ЛитМир - Электронная Библиотека

Ной обернулся к капитану. Вид у него был хмурый.

— Смейся, Джек, смейся, но только запомни: я отомщу, если…

Джексон Райдл отошел в сторону, как только Ной начал изрыгать остатки своего завтрака.

— Да, ты настоящий мужчина, — рассмеялся капитан, — не зря носишь имя человека, выдержавшего самый страшный шторм! Тебе должно быть стыдно зеленеть при виде приближающегося моря. — Уходя, он пробубнил себе под нос:

— Продолжай в том же духе.

Глава 5

— Тебе следовало поинтересоваться, кто стучит, — сказал Ной, когда Джесси открыла ему дверь.

Он передал ей плетеную корзину, а сам молча направился к кровати и лег. Сложив руки на затылке, он уставился в потолок. Его лицо и губы казались бледными.

Джесси держала корзину перед собой, крепко взявшись за ручку.

— Все в порядке? — осторожно спросила она, не уверенная в его настроении.

Ной чувствовал себя так, словно его внутренности перемешались.

— Вполне, — проскрипел он в ответ.

— Тебя очень долго не было, и я уже начала беспокоиться, как бы чего не случилось.

Действительно случилось. Он предстал дураком перед всей командой, хотя все, кто знал его прежде, уже были осведомлены о его морской болезни. Над несоответствием этой особенности его библейскому имени давно подшучивали, но Ной Маклеллан прежде воспринимал иронию более спокойно. Однако тогда рядом не было Джесси, а ему совсем не хотелось выглядеть идиотом в глазах этой женщины.

— Со мной все в порядке, — повторил Ной, делая над собой усилие, чтобы улыбнуться. — Я собирался прийти пораньше, но был… занят.

Джесси поставила корзину на стол.

— Может быть, ты что-нибудь хочешь поесть? В корзине много цыплят и говядины. О, отлично, здесь еще есть молоко. Гедеон скоро начнет требовать свой обед. Я сейчас ему приготовлю.

— Джесси…

— Что?

— Оставь все, как есть. Кэм принесет обед и для тебя, и для Гедеона.

— Но еда в корзине испортится.

— Пусть фрукты останутся, а остальное отдай ему.

— Ты считаешь, все уже не пригодно для еды? Н-да, думаю, ты прав. Говядина по краям стала немного зелено ватой, а у цыплят такой вид, будто они больны. Наверное…

Ной вскочил с кровати, отодвинул дверную щеколду и выбежал в коридор прежде, чем она успела договорить. Оттуда он услышал ее тихий смех. Проклятие! Она прекрасно понимала, что происходило с ним сейчас и поэтому специально завела разговор о еде, лишь бы только подколоть его.

Когда час спустя он возвратился в каюту, Джесси убирала со стола посуду и складывала на поднос, который держал перед ней Кэм. Гедеон, сидя на восточном ковре, теребил в руках мячик, подаренный Дрю. Заметив Ноя, малыш бросил игрушку и начал стучать ручонками по полу.

— Тебе лучше? — поинтересовалась Джесси.

Вместо ответа Ной метнул на нее красноречивый взгляд, и ей пришлось отвернуться, чтобы спрятать улыбку.

— Кэм, ты можешь уносить поднос. Спасибо, что обеспечил меня водой. И вот еще: как только повар освободит тебя, принеси, пожалуйста, чай и крекеры мистеру Маклеллану.

Кэм кивнул и быстро удалился. Боже мой! Если бы мистер Маклеллан посмотрел на него так же, как несколько минут назад на свою жену, у Кэма случился бы разрыв сердца прямо на месте!

— Я расстелила тебе постель, — сказала Джесси. — Кэм говорит, что ты обычно спишь, находясь на борту корабля.

— Кэм слишком много говорит.

— В отличие от тебя. В следующий раз, когда я поинтересуюсь, как ты себя чувствуешь, будь любезен сказать мне правду. Вначале я подумала, что тебя беспокоит ранение.

Ной присел на край кровати и скинул ботинки. Затем, сняв пиджак и рубашку, он швырнул их на сундук Джесси.

— Моя рана зажила.

— Но я ничего об этом не знала.

— Ну что ж, зато теперь знаешь. И еще многое другое. — Ной улегся на кровать.

— Я могу быть чем-нибудь тебе полезной?

— Нет.

Он закрыл глаза и принялся растирать виски кончиками пальцев.

Джесси подняла Гедеона с ковра и подошла с ним на руках к Ною.

— Я все-таки могла бы тебе помочь, — тихо сказала

Она. — Мама страдала от мигрени, и я всегда терла ее виски. Она говорила, что у меня удивительно чувствительные пальцы.

Ной посмотрел на нее снизу вверх. У нее были огромные глаза, очень серые и очень честные. Тут же ему вспомнились ее нежные руки.

— Хорошо, думаю, мне станет легче.

Джесси обошла кровать с другой стороны и посадила Гедеона посередине. Ребенок тотчас подполз к Ною и стукнул его по ноге. Мяч больше не занимал малыша. Джесси попыталась отодвинуть Гедеона подальше, но в этот момент Ной схватил ее за запястье.

— Не нужно, пусть он будет рядом. Мне он нисколько не мешает. — Ной притянул ее руку к себе и уткнулся в нее лицом.

Положив ногу на ногу, Джесси расправила юбку. Ной придвинулся ближе и опустил голову на ее колени. Его глаза мгновенно закрылись, как только ее пальцы скользнули по густой шевелюре его волос и коснулись лица.

— Вижу, ты переоделась, — тихо и устало произнес он. — Я рад этому.

Серо-голубое платье, которое было сейчас на ней, тоже напоминало ему траурное, но оно очень подходило под цвет ее глаз. Лишь по этой причине он мог терпеть его. Ной также заметил, что Джесси причесалась и переплела свою косу, перекинув через плечо. Кончик косы касался ее груди.

— Я просто выполнила твой приказ.

— Приказ? Я думал, что только просил, а не требовал.

— Да ты был настоящим тираном!

Джесси взглянула на Гедеона. Малыш положил свой крошечный кулачок на ладонь Ноя и собирался начать играть с его длинными пальцами.

— А что ты сделала со своим черным платьем?

— Отдала Кэму и попросила спрятать его в бочку с другим тряпьем.

— Отлично.

Джесси продолжала осторожно массировать виски Ноя.

— А почему ты сам не приехал за мной к Мэри?

— Я не хотел влиять на твое решение.

— Ты удивился, когда увидел нас с Гедеоном возле гостиницы?

— По-моему, ты была не менее удивлена, увидев меня. Наверное, ты думала, что я буду ожидать вас на корабле? — Ной слегка поморщился, когда Гедеон укусил его за большой палец. — Эй! Ты что со мной вытворяешь?

— Гедеон, прекрати!

Джесси оттащила ребенка подальше от Ноя, но он тут же пополз обратно. Малыш протиснулся между икрами Ноя, после этого, засунув большой палец руки себе в рот и принявшись сладко посасывать его, Гедеон закрыл глаза.

— Думаю, следует уложить его в кроватку, — извиняющимся тоном произнесла Джесси.

— Не надо. Ему здесь удобно, да и мне тоже хорошо с ним.

Ной взял ее руку и положил на свой лоб.

В отличие от него и Гедеона Джесси чувствовала себя явно неловко. Ной не был ее мамой, и, прикасаясь к нему, она ощущала нечто другое. Она нежно проводила пальцами по его волосам, вокруг ушей и опускалась к мускулистой шее.

— Я очень удивилась, услышав о тебе снова, — наконец промолвила Джесси после мучительного поиска хоть каких-нибудь слов. — Я думала, ты уже в Америке.

— Мне нужно было завершить кое-какие дела в Стенхоупе. Если тебе интересно, почему я так долго не приезжал за тобой…

— Нет, мне это совсем неинтересно… правда, все нормально.

— Просто я принял окончательное решение только сегодня утром, — добавил Ной. — Поскольку ты не стала меня преследовать в Стенхоупе, я понял, что ты либо оставляешь право выбора за мной, либо вынашиваешь какой-то свой план.

«Ничего лучшего обо мне он подумать не мог», — с грустью размышляла Джесси, но вслух произнесла другое:

— Когда ты оставил дом Мэри той ночью, я решила, что ты уже сделал выбор.

— Ты правильно решила.

Джесси удивилась. Что же заставило его изменить решение? Однако она не стала спрашивать об этом, а он так и не ответил. Ей нравилось массировать его плечи, растирать виски, гладить волосы. Она продолжала это делать чаже после того, как Ной уснул.

Когда в каюту вошел Кэм и внес поднос с чаем и крекерами, Джесси подняла указательный палец к губам, мило улыбнувшись и показав на обоих спавших мужчин.

26
{"b":"11266","o":1}