ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

ГЛАВА 42

Щупальца замерли на расстоянии нескольких сантиметров от тела Ружаны, и она знала, что, если они лишь слегка коснутся ее, ослепляющая боль мгновенно лишит ее всякой способности к сопротивлению. Поэтому, используя свой последний шанс, она продолжала говорить, стараясь в чем-то убедить этого чудовищного монстра, который сейчас желал лишь одного — поскорее ее сожрать:

— Подожди! Ты ведь знаешь, как не просто для людей принять подобное решение. Мы слишком дорожим своей жизнью. Мне понадобится время, чтобы убедить своих товарищей бросить жребий, от которого будет зависеть их жизнь.

— Этого времени нет. Тебе придется сделать это немедленно. Корабль уже начал разворот. Скоро он уйдет прочь от этого мира, и тогда уже ничего нельзя будет изменить. Еда нужна мне немедленно!

— Так отпусти меня! Если ты начнешь с меня, мои люди ничего не поймут и сделают все от них зависящее, чтобы отомстить! И у них это получится, можешь не сомневаться. Тогда мы уж наверняка все погибнем!

— Я заставлю людей подчиниться. Твое тело слишком хорошо пахнет.

— Смотри не подавись, тварь!

Она собрала всю свою силу, все, чему ее учили в монастыре. И, обостренная страхом смерти, эта сила помогла ей мгновенно прорваться сразу за вторые врата.

Никогда раньше ей не удавалось ничего подобного. Мир вновь потерял краски. Чудовище, схватившее ее, замерло. Теперь ей ничего не стоило, подогнув колени, выскользнуть из смертельного захвата.

Она едва удержалась от желания нанести ответный удар. Сейчас монстр был полностью в ее власти, и рой послушных энергалей ждал лишь приказа. Вряд ли ордоса удастся уничтожить. Даже энергали не способны справиться с облаком живой плазмы. Но нанести ордосу серьезные повреждения, заставить его трепетать от боли и ужаса, как секунду назад трепетала она сама, это она могла. И Ружана заставила себя остановиться лишь в самый последний момент.

Она знала, сила ее удара отдастся по всему кораблю, который и так едва двигается. Если она сейчас ударит, о нормальной посадке можно забыть. Но преподать урок этой кровожадной твари было необходимо. Ее взгляд пробежал по стенам бассейна, по тому месту, откуда вывернулись наружу щупальца, которые только что пытались ее убить. Они все еще были там, хотя теперь старались выглядеть как можно незаметнее. Неожиданно потеряв свою жертву, они спешили убраться в толщу стены, но времени на это у них не хватило. По ним она и нанесла свой удар, переданный через энергалей.

Эти существа мира снов ощутили всю ее ненависть, всю ее боль за погибших товарищей, за одиночество, за месяцы, проведенные внутри этой вонючей железной тюрьмы вдали от дома и своего любимого. И, ощутив все это, они точно выполнили порученное им дело.

Корабль содрогнулся от воя. Боль пронзила его живое тело, передаваясь энергетическому мозгу, управлявшему кораблем через тысячи волокон, которые не были нервами в человеческом понимании, но умели передавать любые ощущения, включая боль, и многократно усиливали их.

— Хватит! — простонал ордос. — Я сделаю все, что ты хочешь! Но я не могу посадить корабль без пищи!

— Ты ее получишь!

Ружана, все еще находясь внутри вирт-сна, покинула нижний уровень, легко проскальзывая через переборки, и, лишь оказавшись внутри рубки, приказала себе проснуться.

Вокруг плотным кольцом стояли шестеро ее бойцов, давно уже ставших ее друзьями. Все они, такие разные, были сейчас здесь, и она читала на их лицах восторг, смешанный с ужасом, и понимала, что сейчас здесь рождается легенда, которую потом, если им все-таки суждено будет вернуться, станут передавать из уст в уста, рассказывать детям долгими зимними вечерами…

— Ты вернулась, госпожа! Ты победила ордоса… — прошептала Юджина.

— Еще нет.

— Но ты вернулась живой из его логова! Никому и никогда не удавалось подобное.

— Я не могу его уничтожить. Но теперь я могу заставить его посадить корабль на небесное тело, рядом с которым мы сейчас находимся. Для этого ему нужна пища.

Мгновенно установившаяся тишина лучше всяких слов сказала ей о том, как были поняты ее слова.

— Ну уж нет, эта тварь больше никогда не получит человеческой крови! — воскликнула Ружана. — Но придется отдать ей весь наш запас продуктов. Годится любая органика. Даже крысы, которых вам удастся поймать. Нужно триста пятьдесят килограммов органики, — продуктов у нас чуть больше. Возможно, если вы хорошо займетесь охотой, мы сумеем оставить себе по одному пакету концентратов на каждого. Но все равно после этого нам придется голодать. Будем надеяться, что не слишком долго. Если ближайшая к нам планета окажется не приспособленной для жизни, если мы там не найдем пригодных в пищу растений и животных, мы все погибнем.

Я не хочу от вас ничего скрывать. Шанс на то, что мы вытащим счастливый билет, слишком ничтожен. И если нам не повезет, мы поможем друг другу достойно уйти из жизни. Но тогда по крайней мере наши тела не останутся внутри этого летающего гроба, где чудовищный монстр попытается ими воспользоваться даже после нашей смерти.

А теперь, друзья, соберите все продукты и сбросьте их в люк. В тот самый, куда спускали рабов.

— А если он нас обманет?

— Он не посмеет. У него тоже нет выбора. А сейчас оставьте меня. Мне надо побыть одной.

— Разве вы не видите, как сильно она устала?! — воскликнула Юджина, оттесняя всех к выходу и пресекая все дальнейшие расспросы.

Когда все ушли, княжна без сил, не раздеваясь, рухнула на свою койку. Жребий брошен. Без продуктов они смогут прожить максимум две недели. Она жалела о том, что не смогла пробиться наружу, сквозь оболочку корабля, и узнать, что представляет собой планета, которая станет их новым домом или скорее всего их могилой.

Вскоре Ружана провалилась в обычный сон, и, как ей показалось, сразу же проснулась, хотя в действительности прошло четыре часа. Отдернув ширму, отгораживавшую ее ложе от остального помещения рубки, она увидела за пультом оператора. Они сидели там постоянно, сменяя друг друга, даже поспать ей никогда не удавалось в полном уединении.

— Что произошло, пока я спала?

— Мы сбросили в люк все продукты.

— И что?

— Пока ничего. Но, кажется, он изменил скорость разворота. Посмотрите сами.

Ружана посмотрела. Планета, видная как большой светлый диск, определенно замедлила свое движение к краю экрана.

— Сообщи мне, если что-нибудь изменится.

Еще с минуту она смотрела на светящийся диск планеты и думала о том, что он скрывает под своим непроницаемым ликом. «Если бы мне удалось в своем сне проникнуть за пределы корабля, я могла бы изменить ее… Хотя нет, такие масштабы воздействия недоступны самому сильному адепту, и мне, как и всем прочим, остается лишь надеяться на чудо… Но ведь должно же нам хотя бы раз в жизни повезти! Так не хочется умирать… Я даже не смогу последний раз увидеть Сергея… Интересно, верил ли он в судьбу? Мы никогда с ним об этом не говорили. Мы вообще мало о чем говорили, больше махали мечами, сражались с ордосами и, кажется, проиграли — во всяком случае, я… Вспоминает ли он обо мне? И сможем ли мы когда-нибудь поговорить об этом?»

Она резко повернулась, чтобы дежурный не заметил ее слез, и решительно вышла из рубки.

Корабль падал или, быть может, снижался. В верхних слоях атмосферы он стал похож на гигантский болид, весь окутанный пламенем. Уже то, что у этой планеты имелась атмосфера и нормальная гравитация, было чудом. Но еще большим чудом стала нормальная посадка. Корабль всего на пару метров зарылся в болото, и вязкая поверхность трясины смягчила удар, а испарившись, унесла с собой лишний жар, с которым уже не могли справиться внутренние системы охлаждения корабля.

Болото планеты Инвар высохло до самого основания. Пламя на его окраинах погасло, наткнувшись на низкие, пропитанные влагой заросли лишайников. Стало тихо. Только потрескивание остывающего металла и хлопки вырывавшихся наружу разогретых подземных газов нарушали эту тишину.

77
{"b":"11303","o":1}