ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Только эту штуку вы уж подайте мне вон туда, – сказал Норфольк, указав на столик в углу. Устроившись на жестком диване, он заглянул в окно. Во дворе стойло несколько автомобилей. «Вот этот очень недурен, Делаэ последнего образца"… Затем пробежал забытый на столе засаленный листок с меню завтрака и узнал, что за двести франков можно было получить hors d'oeuvres variés, затем на выбор бифштекс или жареную рыбу, салат, сыр и фрукты. «Рассчитано на низших служащих. Знаменитости сюда приходят потому, что в город далеко ехать, и еще из демократического чувства: играют, конечно, в простые, чисто-товарищеские отношения с низшим персоналом и серьезно уверены, что такие отношения возможны между телефонисткой и звездой, получающей десять миллионов за фильм"… Карты вин не было; на листке указывалось только, что графинчик красного стоит шестьдесят франков. Норфольк был доволен. Цена завтрака была для него вполне приемлема; он мысленно сосчитал, сколько будет тратить на еду в месяц, – оставалось немало и на все другое, – думал об этом с приятным чувством много голодавшего на своем веку человека. «Что бедно одет, это вздор. Умные люди понимают, что заштопанная, но чистая одежда это теперь безошибочный признак некоторого аристократизма. Ну, не безошибочный, а все-таки признак"…

Когда барман принес новый коктэйль, Норфольк его попробовал, удовлетворенно кивнул головой и вынул из оттопыренного кармана старенького пальто обе тетрадки. ("Значит, сценарист», – подумал барман).

THE LIE DETECTOR

БАРОН, БАРОНЕССА, МАКС, МАРТА, АПТЕКАРЬ, ГОРНИЧНАЯ БАРОНЕССЫ, СЛУГА В ГОСТИНИЦЕ

Действие происходит в наше время, осенью, на протяжении нескольких дней, в очень хорошей нью-йоркской гостинице. Декорация, в сущности, одна. Барон и баронесса снимают в гостинице апартамент из шести комнат, включающий два салона. Они обставлены одинаково; только в салоне барона группа из стола и кресел находится справа, а диван слева; а в салоне баронессы – наоборот: диван справа, стол и кресла слева. Кроме того, картины на стенах другие: в одном виды охоты, в другом портрет какой-то по-старинному одетой дамы. Во всем остальном – одна и та же обстановка салона в дорогой гостинице; ковры поверх бобрика, шкапчики, золоченая мебель, камин в глубине, над ним зеркало. Под зеркалом на камине в салоне барона какой-то восточный фарфоровый бюст. Впрочем, он виден только тогда, когда у зеркала освещаются лампочки.

Действие всех картин происходит вечером при электрическом освещении.

КАРТИНА ПЕРВАЯ

Салон барона. За столом сидят барон и Макс. На столе телефон, бутылка и два бокала. Барон очень красивый тридцатилетний человек, одетый по самой последней моде. На лице у него скучающее выражение. Говорит с очень легким иностранным акцентом. Макс – старик лет семидесяти. Оба они выпили немного больше, чем следовало бы. Девятый час вечера.

МАКС: Ведь первый муж вашей жены был маркиз?

БАРОН: Да.

МАКС: После его безвременной кончины она вышла за вас. Вы только барон. Значит, брак с вами был не только чудовищной глупостью с ее стороны, но и социальным понижением?

БАРОН: Да.

МАКС: И вы твердо решили развестись с ней?

БАРОН: Да.

МАКС: И вы твердо решили получить с нее при этом деньги?

БАРОН: Да. (Зевает).

МАКС: Говорят, у Шекспира было пятнадцать тысяч слов. У вас, повидимому, сегодня есть только одно… Вы хотите получить с нее пятьдесят тысяч долларов?

БАРОН: Нет.

МАКС: Слава Богу, второе слово! Чего же вы хотите?

БАРОН: Я хочу получить с нее сто тысяч долларов.

МАКС: Почему так много, young rascal?[43]

БАРОН: Мне очень нужны деньги, old fool.[44]

МАКС: Это, конечно, серьезный довод, но может быть, все же недостаточный… Кстати, довожу до вашего сведения, что настоящие, т. е. умные, циники всегда говорят не как циники, а как идеалисты: это им выгоднее.

БАРОН: Я не циник. Но что ж делать, деньги вещь совершенно необходимая.

МАКС: Неужели? У вас страсть к каким-то изощренным парадоксам… Нет, ста тысяч она вам никогда не даст. Если б вы еще были герцогом! Но вы просто захудалый барон.

БАРОН (обиженно): Почему захудалый? Мой род восходит к пятнадцатому веку. Один мой предок был казнен в 1609 году.

МАКС: Иметь казненного предка это, конечно, социальная distinction. При условии, что он был казнен не менее двухсот лет тому назад. За что его казнили, young rascal?

БАРОН: За пустяк, old fool. Он сошелся с женщиной, которая оказалась ведьмой.

МАКС: Это бывает и в наше время. И что же?

БАРОН: Раз вечером мой предок шел лесом к своим друзьям. К нему внезапно подбежала волчица. Он выхватил меч и отрубил ей лапу. Она завизжала человеческим голосом и убежала. Дойдя до замка друзей, барон с тревогой и гордостью показал им свой трофей. (В его голосе проскальзывает, ужас. Макс с любопытством на него смотрит). Вдруг из окровавленной лапы выпала кисть женской руки! Оказалось, что колдунья по ночам уходила в лес, напяливала на себя волчью шкуру и бегала по лесу на четвереньках.

МАКС: Что ж, каждый проводит время как ему нравится. И что же?

БАРОН: Власти произвели расследование. Колдунью с отрубленной рукой нашли – и оказалось, что она была любовницей барона. Думаю, что просто его выслеживала из ревности. Он был очень красив… Я точная его копия, судя по его портрету. В гневе она прокляла его и весь наш род. Ее пытали. Она показала, будто он знал, кто она. Колдунью сожгли, а моего предка только обезглавили.

МАКС: Как приятно быть дворянином!

БАРОН: С тех пор над нашим родом повисло проклятие волчицы.

МАКС: И, разумеется, все ваши другие предки с той поры погибали трагической смертью, young rascal?

БАРОН: Нет, old fool, все они жили очень счастливо, служили верой и правдой своим королям. Но я погибну трагически.

МАКС: Вы непременно, рано или поздно, выдадите чек без покрытия. Проклятие волчицы исполнится, но вас не обезглавят. Вы только посидите несколько месяцев в тюрьме. Что ж тут такого? С кем это не случалось?

БАРОН: Я не хочу сидеть в тюрьме.

МАКС: Я знаю, что вы оригинал.

БАРОН: Что до проклятья, то… дураки никогда не бывают суеверны.

МАКС: Это сказал Байрон. Дорогой друг, неужто вы читали Байрона?

БАРОН: Нет, я прочел эту цитату в какой-то газете.

МАКС: То-то… А достать для вас у вашей жены сто тысяч я все-таки не могу.

БАРОН (уверенно): Можете. Вы имеете огромное влияние на мою жену. Сам не знаю – почему. Человек вы недалекий, и скорее пошлый, хотя и не лишенный остроумия.

МАКС: Не засыпайте меня лестью: я о ста тысячах даже не заикнусь.

БАРОН: Это печально.

МАКС: Очень. Чувствуете ли вы, по крайней мере, что ваша жена имеет большие достоинства? Правда, как женщина, она, хотя еще очень привлекательна, но для меня чуть-чуть уже стара. Я как-то случайно видел ее бумаги: ей тридцать восемь лет. Впрочем, она своего возраста не скрывает: говорит, что ей тридцать два, это вполне корректная и приличная скидка – меньше двадцати процентов. Конечно, у нее есть маленькие недостатки. Она скуповата, или по крайней мере не щедра. Она бывает и грубовата. Светская дама, баронесса и говорит go to hell! Вероятно, это вы ее научили? Она нервна, но не сумасшедшая. Вы не очень нервны, но вы имеете все задатки сумасшедшего.

БАРОН: Это ваш комический Lie Detector обнаружил мое сумасшествие?

МАКС: Отчасти и он, хотя не только он.

БАРОН (неуверенно): Надеюсь, вы не думаете, что я верю в ваш прибор? Это просто какой-то трюк, и не очень трудный. Ведь вы были в молодости фокусником.

МАКС: Всего полтора года. Я был в жизни изобретателем, сыщиком, фокусником, психологом, переводчиком в покойной Лиге Наций, комиссионером по продаже бриллиантов, управляющим гостиницей, наблюдателем при игорном доме…

вернуться

43

Молодой мошенник.

вернуться

44

Старый дурак.

78
{"b":"1129","o":1}