1
2
3
...
53
54
55
...
63

И все это — в течение одного утра.

Он — герцог Уиклиффа, по его мнению, этого вполне достаточно, чтобы неразбериха с академией окончилась сама собой. Стоит ему произнести несколько слов, и проблема исчезнет как по волшебству. Но своими безрассудными поступками он навредил Эмме. Такой тонко чувствующей, добросердечной и всепрощающей женщины он, пожалуй, никогда не знал. И вот теперь она даже не хочет с ним разговаривать.

Он всегда с такой легкостью, не прилагая к тому никаких усилий, получал то, чего хотел. А теперь у него чуть ли не сердце останавливается, стоит ему допустить, что он никогда больше не увидит Эмму. И вот сейчас, когда это не просто затрагивало его гордость, а стало вопросом жизни, он не знал, как поступить.

Грей так задумался, что чуть было не проехал мимо лошади, щипавшей траву. В тени возле пруда, опершись спиной о ствол бука и скрестив на груди руки, с зажатой в зубах сигарой сидел Тристан.

Грей был не в настроении болтать и, лишь коротко кивнув виконту, поехал было дальше, но Тристан проворным жестом поднял бутылку, лежавшую у его ног.

— Виски хочешь? — спросил он, дымя сигарой.

Минуту спустя Грей уже сидел рядом с ним с сигарой в руке.

— Слава Богу, что он послал мне тебя. — Грей отпил порядочный глоток виски прямо из горлышка.

— Я схватился за бутылку сразу же, как увидел твою кузину, — пробурчал Тристан, не вынимая изо рта сигару. — Твоя семья меня презирает, не так ли?

— Когда Джорджиана узнала, что ты тоже здесь, она наверняка предложила матери сопровождать ее.

— Сомневаюсь. — Тристан взял у Грея бутылку и тоже выпил. — Но, кроме шуток, что с тобой, черт побери, происходит?

Грей не привык, чтобы его критиковали. Только в последнее время он терпел замечания Эммы.

— Почему ты спрашиваешь?

— Имей я то, что есть у тебя, я бы не сидел здесь и не пил с такими, как я.

— А что у меня есть? — Грей отнял у Тристана бутылку. — Всем известно, что я вел себя как осел, а теперь за это расплачиваюсь.

— Рад, что ты хотя бы это признаешь. Ты сегодня не получал никаких писем?

Нахмурясь, Грей запустил руку в карман и вынул записку Лиззи. Не глядя на Дэра и подозревая худшее, он развернул ее.

— Что-нибудь интересное?

Грей прочитал короткое послание сначала один раз, потом второй. На листке из школьной тетради аккуратным, закругленным почерком Джейн было выведено: «Мы хотим помочь вам проиграть». Грей посмотрел на Тристана.

— Полагаю, ты имеешь к этому прямое отношение.

— Возможно, мне и удалось немного повлиять на происходящее. — Допив виски, виконт встал. — Ты виноват в том, что с ней случилось. Тебе и исправлять.

— Я пытаюсь, — проворчал Грей. — И без тебя прекрасно знаю, что натворил.

— Если ты решишь, что я могу тебе в чем-то помочь, я готов. — Тристан вскочил в седло. — Считай меня своим самым надежным помощником.

Сигара и виски, по всей вероятности, немного прочистили Грею мозги. Сейчас первоочередная задача — предотвратить скандал. Пари отошло на второй план. Выиграет Эмма или проиграет, не будет иметь никакого значения, поскольку половина Лондона уже успела осудить ее.

Его предложение выйти за него замуж — если она его примет — защитит ее. Поэтому он непременно женится на Эмме Гренвилл, а ответы на вопросы «как» и «когда» придут потом. Однако он не имел ни малейшего представления о том, как родители воспитанниц академии воспримут его союз с Эммой. Спасет ли это академию? Сперва он твердо намеревался закрыть ее, а теперь, когда изменил свое мнение о женском образовании, похоже, это произойдет без его участия.

Вернувшись домой, Грей сразу прошел в кабинет дяди и написал короткий ответ своим ученицам. Поблагодарив их за великодушие и сотрудничество, он предложил встретиться завтра же утром. Вовлечь их в свои дела будет довольно сложно — слишком велик риск, что скандал обрушится и на них. Но в то же время Грей не хотел, чтобы они сердились на него за недоверие, к тому же их помощь могла оказаться весьма кстати. Да и времени у него оставалось мало.

— Нет! Ни за что! — В маленьком кабинете Эммы стоял невообразимый гвалт.

— Мисс Эмма, мы же пообещали, — с серьезным видом сказала Лиззи.

— Герцог рассказал мне, что вы его уволили. Вам не следует снова с ним встречаться. У нас и без этого куча неприятностей.

— Да, верно, — согласилась Джейн. — Но мы все устроим.

— Вам не справиться с этой проблемой. Решить ее должна я. — Как бы Эмма ни ценила их желание помочь, она отвечает за их будущее.

— Мне некуда деваться, кроме академии. — Лиззи умоляюще смотрела на Эмму. — Я хочу остаться здесь. Вы должны позволить нам участвовать.

Глаза Эммы увлажнились. Как она могла вести себя столь неосмотрительно, и теперь больше всех пострадает ее любимица.

— Лиззи, ты не сможешь все уладить…

— Но надо обещания выполнять, — раздался внезапно спокойный голос.

— Александра! — Эмма вскочила, почувствовав при виде этой высокой светловолосой женщины, будто гора у нее упала с плеч. — Девочки, прошу нас извинить.

— Но мы должны встретиться с ним сегодня утром, — настаивала Лиззи.

— Пятиминутное опоздание не считается невежливым, — возразила Эмма, выпроваживая всех пятерых из кабинета.

— Ты не могла бы послать кого-нибудь сказать Тобиасу, чтобы он впустил Люсьена? — попросила Александра.

— Лиззи, Джейн, передайте Тобиасу, чтобы он впустил лорда Килкэрна на территорию академии, и проводите его сюда.

— Да, мисс Эмма.

Как только Генриетта закрыла за собой дверь. Эмма бросилась обнимать графиню.

— Ты так прекрасно выглядишь, Лекс, — еле выговорила она, потому что ее душили слезы.

— А я чувствую себя такой неуклюжей, — ответила Александра, погладив срой выпуклый живот, когда Эмма наконец выпустила ее из своих объятий.

Теперь, когда прибыла подмога, Эмма была в растерянности: как все рассказать? Ведь с тех пор, как в Хавер-ли появился герцог Уиклифф, у нее самой не было разумного объяснения своих поступков.

— Быстро ты приехала!

— Как только до нас дошли эти отвратительные слухи, мы сразу начали собираться к тебе. Твое письмо успело застать нас, когда мы уже уезжали из Лондона. Викс и Син должны быть здесь к полудню. — Леди Килкэрн сняла шаль и повесила ее на стул. — Эмма, я не знаю, что слышала ты, но…

— Я слышала достаточно, — ответила Эмма, мрачнея.

— Как это могло случиться? — Александра осторожно опустилась на жесткий стул. — Никто, кто тебя знает, не мог себе даже вообразить…

— Не надо, Лекс. Я просто… Я не знаю, что мне делать.

— Раньше я от тебя такого не слышала. — Александра внимательно посмотрела на подругу.

— А последние несколько дней я все время это повторяю. Я не знаю, что на меня нашло.

В дверь постучали. Эмма открыла и увидела на пороге испуганных Лиззи и Джейн рядом с высоким худощавым человеком, одетым во все черное.

— У вас отличная охрана, — сказал он, еле заметно улыбнувшись.

— Милорд, — сказала Эмма, приглашая графа Килкэр-на войти. — Спасибо, девочки. Не уходите из академии без меня.

Элизабет что-то буркнула себе под нос, пятясь и закрывая дверь.

Лорд Килкэрн прошел прямо к окну.

— После всех этих слухов и вашего свирепого стража у ворот я ожидал увидеть здесь нечто вроде будуара.

— Люсьен, ты должен помочь.

— Вероятно, я смогу, если кто-нибудь подробно расскажет мне, что здесь происходит. — Он сел на широкий подоконник. — И предупредите своего привратника, что скоро приедет Олторп. Сомневаюсь, что он будет в таком же хорошем расположении духа, как я.

— Непременно. — Эмма выглянула в коридор и увидела, что не меньше половины всех учениц академии прячется там — если про пятьдесят человек можно сказать, что они «прячутся». Эмма попросила Генриетту и Джулию передать Тобиасу, чтобы он впустил нового гостя, приказала остальным разойтись и вернулась в кабинет. — Может быть, вам будет удобнее в одной из гостиных? — предложила она Александре и Люсьечу.

54
{"b":"113","o":1}