ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Подожди еще пять минут и стартуй без подтверждения.

— Мы не можем ждать пять минут. Нужно или стартовать немедленно, или выключать планетарные двигатели, а затем запускать их снова по полной программе. Вызвать диспетчерскую?

— Нет. Приказ о полном радиомолчании остается в силе. Они должны были получить оповещение о нашем старте по каналам Управления. Начинай подъем.

— У меня нет коридора… По какому радианту я должен выходить в зону спутников?

— Наш корабль оснащен антирадарами. Бери по пеленгу любой свободный коридор и стартуй, пока еще можно! Посмотри, что творится на космодроме!

Боковые обзорные экраны осветились яркими вспышками новых взрывов. Когда пришла взрывная волна, корабль закачался на своих гидравлических опорах, но вновь, к удивлению Логинова, выстоял. Медлительность Бекетова начинала действовать ему на нервы.

— Пока это пиротехника, — тихо проговорил Абасов, — но если взрывы серьезно заденут хотя бы один «Консул», отсюда никто уже не взлетит.

— Сколько там?

— Не меньше сорока килотонн в каждом. В нашем секторе космодрома четыре корабля класса «Т-6» оснащены этими двигателями.

Чтобы принять окончательное решение, Логинову понадобилось несколько секунд. Убедившись, что антиперегрузочные устройства каждого кресла работают нормально, он проговорил отрывистым командирским тоном, тем самым, которым так не любил разговаривать со своими подчиненными без крайней необходимости:

— Десятисекундный отсчет. Старт по нулю на планетарных.

— Мы не имеем права использовать планетарные в атмосфере! — выкрикнул Бекетов. В его голосе слышалось отчаяние.

— Это приказ!

Хотя формально никто не имел права приказывать пилоту во время старта, Логинов знал, что Бекетов подчинится. Неприятный разговор предстоял позже, однако сейчас уже было не до сантиментов.

Ровно через десять секунд навалилась волна перегрузок. Двигатели взвыли. Огненные столбы ударили в бетонное покрытие космодрома, безжалостно сминая и оплавляя камень.

Почти сразу же все корабельные динамики, взревев от возмущения, заорали на них голосами моментально объявившихся диспетчеров:

— В восьмом секторе! Стартовый номер шестнадцать! Немедленно выключите планетарные! Заглушите реакторы! Запрет на старт! Ваш корабль арестован!

— Позволь мне хотя бы ответить! — взмолился несчастный Бекетов. — За подобные нарушения меня навсегда лишат полетной карты…

— Забудь о рации и продолжай подъем! Карта тебе больше не понадобится…

Последнюю фразу Артем проговорил так тихо, что Бекетов его не услышал.

— А если они начнут стрелять? — задумчиво спросил Маквис. Он один сохранял полное спокойствие. На желтоватой коже его лица нельзя было заметить даже капельки пота. Абасов усмехнулся, с трудом преодолевая перегрузки, повернул к нему голову и ответил:

— Не думаю, чтобы у них было на это время. Им уже не до нас.

Кольцо взрывов внизу расширилось. Здания космодрома пылали. Вспышки огня, зарево пожаров, шлейфы дыма — все это постепенно удалялось от них, уходило вниз, становилось чужим и нереальным.

— Кто-то еще стартует за нами! — нервно выкрикнул Бекетов. Нарушение всех правил устоявшейся годами процедуры старта совершенно выбило его из колеи.

— Дурные примеры заразительны… Но если это патрульный катер, нам от него не уйти, — спокойно констатировал Абасов.

Одна лишь Пайзе за весь старт не проронила ни слова. Украдкой глянув в ее сторону, Логинов заметил, как побелели ее пальцы, вцепившиеся в подлокотники кресла, и это был единственный признак волнения. Молодая женщина держала под контролем все свои эмоции, подавая пример мужчинам.

— Полная мощность на оси планетарных! — стараясь контролировать тон своего голоса, отдал Логинов очередную команду. Ему вовсе не хотелось подменять в эти решительные минуты пилота корабля, но иного выхода не было, они все еще не вошли в режим, и со стороны диспетчерских служб можно было ожидать серьезного противодействия. — Начать продувку водородных реакторов!

Красный столбик неонового индикатора скорости на широком панно, полукругом охватившем все пространство рубки, лениво переполз в следующий сектор шкалы.

Внизу под кораблем вспыхнул факел длинного синего пламени. Рев двигателей постепенно переходил в пронзительный вой, от которого на секунду заложило уши. Волна вибраций тряхнула корабль, индикаторы скорости переползли еще один сектор. Горизонт под ними начинал закругляться, появились очертания морей и материков.

Корабль шел уже в верхних слоях стратосферы. Опасность обстрела миновала, и Логинов несколько расслабился. Пару минут назад он воспринимал эту угрозу вполне реально. Слишком просто их могли принять за пособников тех, кто устроил внизу огненную свистопляску. Даже с такой высоты темные пятна городов, покрытые черными шапками дыма от пожарищ, выглядели зловеще.

Бекетов взял себя наконец в руки и выполнял теперь сложные маневры расхождения со спутниками и телекоммуникационными станциями безукоризненно. Отпала надобность в контроле за его действиями, и все свое внимание Логинов переключил на светлое пятнышко преследовавшего их корабля.

В том, что это преследователь, сомневаться не приходилось. Он повторил все маневры «Глэдис» и вышел в тот же квадрант набора высоты.

Они шли пока в обычном режиме разгона, но если придется использовать «резоны», догнать их на форсаже сможет, пожалуй, лишь патрульный иглокатер.

— При таком ускорении они достанут нас примерно через шесть часов. Может быть, пора увеличивать скорость? — В голосе Бекетова все еще слышалось волнение, и Логинову это совсем не нравилось.

— Мы и так привлекли к себе излишнее внимание, стартовав с нарушением всех правил. Не стоит оповещать всю федерацию о том, что на частной прогулочной яхте установлены инфрарезонаторы.

— Как вы думаете, — обратился он к Абасову, — почему они нас преследуют? Должна быть очень серьезная причина, чтобы в подобной обстановке отправить за нами в погоню патрульный корабль.

— Возможно, она у них есть. — Абасов казался сторонним наблюдателем, можно было подумать, что все происходящее не имело к нему ни малейшего отношения.

— Что вы имеете в виду?

— Мы стартовали настолько оригинально, что они, скорее всего, приняли нас за виновников катастрофы.

— Тогда они будут очень стараться нас догнать и, возможно, начнут стрельбу, едва достигнув зоны контакта. Странно, что они не сделали этого на космодроме.

— Первые взрывы разрушили диспетчерскую. Они просто не могли открыть огонь из наземных орудий, — холодно констатировал Маквис. Казалось, он один солидарен с Бекетовым в отрицательной оценке их сумасшедшего старта.

Зона защитных спутников осталась далеко позади. Их преследователи, очевидно, развили максимальную скорость, на которую были способны. В ближайшие четыре часа вряд ли что-нибудь изменится. «Глэдис» шла с ускорением в полтора «же». При такой тяжести они могли покинуть антиперегрузочные кресла.

Логинов предложил команде разойтись по каютам и отдохнуть. Последние часы перед стартом вспоминались как непрерывный кошмар. Все были до предела вымотаны.

У каждого из них было свое, хоть и маленькое, но отдельное, помещение, и вскоре Логинов с наслаждением вытянулся на узкой койке.

Но чудовищное напряжение последних дней не давало ему уснуть. Перед глазами вставали картины уничтоженного города. Раздавленная детская коляска, втоптанная в грязь обезумевшей в переходе толпой. Рука, торчащая из-под развалин…

Мучительно захотелось пить. С минуту Артем боролся со спазмами в желудке, потом жадно глотнул холодной минеральной воды с какими-то успокоительными добавками, услужливо намешанными корабельным компьютером.

Стук в дверь вырвал Логинова из глубокого сна, в который он провалился совершенно неожиданно. Несколько секунд он не мог сообразить, где находится. Он заснул, сидя на койке, привалившись спиной к стене каюты. От неудобной позы и чрезмерной тяжести ломило шею. Сколько же времени прошло?

16
{"b":"11315","o":1}