ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— По-моему, вы меня недооцениваете как собеседника. Все-таки я окончил биологический факультет МГУ.

— И вы не шутите? Выпускник МГУ подметает двор?

— Какие уж тут шутки. Вашими стараниями живем.

— Значит, у вас есть высшее образование?

— Самое настоящее.

— Мне кажется, здесь не совсем подходящее место для беседы. Грамотный специалист не должен подметать двор. У меня есть для вас деловое предложение. Хотите зайти ко мне и обсудить его?

Так они и познакомились. От делового предложения он отказался, не хотел ничем себя связывать, но несколько советов ей дал, используя свой большой опыт в создании собственной фирмы при кафедре, которая, правда, вскоре благополучно прогорела. Она тоже в долгу не осталась… Эта связь продолжалась почти целый месяц, пока ее муж не вернулся из зарубежной поездки.

И вот сейчас, в ночной тиши, он вспомнил эту женщину — ее нежную кожу, мягкие, как шелк, волосы, обработанные дорогими шампунями, белье от лучших парижских модельеров, способное подчеркнуть красоту ее тела. Вот только имени ее он почему-то не мог вспомнить, не то ее звали Ольгой, не то Анастасией… Она вроде бы откликалась на оба эти имени…

Запах соломы стал слишком резким. Он назойливо лез в ноздри, прогоняя остатки сна. Окончательно убедившись в том, что заснуть ему не удастся, Сергей сел и прислушался. Ничего нового он, разумеется, не услышал: выводили свои ночные трели сверчки, печально ухала за околицей ночная птица, и все же… Если слушать не слухом, а сознанием, как он слушал голос Павла, то можно было почувствовать, как ворочается и вздыхает в ночи большое одинокое, как и он, животное — вздыхает и зовет его, словно лошадь…

Но не было в Выселках никакой лошади — это он знал точно, еще засветло обследовали все дворы. Не нашлось ни собаки, ни кошки, вся живность давно покинула брошенное село вслед за людьми.

Решив разобраться в этом странном зове, он встал, слез с сеновала, — благо не пришлось никого будить, и проскользнул на улицу. Ярко и ядовито светила луна, словно хотела подчеркнуть, что скелет бывшего села доживает свои последние дни. Они уйдут отсюда, а все село растаскают по бревнышку военные физики для своих исследований.

На улице ему стало совершенно ясно, что зов шел из того большого дома, в котором стоял танк, впрочем, он об этом уже догадался.

Внутри ничего не изменилось, разве что красное кресло в свете луны стало темней и казалось залитым кровью… Вскоре ему придется подключить это кресло к внешнему порталу, пока он еще не знает, в каком месте находится портал, но в инструкциях тех механизмов, которые они везли в багажнике своей машины в отдельном ящике, говорилось, как это надо делать, а портал найдется. В этом он нисколько не сомневался. Вскоре ему придется сажать в это кресло людей против их воли… «Хватит ныть, — оборвал он себя, — это же не электрический стул… А откуда ты знаешь? Со слов все того же Павла?»

Чтобы наверняка убедиться в том, что именно ждет человека в этом кресле, надо самому в него сесть, но обратно уже не вернешься…

Внутри машины зов стал сильнее, Сергей уселся в водительское кресло и почувствовал под руками живое тепло.

— Что, и тебе не спится? Ну, и чего ты от меня хочешь?

Он пробормотал это себе самому, но неожиданно получил ясный и четкий ответ: «Возьми шлем!»

— Шлем? Какой шлем? Здесь нет никакого шлема!

— Есть. В ящике под твоим креслом.

И действительно, под креслом оказался ящик, не замеченный ими раньше. Когда он его открыл, рука нащупала скользкую поверхность шлема. Он вытащил его наружу и попытался рассмотреть, но в полумраке кабины, освещаемой лишь огоньками пульта, это ему плохо удавалось. За шлемом из-под сиденья тянулся длинный и толстый кабель, уходивший в глубины машины.

— Надень шлем.

— Зачем?

— Трудно объяснять. Надень — узнаешь.

Почему бы и нет? До сих пор техника иновремян не проявляла к нему враждебности, хотя порой ему и казалось, что в ней скрывается что-то враждебное людям, не к нему конкретно, а ко всем людям вообще. Особенно это чувствовалось на яхте. Но Сергей точно знал, что не откажется от возможности получить новую информацию, да и не зря нашел его этот ночной зов, что-то случилось, раз его зовет этот монстр… Что-то важное… А телефон почему-то молчит… Он уже второй раз за эту ночь попробовал вызвать Павла и не получил ответа.

Разозлившись на собственную нерешительность, он рывком натянул шлем на голову по самые брови.

Вначале ощутил только тепло. Все предметы внутри машины были теплее наружного воздуха — так что в этом не было ничего удивительного. Потом послышалось тихое жужжание, словно в шлеме находилась оса. Через какое-то время он заметил, что границы его зрения расширяются и он может четко видеть предметы, находившиеся за пределами кабины. Он видел их серыми, лишенными красок, словно смотрел в прибор ночного видения, только это был очень хороший прибор, способный рассмотреть мельчайшие детали и обладавший странным свойством — видеть сквозь стены. Стоило Сергею начать всматриваться во что-то, как предмет начинал приближаться, увеличиваться в размерах.

Следуя безотчетному, почти инстинктивному желанию подглядывать за своими ближними, он заглянул в дом, где спали Алексей и Наташа, и увидел их вместе в одной постели, как, впрочем, и ожидал. После чего, злясь на себя, резко перевел взгляд прочь от этой избы.

Видимо, желая показать ему что-то важное, пятно зрения вышло из-под его контроля и унеслось за околицу, за границы силового поля.

Перед его внутренним взором возникли темные силуэты орудий. Какая-то странная возня шла в ночи вокруг этих затаившихся стальных чудовищ… На тележках подвозили снаряды. Но это были не обычные снаряды… На каждом из них, на каждом ящике, алел знак радиоактивной опасности.

— Они получили разрешение. Завтра, с рассветом, если вы останетесь здесь, если зона не будет открыта, они начнут стрельбу. Мое защитное поле бессильно против таких снарядов. Вы все погибнете.

— Что же нам делать?! Мы не можем отсюда выйти!

— Ты должен научиться управлять.

— Управлять чем? — Но ответа не было. Все силы этой живой машины переключились на что-то другое. Сергей почувствовал сильное тепло, и видение орудий исчезло, перед глазами плыли цветные пятна, и звук голоса у него в мозгу превратился в глухие ритмичные удары. Инстинктивно он понимал, что должен уловить их ритм, понять его, подстроиться под него, — вот только сделать это было совсем непросто, потому что в глубине этого ритма находился чужой разум, слишком чужой и непонятный для его человеческого сознания.

В какой-то момент он почувствовал себя очень большим. Его руки могли бы дотянуться до стоящих в лесу орудий, смять их, раздавить, втоптать в землю… Но он сдержал этот первый порыв. Он должен был сделать нечто гораздо более важное и прежде всего понять, что именно с ним происходит.

Он сжал свои огромные, прозрачные руки, сократил их и вновь втянул в корпус машины. Затем он втянул внутрь туловища ноги-гусеницы, все лишнее, все, что выступало наружу. Сложнее всего было справиться с длинной пушкой, но в конце концов ему удалось и это.

Когда небо еще только слегка посветлело на востоке, он, шатаясь, вышел из избы и без сил прислонился к плетню. Наверно, Алексей почувствовал что-то неладное, потому что Сергей увидел две фигурки, бежавшие к нему. Он попытался шагнуть им навстречу и едва не упал. Сил не было, ватные ноги больше не повиновались ему. И словно сквозь слой все той же ваты, заложившей его уши, он услышал голос своего друга.

— Что с тобой, Сергей? Что случилось? Что ты здесь делаешь?

— Надо торопиться, осталось не больше часа времени, мы должны успеть. — Сергею казалось, что он прокричал эти слова, но раздался лишь едва слышный шепот. И тогда Наташа решительно отстранила совершенно растерявшегося Алексея.

— Что мы должны успеть? Не торопись. Говори медленней. Я тебя пойму.

— Через час начнется артобстрел радиоактивными снарядами. Мы должны уйти.

30
{"b":"11300","o":1}