ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Мартисон внутренне весь подобрался, готовясь к своему последнему, самому опасному броску через двор. Он ожидал лишь появления дыма за этой стеклянной дверью.

Неожиданно до него донесся стон, а затем мучительный глухой кашель. Он попытался убедить себя в том, что это не его дело, что это враг, что у него нет на это времени, наконец! — все оказалось напрасно. Где-то здесь, в двух шагах от него, страдало человеческое существо, и он был виновником этих страданий…

В конце концов он бросился к двери, из-за которой доносились стоны.

Расшвыривая искореженные куски пластиковых стен и не скупясь на глухие проклятия, Мартисон увяз в целой груде обломков. Лишь после нескольких минут изнурительной работы ему удалось разобрать завал и очистить заклинившую дверь.

К этому времени со двора донеслись крики, и, оглянувшись, он увидел густые клубы дыма за наружной дверью.

Самые благоприятные первые минуты были Упущены. Охрана очень скоро оправится от нового нападения, вызовет пожарных, отойдет в дальний конец двора, рассредоточится и выставит дополнительные посты… Но отступать от своего намерения Мартисон не собирался.

Дверь, наконец, распахнулась. На койке, с замотанной бинтами головой, оставившими свободными лишь глаза и нижнюю часть лица, лежал человек. Собственно, достаточно было одних глаз.

Грумед солгал. Старый товарищ Мартисона, Эстебан Флоранс, обладатель одного из ключей для запуска, находился перед профессором и пока еще был жив…

ГЛАВА 18

Тяжелый шестиместный кар, разбив алюминиевые литые створки ворот, понесся вдоль улицы, петляя из стороны в сторону. Левое переднее колесо оказалось пробитым, но фторопластовая шина пока еще справлялась с повышенной нагрузкой, однако машину все время заносило, и Мартисону с трудом удавалось удержать ее на дороге.

На его счастье, двигатель у этой модели был расположен сзади, иначе он разбил бы его, проламывая ворота.

Самые большие неприятности грозили от двух модициклов с гравитационными подушками. Они уже зависли над дорогой, и, хотя не успели пока набрать нужную скорость, Мартисон нисколько не сомневался, что через несколько минут они окажутся у него над головой и в считаные мгновения прожгут потолок кабины своими лазерами.

Мартисон бросил беглый взгляд на Флоранса. Тот все еще был без сознания, и его тело безвольно переваливалось на сиденье, удерживаемое лишь страховочными ремнями.

Случилось то, чего он больше всего опасался с самого начала этой заварушки: Лила куда-то исчезла и не отвечала на его настойчивые вызовы. В самый ответственный момент он остался один на один со своими могущественными противниками. Кроме модициклов, его преследовали по крайней мере четыре полицейских кара. Он не знал, действительно ли они принадлежат полиции, и у него не было ни малейшего желания это выяснять.

Почти пустая магистраль, идущая от УВИВБа к городу, вызывала недоумение. Грохот взрывов и стрельба должны были привлечь внимание оборонных служб города. Однако до сих пор не появилось ни одного патруля. Если удастся запустить верхний двигатель, под машиной образуется воздушная подушка, и тогда пробитое колесо не будет влиять на скорость передвижения; но пока что на это не оставалось времени.

Иногда на обочинах дороги, в тех местах, куда ударяли желтоватые при дневном свете разряды бластеров, вспухали пыльные кратеры. Один заряд задел крышу, и в ней образовалась порядочная дыра с оплавленными краями. Пока огонь вели одни кары. При такой скорости прицелиться в несущуюся машину они не могли. Однако интенсивность стрельбы свидетельствовала о серьезности намерений противников.

Мартисону нечего было терять, о его бегстве из УВИВБа знали, очевидно, уже все, кроме городской администрации. Он включил передатчик кара. Преследователи наверняка слышали все его переговоры. Но, возможно, это даже несколько поубавит их пыл. Убийство члена совета обороны среди бела дня, да еще после переданной в эфир просьбы о помощи — не такое уж безобидное дело… Впрочем, и упустить Мартисона они не могли себе позволить. Он узнал слишком много…

С того самого момента, как он оказался в кабине кара и нажал педаль газа, Лила замолчала. Может быть, она осталась снаружи? Но он неоднократно убеждался в том, что никакое расстояние не мешает ей свободно передавать информацию. Скорее всего, что-то у нее случилось… Это Мартисона очень беспокоило.

Наконец на его вызов ответил дежурный на коммутаторе совета. Хоть здесь ему повезло. Благодаря личному коду удалось, минуя многочисленных секретарей, выйти на зампредседателя сектором обороны Каримова. Этому человеку непосредственно подчинялись недавно созданные специальные отряды быстрого реагирования. Он отличался решительностью и самостоятельностью суждений, за что в совете многие его недолюбливали. Но, возможно, именно эти его качества, импонировавшие Мартисону, позволили создать внутри совета нечто вроде коалиции, выступавшей за упреждающие силовые методы. Пока реального противника не было, эта их декларация выглядела несколько странно, но никто не сомневался, что противник вот-вот объявится, и к этому моменту Таира должна быть готова сразу же вступить в активное противодействие. Больше всех возражал, разумеется, УВИВБ, требовавший подчинить ему вновь создаваемые военные формирования.

Каримову удалось отстоять собственную точку зрения, и теперь совет обороны располагал не зависимыми от УВИВБа и полиции силами. Сейчас они им очень пригодятся!

— Камиль Акдамович! Я нахожусь на трассе «А-12». Меня преследуют примерно четыре полицейских кара и два модицикла. Необходима ваша срочная помощь.

— Кто и почему вас преследует?

— Как мне кажется, это УВИВБ, но, возможно, и полиция тоже. Я располагаю материалами, доказывающими причастность Таирского отделения УВИВБа к захвату.

— Я подозревал что-то подобное. Но не было доказательств.

— Доказательства есть у меня.

В это время машина содрогнулась от очередного залпа. Только непредсказуемость езды Мартисона, довольно неуклюже управляющего каром, мешала его преследователям как следует пристреляться.

— По вам что, ведут огонь?!

— Вот именно. И если вы не поспешите, материалы, о которых я говорил, недолго останутся в нашем распоряжении. Мне удалось установить, что захватчики используют очень сложных биологических роботов. Но это особый разговор. Важно другое. Я уверен, что меня преследуют и пытаются уничтожить наши дорогие гости. Те самые, что ведут захват.

— В какой машине вы находитесь?

— Черный шестиместный кар модели «бета».

— Я сделаю…

Связь прервалась лавиной помех. Увивбовские передатчики наконец-то нащупали частоту, на которой он вел переговоры, но, похоже, несколько опоздали.

Своим вмешательством они только подтвердили слова Мартисона о серьезности создавшегося положения.

Не прошло и минуты, как со стороны города появились четыре черные точки, висящие над дорогой. Вскоре они превратились в звено стратосферных истребителей класса «форсун».

Каримов действовал в своей обычной манере. Он использовал все, что оказалось под рукой. Заходившие на посадку после патрулирования истребители, выполняя его личный приказ, вновь убрали шасси и через несколько секунд появились над шоссе «А-12». При их скорости они смогли сделать лишь один отсекающий ракетный залп, однако после него на шоссе позади кара Мартисона мгновенно образовался широкий ров.

Взрывная волна от этого залпа едва не перевернула кар самого профессора, но больше всего досталось низко летящим модициклам, на полной скорости врезавшимся в ставшую на их пути стену огня.

В цокольном этаже здания совета пришлось наскоро оборудовать госпиталь. Его первым пациентом стал Флоранс, но Мартисон не сомневался, что это только начало. Огненная спираль схватки, развернувшаяся у здания УВИВБа, постепенно охватывала весь город. Впервые захватчики просчитались, впервые в этой затянувшейся космической войне им был нанесен упреждающий удар, к которому они не успели подготовиться.

28
{"b":"11315","o":1}