ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Сотня или две пурлов подносили камни и следили за тем, чтобы около каждого метателя было достаточное количество этих смертоносных снарядов.

Еще один отряд пурлов с длинными пиками и топорами стоял с обеих сторон стены, выжидая подходящего момента, чтобы броситься в атаку. Очевидно, сражавшимся с противоположной стороны отрядам пурлов пока не удалось оттеснить лалам вплотную к стене, чтобы покончить с ними с помощью смертоносного каменного града.

Арлан выбрал удобное для стрельбы место, откуда его невозможно было заметить. Важно, чтобы после первых выстрелов его позицию не раскрыли. Тогда к результату обстрела добавится еще и паника. Тщательно замаскировавшись ветками и кусками дерна, он, отрегулировав заряд бластера на полную мощность, прицелился в нижнюю часть стены, в самом ее центре, и плавно нажал на спуск.

Полная мощность плазменного заряда бластера превосходила по разрушительной силе снаряд стодвадцатидвухмиллиметровой земной гаубицы.

В том месте, где вспыхнуло ослепительное голубое пламя энергетического взрыва, в воздух взметнулись стволы деревьев, слагавших основание стены, тучи земли и куски разорванных тел метателей камней. Однако стена была слишком толстой, и одного выстрела оказалось недостаточно, чтобы пробить ее насквозь.

Не жалея батареи, Арлан трижды повторил выстрел. Центральная часть стены рухнула, взметнув тучу пыли и дыма, исходившего от вспыхнувших обломков деревьев. Когда дым немного рассеялся, Арлан увидел, что в стене образовался пролом шириной в несколько метров. Теперь перед ним открылась вся картина боя.

Лаламы, зажатые со всех сторон вчетверо превосходящим их по численности отрядом пурлов, отчаянно оборонялись, собравшись в плотное кольцо и выставив во все стороны свое единственное оружие — длинные челюсти.

Однако пики нападавших пурлов были гораздо длиннее, и исход боя, пока не прозвучали первые разрывы, казался предрешенным.

Как только взрывная волна и туча обломков стены накрыла ближайших к ней пурлов, Арлан, нащупав в своем ментальном диапазоне разум Шарктана, передал четко, как только мог:

«Прорывайтесь к пролому. Не обращайте внимания на взрывы, я вас не задену!»

Собственно, сейчас это уже было необязательно. После того, как молнии, обладавшие страшной разрушительной силой, обрушились на стену, словно упав с небес, пурлов охватила паника.

Они бросали оружие и бежали к лесу. Те, кто стоял ближе к стене, мгновенно создали в проломе затор, стараясь вырваться с поля боя и давя друг друга. На эту беспорядочную орду сзади, словно демоны возмездия, нападали разъяренные лаламы.

Чтобы не видеть вновь возникшей кровавой мясорубки, Арлан покинул вершину холма, на котором была его огневая позиция. В хаосе, царившем вокруг, теперь никому уже не было до него дела.

Умом Арлан понимал, что с людоедами на Роканде следует покончить. Слишком велик был груз Зла, который планета тащила на себе, чтобы вынести еще и это.

Но одно дело — логика и совсем другое — непосредственное уничтожение сотен гуманоидов лишь потому, что он, вопреки всем этическим правилам, применил здесь оружие, незнакомое этой цивилизации. Да и не по своей вине стали они людоедами.

Хотя до сих пор он не понимал, как могла колония аниранцев всего лишь за двадцать лет так сильно измениться, чтобы породить орды дикарей, способных пожирать друг друга.

Трудно было представить себе, каким образом удалось лишить разума одновременно такое количество народа?

Умом он понимал, что не должен участвовать в местных конфликтах. Его главная задача — выяснить, откуда пришло космическое Зло. И каким образом оно подчиняет себе целые планеты. Пока что Арлан не слишком продвинулся в этом направлении.

Через полчаса битва была закончена. Оставшиеся в живых пурлы бежали к лесу. Их никто не преследовал, у победителей были более неотложные задачи. Арлан подумал, что с пурлами еще придется разбираться, чтобы не дать им возможности вновь приняться за старое, но сейчас и у него было гораздо более срочное дело.

В центре поселения, напротив шатра вождя, лаламы устроили нечто вроде лазарета. Сюда они привели своих раненых, а тех, кто не мог ходить самостоятельно, притащили на волокушах.

В другое время Арлану было бы интересно посмотреть, как лаламы управляются с хирургическими операциями, не имея рук, но сейчас он прошел мимо, не задерживаясь.

Внутри шатра никого не было. Вождь бежал вместе с остатками своего воинства, и сердце Арлана сжалось от недоброго предчувствия.

Они могли увести пленницу с собой, если не ради мести, то хотя бы в качестве продовольственного запаса.

— Если с ней что-нибудь случилось, я найду тебя, где бы ты ни был! — пробормотал Арлан, глядя на опустевшее кресло вождя. Потом он вспомнил, что вождь говорил что-то о клетке на противоположной стороне поселка.

Он бежал через поселение так, словно за ним гналась стая волков, провожаемый удивленными взглядами лалам.

За последним рядом хижин узкая тропинка спускалась со склона, и взору Арлана открылась вершина одиноко стоявшего дерева. Сразу за ним тропа заканчивалась, упираясь в сооружение, сделанное из целых необработанных стволов.

Беатрис он увидел, не успев добежать до дерева шагов пятнадцать.

Вслушиваясь в звуки боя, она стояла, вцепившись в стволы, образующие решетку. Он не сразу узнал ее в наряде из лохматой грязной шкуры и, наверно, поэтому продолжал бежать, несмотря на ее предупредительный крик.

Когда наконец его сознания коснулось ощущение опасности, было уже слишком поздно. К этому моменту он уже находился под деревом.

Он успел все-таки упасть на землю и лицом к лицу встретить несущуюся сверху смерть.

Он бы, наверное, успел даже выстрелить, но вовремя вспомнил, что поставил бластер на максимальную мощность. С такого небольшого расстояния взрыв заряда оказался бы смертельным для него самого.

Чтобы передвинуть регулятор вниз, на последнее деление шкалы, требовалось всего несколько кратких мгновений, но их у Арлана не было. Кривые когти летающего монстра сомкнулись на его теле.

Арлана в который уж раз за сегодняшний день вновь спасла пурловская шкура. Когти вцепились в нее и лишь скользнули по его ребрам, разрывая мышцы и кожу. Он вскрикнул от боли, когда рывок чудовищной силы приподнял его над землей.

Однако плохо выделанная кожа не выдержала нагрузки. Шкура лопнула в нескольких местах, и Арлан опять оказался на земле.

Когда монстр понял, что в когтях у него зажат лишь кусок старого меха, он вновь камнем упал вниз. Но теперь уже опоздал он. Арлан приподнял бластер и, поймав чудовище в перекрестье прицела, нажал спуск.

Даже для самой слабой мощности выстрела расстояние до цели оказалось слишком малым. Волна жара от взрыва вместе с брызгами крови и частями разорванной плоти чудовища ударила по Арлану, на какое-то время лишив его возможности двигаться.

Полностью он пришел в себя, лишь ощутив на лице капельки чьих-то горячих слез, и, открыв глаза, увидел перед собой перепачканное женское лицо, украшенное копной растрепанных волос.

Самым странным было то, что в этот момент ему показалось, будто прекрасней этой женщины, завернутой в грязную шкуру, он никого не встречал на всех планетах, где ему довелось побывать.

Это был первый нормальный рассвет на Роканде. Впервые над плато засияло солнце, не закрытое постоянными облаками или туманом. Второй час подряд не было всем осточертевшего, никогда не прекращавшегося здесь дождя.

И ночь, предшествовавшая этому солнечному рассвету, была первой, которую экипаж «Северной звезды» провел на корабле в полном составе.

Все они, включая командира и Беатрис, были живы, хотя с момента посадки прошло уже немало дней. Это обстоятельство казалось Версону еще более странным, чем солнечный рассвет на Ро-канде.

Он стоял у самого трапа без защитного костюма и шлема, нарушая тем самым все инструкции.

Горьковатый утренний воздух был насыщен запахом незнакомых горных трав и древесного дыма, исходившего от примитивного горна, который командир установил на ровной каменной площадке в двадцати метрах от корабля. С момента своего возвращения он успел соорудить там целую переносную мастерскую, никого не посвящая в свои замыслы. Больше всего впечатляли трехметровые кожаные крылья летающего монстра, похитившего Беатрис, которого местные племена вполне справедливо называли Ночным Ужасом.

72
{"b":"11290","o":1}