ЛитМир - Электронная Библиотека

Деймам понадобилось всего несколько секунд для того, чтобы превратить самый мощный флагманский корабль землян в облако пара. Возможно, та же самая судьба ожидала теперь и нас.

Корабль замер, казалось, даже часы в рубке остановились, перестав отстукивать страшные, растянутые до бесконечности мгновения. Но они прошли, и ничего не случилось. Контрольный луч погас. И теперь темный шарик планеты, окруженный кольцом светящейся атмосферы, выглядел вполне безобидным.

Я стоял в рубке рядом с Павловским, штурманом и Грантовым. После истории с выявлением посредника доверие ко мне значительно возросло, и я наконец-то почувствовал себя полноправным членом команды.

Хотя в моих взаимоотношениях с Павловским ничего не изменилось, похоже, они даже ухудшились. Во всяком случае, во всем, что не было напрямую связано с предстоявшей мне миссией. Скорее всего, на капитана повлияла гибель его любимца Ремизова. Он до сих пор не мог поверить в то, что так ошибся и сделал своим приближенным пособника деймов. Как часто бывает в подобных случаях, инстинктивно он искал виновного подальше от себя самого…

Что касается самой миссии, то подробный план предстоявшей операции, а главное, ее техническое оснащение до сих пор держали в тайне от меня. Предлог, который для этого использовал Грантов, был достаточно веским — чем позже я узнаю все об операции, тем больше шансов уберечь эти сведения от деймов. Все-таки они доверяли мне не до конца и оттягивали момент, когда будут вынуждены передать в мои руки завершающий этап операции, от которой зависела судьба всей земной Федерации.

Я знал лишь то, что должен буду доставить на поверхность планеты некий «подарок» для деймов, способный уничтожить их управляющий центр, о местонахождении которого у нас не имелось никакой информации. Уже по одной этой причине миссия смахивала на авантюру, если, конечно, не предположить, что от меня утаили самое важное…

Воспользовавшись своим новым положением, я спросил у Грантова, пытался ли отдел безопасности под видом торговца или разведчика посылать к Багровой другие корабли? Для меня до сих пор оставалось непонятным, почему в операции обязательно должен участвовать человек, которого не смогут опознать деймы, почему не использовать для этого зонды, например.

— Конечно, пытались. И не раз. Но каждый раз, как только корабль, находясь на орбите Багровой, выпускал зонд или борт корабля покидал любой другой подозрительный, с точки зрения деймов, предмет, он немедленно уничтожался энергетическим лучом вместе с кораблем. Мне до сих пор непонятно, почему уцелел ваш «Алькар». Вы, кажется, говорили, что пользовались зондами для съемки?

— Это было еще до попытки бомбардировки планеты земными кораблями. Возможно, с тех пор деймы стали осторожнее.

До посадки на Багровую оставалось не больше сорока часов. Я демонстративно посмотрел на корабельные часы в старинном футляре, украшавшие штурманскую рубку, и спросил ровным тоном, стараясь не выдать своего возмущения излишней, на мой взгляд, скрытностью Грантова:

— Не пора ли вам, наконец, сообщить мне, что я буду делать на Багровой в том случае, если никакого управляющего центра мне обнаружить не удастся?

Несколько секунд Грантов, прищурившись, изучал мое лицо, словно видел его впервые и наконец, должно быть, придя к какому-то решению, произнес:

— Пойдемте. Пора вам это показать.

Павловский, стоявший от нас в нескольких метрах, слышал весь разговор и немедленно вмешался:

— Ты слишком спешишь, Эрвин. До посадки еще далеко.

— Он должен познакомиться с устройством и подготовиться. После посадки нам придется соблюдать режим молчания даже внутри корабля.

Не слушая дальнейших возражений Павловского, Грантов решительно направился к выходу из рубки, и я последовал за ним.

Мы миновали несколько палуб. Стоя напротив него в тесной кабине корабельного лифта, я ждал объяснений загадочной фразы о полном молчании после посадки. Наконец, избегая моего взгляда и словно насильно заставляя себя говорить, он произнес:

— У нас есть данные, что деймы могут прослушивать разговоры внутри корабля, находящегося на поверхности планеты.

— Я провел на Багровой много времени и ничего об этом не слышал.

— Наверно, вы вращались не в том обществе, — проронил он с сарказмом. — У нас была возможность побеседовать с членами вашей команды и сопоставить полученную от них информацию с разведданными, пришедшими из других источников. Эти существа обладают невероятным могуществом.

С этим я не стал спорить. Тот, кто мог останавливать стартовавшие корабли, наверняка обладал и другими, неизвестными мне возможностями.

Наконец лифт остановился в реакторном отсеке, нам пришлось облачиться в защитные антирадиационные костюмы. Я продолжал недоумевать, что нам могло понадобиться в горячем отсеке.

В реакторной Грантов попросил всех находившихся там техников покинуть помещение. Старший команды заявил, что без приказа капитана не имеет права покидать свой пост.

Лица людей скрывали темные светофильтры защитных костюмов, а их фигуры, неестественно раздутые блестящей пористой тканью, напоминали монстров. В этом сравнении, пришедшем мне на ум, не было ничего удивительного. Сейчас мы находились в самом опасном для здоровья помещении, именуемом на жаргоне людей, которые здесь работали, коротко и точно — «Ад».

Наконец Грантов уладил все формальности, связавшись с Павловским по селекторной связи. Дверь метровой толщины закрылась за последним техником, и мы остались одни. Убедившись в том, что выходной тамбур надежно закрыт автоматическими замками, Грантов подошел к одной из трех крышек реакторов, украшенных крупной надписью «Смертельная радиация», и начал вручную откручивать крепящие ее запоры.

— Что вы делаете, черт возьми?!

— Смотрите внимательно и запоминайте. После посадки вам все это придется проделать самому и уже без всяких объяснений. Если возникнут вопросы, задавайте их сейчас.

Когда крышка откинулась на толстенных шарнирах, стало ясно, что никакого реактора за ней нет. Вспомогательный реактор у этого корабля отсутствовал. Мы вошли в узкую стальную трубу, на противоположном конце которой виднелась еще одна дверь с электронным кодовым замком. Грантов справился и с этим препятствием, после чего мы оказались в тесном помещении, освещенном тусклыми лампами. На стальной полке лежал стандартный рюкзак космодесантника с карманами, набитыми всеми полагавшимися по уставу мелочами. Больше здесь не было ничего, и, видимо, испытывая удовольствие от моего недоумения, Грантов не спеша подошел к рюкзаку и эффектным жестом, словно фокусник на сцене, отстегнул его центральный клапан, откинул крышку и направил на предмет, лежавший внутри рюкзака, луч света от своего фонаря.

Я увидел металлический шар размером с футбольный мяч. На его матовой поверхности имелись две прорези для электронных ключей и одна глубоко утопленная желтая кнопка.

— Это специально разработанное нашими учеными взрывное устройство. Оно включается одновременно двумя ключами. Один ключ у меня, второй у Павловского. Мы приведем его в рабочее состояние после посадки. Вы возьмете рюкзак, покинете корабль и постараетесь доставить бомбу на восточный хребет кратера.

По нашим данным, управляющий центр находится именно в этом районе. Не беда, если вы не сможете точно определить его местонахождение. Зона поражения этого устройства достаточно велика.

От шара веяло ледяным холодом смерти. И хотя я ждал чего-то подобного, я почувствовал, как от волнения у меня перехватило дыхание.

— Сколько? Сколько, именно?

— Около километра. Вы успеете покинуть опасную зону и вернуться на корабль, прежде чем устройство сработает.

— Каков запас времени до взрыва?

— Десять часов. Более чем достаточно.

— Здесь нет циферблата. Откуда мне знать, на какое время на самом деле настроена бомба?

— Мы должны доверять друг другу, Крайнев. В нашем положении — это единственный выход. Кроме того, в случае крайней необходимости вы сможете выключить взрывной механизм. Именно для этого предназначена кнопка. Только помните — это наш последний шанс остановить вторжение деймов. Если вы воспользуетесь кнопкой, второй попытки уже не будет.

81
{"b":"11291","o":1}