ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Академия пяти стихий. Возрождение
Почему Беларусь не Прибалтика
Цвет жизни
Призрак со свастикой
Синдром Е
Другой дороги нет
Алгоритмы для жизни: Простые способы принимать верные решения
Разрушь меня. Разгадай меня. Зажги меня (сборник)
Благородный Дом. Роман о Гонконге. Книга 1. На краю пропасти

— Как интересно, — заявила Сильвия, садясь в кресло. — Пожалуйста, продолжайте, лорд Дэр.

Тристан откашлялся и, мельком взглянув на Грея, снова вернулся к письму. Любовь к пикантным ситуациям явно перевесила его естественную озабоченность тем, что он может поплатиться за непослушание.

— «Вы были правы, утверждая, что академия учит тому, что принято называть добродетелями: элегантности, скромности, хорошим манерам, вежливости, умению одеваться и следить за модой. Благовоспитанная леди должна обладать всеми этими качествами, и поэтому было бы неразумно не включать их в нашу программу».

— Держу пари, мисс Гренвилл — старая дева, — заявила Элис.

— По всей видимости, — промямлил Грей. — Трис…

— Дальше еще интереснее. «Насколько мне помнится, вы полагаете, что единственная задача академии — готовить жен». Она трижды подчеркнула слово «жен», — пояснил Тристан.

— Прекрасно сказано, Уиклифф! — воскликнул Бламтон.

— Помолчи!

— «Цель нашей академии, которой руководила моя тетя, а теперь руковожу я, — выпускать из своих стен образованных женщин». Здесь, между прочим, тоже есть подчеркивания. «Поэтому дополнительно к „добродетелям“ у нас преподают литературу, математику, иностранные языки, политологию, историю, музыку и прикладные виды искусства, о чем я подробно пишу ниже».

— Господи, — содрогнувшись, пробормотала Элис. — Какой ужас!

Тристан пробежал глазами оставшиеся листки.

— Дальше описывается полная программа. — Он посмотрел на Грейдона. — Но я этого читать не буду.

— И на том спасибо, — буркнул Грей.

— Хотя… в конце есть приписка. «Таким образом, ваша светлость, вы видите, что я стараюсь дать своим ученицам полное, законченное образование. Ваше поведение, однако, свидетельствует о серьезных пробелах именно в области „добродетелей“. Если позволите, я могу порекомендовать вам несколько книг о скромности и хороших манерах, которые вы могли бы прочитать на досуге. Искренне обеспокоенная мисс Эмма Гренвилл».

Непродолжительное молчание было прервано смехом леди Сильвии:

— Бедняжка Грей. Тебе не удалось произвести впечатление на директрису школы для девочек.

— Ну, это еще неизвестно. Она пишет только, что искренне обеспокоена. — Тристан положил письмо на стол.

Пусть повеселятся, решил Грей; на самом деле он почти не слышал, что они говорили, с удовольствием представляя себе, как заставит замолчать кареглазую крошку. Мисс Эмма Гренвилл, по-видимому, не имеет ни малейшего представления о том, с кем имеет дело. Но очень скоро она это поймет.

Элизабет Ньюкомб упала на пустую бочку из-под виски, которая должна была изображать фонтан в центре славного города Вероны.

— «Чума возьми семейства ваши оба!» — прохрипела она, хватаясь за бок.

Поправив подложенные под платье подушки, делавшие ее более толстой — ведь она играла кормилицу, Эмма улыбнулась. Застенчивостью Элизабет не отличалась. Через год-другой ей придется серьезно поработать, чтобы перестать дурачиться и научиться вести себя в обществе. Эмма давно уже готовила девочку к взрослой жизни, но в то же время ей хотелось, чтобы Лиззи сохранила свою очаровательную непосредственность.

— Мисс Эмма, — крикнул раненый Меркуцио, выпрямляясь, — можно мне использовать ягодный сок, чтобы было похоже на настоящую кровь?

— Ой, если ты это сделаешь, я упаду в обморок, — воскликнула Мэри Могри, заранее побледнев.

— Нет, нельзя. — Эмма вышла из-за кулис на сцену. — Кровь символизирует этот красный шарф. Вы все сделали прекрасные костюмы, и я не хочу, чтобы они были испорчены, даже ради большей достоверности. А теперь давайте продолжим. Это последняя репетиция, генеральная. Через шесть часов у нас дебют.

Эмма снова ушла за кулисы. Элизабет (она же Меркуцио), скончалась от смертельной раны, а Ромео и Тибальт начали свой роковой поединок. Несмотря на постоянные угрозы лишиться чувств, стеснительная Мэри так хорошо справлялась с ролью Ромео, что Эмме хотелось ей аплодировать. Родители Мэри будут удивлены перемене в характере девочки, увидев свою «мямлю», как они слишком часто называли дочь, в таком героическом амплуа.

— Эм, — шепнула Изабель, пробираясь через костюмерную и размахивая письмом. — По-моему, тебе пришел ответ.

Наконец-то! Эмма ждала этой минуты весь день. Неожиданно охвативший ее трепет никак не был связан с предстоящим спектаклем. Она и сама не знала, что заставило ее написать Уиклиффу, который — это было ясно — ни в грош не ставит ее академию. Но все же написала, а потом почти не спала ночь.

Эмма, взяв у француженки письмо, поспешно вскрыла его. При виде решительного мужского почерка она почувствовала, как сердце ее замерло — но лишь на мгновение, пока не начала читать.

— «Мадам, я получил ваше пространное послание». — Эмма, дрожа от гнева, потрясла листком перед лицом Изабель. — Он пишет, что мое письмо было пространным!

— Тише, дорогая. Ты забыла про репетицию.

Эмма поспешно умолка и стала читать дальше про себя:

«Хотя одно или два замечания были довольно интересны, его содержание не имеет отношения к проблеме, о которой лорд Хаверли беседовал с вами. Я прилагаю к своему ответу соглашение, чтобы вы могли подписать его, и заберу документ сегодня вечером после спектакля, который собираюсь посетить вместе с друзьями». В конце письма не было длинного списка титулов, а стояло всего одно слово — «Уиклифф».

Эмма побледнела. Он явится в академию, чтобы посмотреть спектакль!

— Тебе плохо? — Изабель, схватив ее за локоть, усадила на стул.

— Нет, все порядке.

Она, конечно, ничего не скажет своим ученицам. Если они узнают, что посмотреть их игру приедет герцог, то обязательно растеряются и не смогут сосредоточиться на пьесе.

Возможно, он потому и предупредил о своем визите, чтобы девочки занервничали и плохо сыграли. Первым побуждением Эммы было разорвать письмо на мелкие клочки, а потом сжечь. И хотя это доставило бы ей огромное удовольствие, но не решило бы ни одной из проблем.

— Изабель, сэр Джон будет сегодня присутствовать на представлении?

— Да. Он сказал, что приедет пораньше, чтобы помочь Тобиасу укрепить балкон Джульетты и лестницу.

— Отлично.

Сэр Джон жил в Бейсингстоке и был адвокатом Эммы. Она посоветуется с ним: ведь он всегда был в курсе дел академии. Сложив письмо и соглашение, она засунула их под фартук. Герцог Уиклифф, очевидно, думает, что ему удастся, запугав ее, заставить подписать соглашение, но она не сдастся без борьбы… или даже войны.

Смех на сцене привлек ее внимание. Леди Джейн состроила гримасу и громко произнесла:

— «Какие вести, няня?»

Эмма вскочила и заковыляла на сцену. Этот чертов Уиклифф пусть даже не пытается вмешаться в дела академии!

— «Убит, убит, родимая, убит,

Убит болезный, отдал Богу душу!»

Когда она с ним разделается, он и сам будет рад умереть, злорадно подумала Эмма.

Глава 4

Академия мисс Гренвилл больше напоминала крепость, чем школу для девочек. Лорд и леди Хаверли с гостями прошли из конца в конец длинное здание и вышли к помещению театра, перестроенному из церкви. В конце каждого коридора и на лестничных площадках стояли рослые, крепкие женщины, очевидно, для того, чтобы ни один мужчина, ненароком заблудившись, не оказался поблизости от спален и не помешал бы процессу превращения девушек в невест.

А может быть, мисс Эмма боялась, что Грей намерен собрать арендную плату прямо с воспитанниц, вывернув их карманы. Если бы она знала, что он вовсе не жаждет встреч с этими девицами, то избрала бы другую тактику защиты — велела бы им попытаться соблазнить его.

— Мне и в голову не могло прийти, что это пансион для бабушек, — пробормотал Тристан, когда они миновали очередного седовласого часового в юбке. — Я в высшей степени разочарован.

— Совершенно не понимаю, зачем мы приехали, Грей, — надула губы Элис. — В Лондоне мы могли сейчас быть в опере в обществе принца Джорджа!

8
{"b":"113","o":1}