ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— В этом я постараюсь вам помочь. Во всяком случае, в том, что касается моих людей. — Она горько усмехнулась и тут же поправилась: — Я имею в виду людей Тонино. У меня есть на них кое-какое влияние. Их всю жизнь приучали кому-то подчиняться. Сейчас, кроме меня, у них никого не осталось.

Она решительно поднялась и протянула ему руку, прощаясь, словно они вели светскую беседу на каком-то дипломатическом приеме.

Теперь пришло время Неверову горько усмехнуться, пожимая эту прохладную, узкую ладонь.

Он задержал ее в своей чуть дольше, чем следовало, и в наказание увидел, как бирюза ее глаз способна мгновенно превратиться в лед.

— Не делайте этого!

— Не делать чего? — Он и в самом деле не понимал, что она имела в виду, поскольку такой пустяк, как слегка затянувшееся рукопожатие, не мог вызвать столь бурной реакции.

— Того, что вы начали, когда увидели меня впервые. Терпеть не могу дорожного флирта.

— Наша дорога кончилась, Элайн. Очень скоро каждому из нас придется выбирать для себя новую.

Он испытал необъяснимое горькое удовольствие от звука ее имени и, не сказав больше ничего, направился к выходу.

ГЛАВА 9

К вечеру следующего дня их маленькая армия, считая и тех, кого сумел завербовать боцман среди членов команды лайнера, увеличилась на двадцать человек.

Все люди Тонино присоединились к отряду Неверова.

Теперь, когда у него появилась реальная сила, нужно было тщательно спланировать операцию по захвату корабля. Неверов хотел провести ее с минимальными потерями — он знал, что собой представляет высадка на незнакомую планету с последующей колонизацией. Каждая пара рабочих рук вскоре будет цениться на вес золота.

Успех подобного предприятия полностью зависел от количества людей, участвующих в освоении планеты. Да и не мог он себе позволить руководить операцией, связанной с большими человеческими жертвами, — такие вещи забываются не скоро, а в условиях, когда все официальные законы и правила перестают действовать, авторитет руководителя среди жителей колонии становится решающим фактором.

Чтобы не привлекать к своим людям излишнего внимания, Неверов запретил любые передвижения по кораблю без самой крайней необходимости. На небольшом военном совете присутствовало всего четверо: он сам, боцман, штурман и начальник охраны Тонино, лейтенант Карлос Фарино.

Совет собрался в каюте Неверова, хотя здесь отсутствовали многие удобства и было довольно тесновато, зато не было жучков. Апартаменты Тонино почти наверняка прослушивались, а свою каюту Неверов тщательно проверил. Боцман принес с собой взятый из багажного отделения небольшой ридикюль, составлявший весь багаж Неверова. Несмотря на несолидный вид, этот чемоданчик содержал внутри, кроме мощного станнера с двойной батареей питания, множество необходимых предметов. В том числе и аппаратуру, способную защитить от прослушивания не слишком большое помещение.

— Нам понадобится подробный план корабля, — сказал Неверов, когда все наконец разместились, кто как сумел, в тесном пространстве его каюты.

— Насчет подробного не уверен, но в общих чертах могу нарисовать, пробасил боцман. — Вообще-то, если служишь на какой-нибудь посудине достаточно долго, постепенно запоминаешь все ее уголки.

Боцман скромничал. Через полчаса у Неверова был детальный чертеж всех трех горизонтов «Севастополя» с отмеченными синим цветом зонами, находившимися под контролем людей старпома.

— Сейчас наше главное преимущество — внезапность. Старпом контролирует штурманскую рубку, и это крайне опасно, потому что там главный управляющий центр всех корабельных механизмов. Оттуда они могут перекрыть снабжение любых отсеков и лишить нас воды, пищи, даже кислорода.

— Это можно предотвратить, обесточив энерговоды, отходящие от машинного отделения. Если мы лишим их энергии — они ничего не смогут сделать.

— К сожалению, и мы тоже. Энергия понадобится нам для того, чтобы пробиться на верхние палубы, к рубке. Поэтому давайте не будем торопиться. Нам нужно выбрать подходящий момент и действовать только наверняка — с минимальными потерями. Чем дольше старпом будет оставаться в неведении относительно наших планов, тем лучше. Время сейчас работает на нас. С каждым днем наш отряд становится сильнее. У нас появляются новые люди, да и запас оружия постепенно увеличивается.

— Как вам удалось пронести через таможенный контроль такой арсенал? — спросил Неверов, с нескрываемым изумлением разглядывая худощавого и такого неестественно юного с виду Фарино. — Да и зачем вам оно было нужно в этом курортном рейсе?

— Ну, таможня давно уже куплена Тонино, и моих людей не проверяет, а что касается вашего второго вопроса, никогда не знаешь, чем закончится рейс…

Лейтенант всем своим видом показывал, что он не слишком доволен выжидательной тактикой Неверова и рвется к решительным действиям.

— Почему мы должны ждать, когда численный перевес на нашей стороне? К тому же у нас намного больше оружия. Мы могли бы покончить с ними одним решительным штурмом. Промедление становится опасным. А что, если Асохин что-нибудь заподозрит и начнет действовать первым? Я давно присматриваюсь к помощнику капитана и знаю: от него можно ждать любых неожиданностей.

— «Как и от тебя», — подумал Неверов. Его все больше беспокоил этот горячий, плохо предсказуемый мальчишка, и он терпеливо, в который уж раз постарался объяснить ему сложившуюся ситуацию. Казалось, один только штурман одобряет его решение не спешить с акцией по захвату управляющих центров корабля.

— Представьте, что произойдет, если сейчас начнется перестрелка. Большинство пассажиров не знают, что случилось с «Севастополем», они не знают, кто мы и что собой представляют люди старпома. Может начаться неуправляемая кровавая свалка. Погибнут слишком много ни в чем не повинных людей. Мы, возможно, захватим корабль, но какой ценой?

— Не слишком ли много внимания уделяете вы этому человеческому мусору? Они все равно погибнут, месяцем раньше — месяцем позже…

Лейтенант с его категорическими, а порой и чрезмерно жестокими суждениями нравился Неверову все меньше. Но Степан отчаянно нуждался в его оружии и в его людях, сейчас не время ссориться. Может, позже им и придется разбираться в собственных разногласиях — но не сейчас. Неверов снова попытался объяснить Карлосу ситуацию, стараясь перейти на понятный тому язык.

— Может, вы и правы насчет мусора. Все будет зависеть от того, окажется ли пригодной для жизни обнаруженная штурманом планета. Если нам придется создавать здесь колонию — без человеческого «мусора» мы не сможем выжить.

— Не я нашел эту планету — нас сюда привели, словно за руку, — не выдержал Ленц.

Видимо, штурман никак не мог смириться с собственным профессиональным поражением, с тем, что корабль впервые в его жизни не попал в рассчитанную им точку пространства.

— Если планета окажется пригодной для колонизации, каждый лишний человек станет цениться на вес золота, а время жизни для всех нас будет измеряться уже не месяцами…

Не обращая внимания на штурмана, Неверов всю силу своего убеждения направлял сейчас на одного-единственного человека и чувствовал, что сумел что-то переломить в Карлосе, по крайней мере заставил того задуматься.

— И как долго вы собираетесь ждать?

— Пусть они сделают первый шаг. Пусть сами объяснят пассажирам, что случилось с кораблем, это сразу же пополнит ряды наших сторонников. Среди шестисот человек найдутся весьма полезные для нас люди.

В конце концов совет единогласно одобрил его решение не форсировать события. Когда все разошлись, Неверов, сорвав с себя одежду, прошел в душевую кабинку и включил очистители на полную мощность. Воды для мытья на звездолетах не было, но разогретый до нужной температуры пар, насыщенный ионами и специальными маслами, хорошо очищавшими кожу, создавал удивительное ощущение свежести морского бриза.

От этого приятного занятия его оторвал гудок вызова корабельного вифона. Когда он подошел к аппарату, на пульте горел красный огонек. Это означало срочный, специальный вызов — экстренное сообщение или разговор с кем-нибудь из высшей администрации корабля.

15
{"b":"11313","o":1}