ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Нисколько в этом не сомневаюсь! Я пришел совсем не из-за ваших кошек. Вы позволите войти? Я не отниму у вас много времени. — Он все еще стоял в крохотной прихожей, вдыхая аромат кошачьей мочи. Пожалуй, решение капитана Родионова остаться на Ароме становилось понятней после посещения этой квартиры, но неужели с остальными сорока пассажирами его корабля дело обстояло похожим образом? Ротанов подумал, что подобная квартира все-таки скорее исключение из общих правил. И причину, по которой сорок человек решили не возвращаться на Землю, ему нужно искать не здесь.

— Времени у меня сколько угодно! — заявила Клара Родионова, смахивая со столика на кухне остатки кошачьего обеда. — Что вам приготовить, кофе, чай?

Ротанов поспешно отказался и, не теряя ни минуты, перешел к основной цели своего визита. Вопрос следовало задать так, чтобы не насторожить хозяйку с самого начала, но у Ротанова было достаточно времени, чтобы подготовиться к встрече с госпожой Родионовой по дороге от Глайддрома до окраинных жилых кварталов бывшего Мельбурна, ныне превратившегося в огромный мегаполис, захвативший своими безобразными стандартными строениями большую половину материка.

— В наше управление поступило предложение от компании «Инпланет» принять участие в создании совместного благотворительного фонда для поддержки семей астролетчиков, годами лишенных возможности видеть своих мужей и отцов семейства.

Услышав слово «фонд» и почувствовав, что визит Ротанова связан с деньгами, Клара Родионова мгновенно подобрела и, несмотря на искренние протесты Ротанова, включила кофейный автомат, через минуту выплюнувший из своих недр две чашки ароматного натурального кофе.

Этот напиток, стоивший никак не меньше недельного довольствия капитана Родионова и совершенно неожиданный в обстановке захламленной квартиры, произвел на Ротанова странное, двойственное впечатление.

С одной стороны, цена напитка и сам автомат последней модели, не вписывавшийся в обстановку квартиры, вроде бы подтверждали получение Родионовым перед самым отлетом значительной суммы от компании «Инпланет». С другой стороны, столь откровенная демонстрация этого факта должна была опираться на более веское основание, отличное от того, что было указано в официальных документах.

— Мне поручено предварительное собеседование с возможными кандидатами на стипендии создаваемого нами фонда. Вы, конечно, понимаете, мадам, что наше управление не может принять на себя вслепую довольно значительные расходы, связанные с созданием этого фонда. Мы должны, хотя бы приблизительно, знать, о каких суммах пойдет речь. А они напрямую зависят от доходов каждой конкретной семьи.

Поскольку фамилия вашего мужа фигурирует в списках будущего фонда одной из первых, мне поручено выяснить уровень ваших семейных доходов.

Вначале лицо госпожи Родионовой расплылось в подобии благожелательной улыбки, но в конце, когда речь пошла о доходах, улыбка увяла, превратившись в сухую, недовольную гримасу. Предвидя подобную реакцию, Ротанов продолжил, опередив ее ответ:

— Я должен вас предупредить, что размер субсидии будет определяться не совсем обычным способом. Компания «Инпланет» настаивает на том, чтобы она была тем больше, чем выше уровень доходов будущих стипендиатов фонда. В этом есть свой резон, поскольку поддерживать имеет смысл лишь наиболее ценных, хорошо оплачиваемых сотрудников. И естественно, уровень доходов вам придется подтвердить официальными документами…

Когда Ротанов покидал квартиру госпожи Родионовой, в кармане у него лежала копия трех бланков денежных переводов, полученных Родионовым от компании «Инпланет» в разное время. Сопоставив уже в своей конторе даты их отправки с рейсами корабля Родионова, он без труда установил, что вознаграждения выплачивались капитану перед каждым рейсом на отдаленные курортные планеты. А самым забавным было то, что после каждого подобного рейса половина туристов не возвращалась обратно на Землю. При существовавшем ныне массовом оттоке людей с перенаселенной Земли этот факт не привлекал внимания.

После визита к Родионовой, заглянув на минуту в управление, Ротанов совсем было собрался отправиться домой упаковывать вещи — до отлета поисковика, идущего в созвездие Лиры, в дальнем углу которого располагалась Арома, оставалось всего сорок восемь часов, но над его столом вспыхнул сигнал внутреннего вызова, и, когда он, недовольно поморщившись, включил связь, предчувствуя непредвиденную задержку, в глубине экрана появилась объемная голограмма головы Стальцева, с которым он расстался всего несколько часов назад.

Начальник управления был явно чем-то смущен и старался не смотреть на своего подчиненного.

— Тебе придется посетить контору «Инпланет». Сегодня в шесть тридцать тебя будет ждать их представитель Герман Струган, пропуск уже заказан.

— А известить об этом меня они не удосужились?

— Они всегда стараются действовать сверху. В этом нет ничего необычного. В любом случае до отъезда тебе стоит познакомиться с компанией. На Ароме у них солидное представительство, и они могут оказать в нашем расследовании серьезную помощь.

— А откуда они вообще узнали о том, что я собираюсь лететь на Арому?

— А вот это я хотел спросить у тебя. Скорее всего, твой визит к госпоже Родионовой не остался незамеченным.

Стальцев отключился что-то уж слишком поспешно, явно избегая дальнейшего обсуждения этой темы, и это Ротанову совсем не понравилось. Сам по себе визит в контору «Инпланет» мог оказаться полезным, хотя и отнимал у него отведенное на сборы время. Больше всего ему не понравился тот факт, что компания заинтересовалась его персоной, едва он успел приступить к расследованию фактов массовой эмиграции туристов.

Еще больше ему не понравилось то, с какой скоростью они отреагировали на его участие в расследовании, наверняка ухитрившись получить в управлении всю необходимую информацию Одного визита к Родионовой для этого было недостаточно.

Ротанов чувствовал, как внутри него постепенно нарастает злость. Компания «Инпланет» принадлежала к десятке разросшихся до космических масштабов монополистов, подмявших под себя всю экономику Земной Федерации. Эти господа ни с кем не считались и ни о чем не просили. Гигантский годовой оборот, исчислявшийся триллионами руларов, позволял им подкупать чиновников любого ранга и, оставаясь в тени, фактически управлять всей внешней политикой Федерации.

Приглашение в контору «Инпланет» автоматически означало повышение по службе и солидную прибавку к жалованью. Любой инспектор на его месте должен был бы радоваться этому событию, но он лишь с горечью думал о том, что продажных чиновников в правительстве становится все больше и любого из них ничуть не беспокоит экологическая катастрофа, обрушившаяся на Землю, возросшая в несколько раз смертность, наркомания и рост преступности… Ничего их не интересовало, кроме собственного кармана.

«Придется им напомнить, что не всех и не всегда можно купить», — устало подумал Ротанов, закрывая сейф и включая охранную автоматику.

Здание центрального офиса «Инпланет» можно было увидеть из любой точки города. На расстоянии оно смотрелось, как прогулочный океанский лайнер, случайно попавший на улицы города во время очередного шторма.

Гордо возвышавшийся над бетонными зданиями стандартного типа тридцатиэтажный небоскреб сверкал огнями реклам и отраженными в зеркальных окнах, столь редких в этом городе, красноватыми бликами заходящего солнца.

Пропуск Ротанова, с непонятными пометками на полях, произвел на охрану в вестибюле должное впечатление. Ни на секунду не задерживая, его проводили в лифт.

Подъем был не слишком долог, и, когда двери лифта распахнулись на двенадцатом этаже, охранник, сопровождавший Ротанова от вестибюля, передал его с рук на руки миловидной секретарше, уже ожидавшей у входа.

Служащие корпорации и обычные посетители пользовались другими лифтами и, видимо, другими коридорами. Во всяком случае, в вестибюле двенадцатого этажа, кроме ожидавшей его секретарши, никого не было. Ротанов скользнул по ее идеальной фигуре и слишком правильному овалу лица равнодушным взглядом. Такое лицо не давалось женщине от рождения и стоило в гиперпластовой клинике баснословную сумму. Возможно, именно поэтому оно казалось ему неживой, искусственной маской, и даже ослепительная улыбка девушки не произвела на инспектора должного впечатления.

3
{"b":"11295","o":1}