постель. Он лежал на спине, а она все еще сидела, глядя на свои пальцы, сжатые в кулак.

— Джонна!

Она покачала головой, не решаясь заговорить и боясь разрыдаться.

Декер приподнялся на локте, чтобы лучше видеть ее лицо. Она тут же отвернулась. Он коснулся ее спины и почувствовал, как она напряжена.

— Я думал угодить тебе, — сказал он. — Мне казалось, он тебе нравится.

— Нравится, — еле слышно отозвалась она. — И ты мне угодил на самом деле.

В ее голосе ничто не говорило о том, что это правда. Декер откинул темный водопад ее волос, и они упали ей на плечи. Он медленно провел пальцем по ее спине, от затылка до самых ягодиц.

— Иди ко мне, Джонна.

Она колебалась недолго. Она легла на бок, лицом к Декеру, сунув кулак с медальоном под подушку. С сухими глазами, с вызывающим видом она пристально смотрела на его лицо в полутьме.

Декер медленно покачал головой; улыбка была едва заметна и печальна.

— Мне казалось, ты говоришь все, что приходит в голову. Я даже восхищался твоей прямотой. Неужели у тебя теперь завелась какая-то тайна? Или я просто никогда не знал тебя по-настоящему? — Она не ответила, и он продолжил:

— Чем тебя так расстроил этот медальон? Может быть, напомнил, что корабль предназначался Колину? Это верно?

Джонна прошептала резко:

— Как ты можешь думать такое?

— Очень даже могу.

Этот простой и искренний ответ напомнил Джонне, что она сама посеяла эти семена.

— Да, — ответила она через мгновение, — наверное, так и есть.

— Ты не ответила на мой вопрос.

— Мне нужен этот медальон. Я хочу его носить. Но только в том случае, если ты не украдешь его еще раз.

Декер хотел протянуть к ней руку, подумал и остановился. Он не мог просить прощения, не чувствуя за собой вины. И он не мог обещать Джонне, что это не повторится.

— Разве это имело такое большое значение? — спросил он. Ее кулачок под подушкой начал раскрываться.

— Он был мне дорог, — тихо проговорила она. — А ты отнял его у меня. Я не думала, что ты так легко относишься к подаркам. Как можно сделать кому-то подарок и отнять его!

— Ты знаешь, почему я взял его у тебя.

— Неужели ты действительно думаешь, что я могла выманить Колина обратно в море при помощи медальона из слоновой кости? Это — прекрасное изображение «Охотницы», но неужели ты мог представить себе, что твой брат откажется из-за него от Мерседес, от детей, от Уэйборн-Парка, от Роузфилда? — Она остановилась, но Декер молчал. Он молчал и ждал, и Джонна заговорила сама о том, чего он никак не ожидал услышать:

— Я думаю, ты отобрал у меня медальон совсем по другой причине.

Декер выгнул бровь. Лицо его стало бесстрастным и слегка скептическим. Сердце гулко забилось.

— Вот как? — спокойно сказал он.

— Ты хотел уязвить меня, — сказала Джонна. — Тебе захотелось поквитаться со мной после того, как я уязвила тебя. — И сдавленно вздохнув, она продолжала, спеша, пока храбрость ее не покинула:

— К тому же ты не хотел, чтобы брат знал о твоей любви ко мне.

На лице Декера не дрогнул ни один мускул. Голос его прозвучал почти ровно:

— Ты так думаешь?

— Да, — уже не очень уверенно ответила Джонна. — Да, я думаю, это так. Ты хотел защитить Колина от моих предложений, а может быть, хотел убедиться, что я останусь с тобой. — Фиалковые глаза Джонны сузились — она пыталась прочесть мысли Декера. Доволен ли он? Удивлен ли? — Ты ведь не мог подраться со своим братом, верно?

— Значит, вот ты как все поняла?..

Его сухой тон заставил ее задуматься, не ошиблась ли она. Может быть, ему вообще не было до нее никакого дела, а она просто сказала большую глупость?

— Разве я не права?

Не говоря ни слова, Декер прижал ее к кровати; он накрыл ее запястья своими ладонями и держал крепко, хотя она и не думала сопротивляться. Пальцы ее раскрылись, как лепестки цветка.

— Декер!

Он страстно поцеловал ее. Этот поцелуй опьянил Джонну. Тяжесть его тела успокаивала и давала чувство безопасности. Ей совсем не хотелось освобождаться от этой тяжести.

Оторвавшись от ее губ, он стал целовать нежный висок, щеку, прижался губами к мочке уха и потеребил ее зубами. Теплое дыхание Джонны согревало его. Он отпустил ее запястья; руки его скользнули ей под голову. Запустил пальцы в густые волосы, а губами опять припал к губам. И на этот раз поцелуй был долгим. Простыня, укрывавшая грудь Джонны, сползла. Джонна слегка прогнулась, и ее жаждущая ласки грудь прижалась к груди Декера. Он взял ее, не сводя с нее глаз. Она тоже посмотрела на него и легонько вздохнула. Пальцы его скользнули к ее шее. Слегка касаясь кожи, они легко пробежали вокруг ее горла, потом вниз и остановились немного выше сердца. Он еще раз поцеловал ее, на этот раз поцелуй был короче, и его ладони обхватили ее грудь.

Джонна удивленно взглянула на него. Ее правая рука сжалась в некрепкий кулачок, а левая прикоснулась к тому же месту — немного выше сердца. Оказалось, что правая рука сжимает пустоту, а левая нашла медальон из слоновий кости.

Она не спросила, как он это сделал. Сделал, и все тут. Она обняла его.

— Спасибо! — прошептала она и притянула к себе его голову.

Он ласкал ее губами, и руками, и всем телом; она плыла куда-то на волнах бесконечного наслаждения. Декер был и бурей, и спокойной пристанью, и Джонна думала только о том, чтобы заключить в объятия и эту бурю, и эту пристань.

Потом Декер лежал на боку и смотрел на спящую Джонну. Под глазами у нее не было теней, в очертаниях губ — никакой суровости; лицо ее сияло умиротворением. Одна ее рука лежала поверх одеяла, у его груди, не прикасаясь к ней, с раскрытой ладонью. Он еще раз провел пальцем по самой середке этой ладони. Пальцы Джонны слегка сжались, потом опять раскрылись.

61
{"b":"11263","o":1}