ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Аввакум (подходит к окну, опускает занавески, затем поворачивает выключатель. Зажигается люстра). Итак, во второй половине дня «опель» выезжает из Софии. Когда это происходит? В день убийства инженера Дянкова. Около семи часов «опель» уже около костенецкой спичечной фабрики — стало быть, двигался на большой скорости. Следы показывают, что водитель торопился, что ему была дорога каждая секунда. Ворвался в дом и — прямиком сюда. Из этого следует заключить, что его целью было как можно скорее добраться до этой комнаты. Вывод: эта комната должна играть главную роль в нашем осмотре.

Петров (озирается). Но какую роль может играть такая комната? (Улыбается.) С ружьями и оленьими рогами на стенах…

Аввакум. Может быть, спешащий водитель, который выжимает из своего «опеля» сто километров в час, хотел несколько секунд отдохнуть, помечтать, успокоить свои нервы в обстановке, напоминающей романы Вальтера Скотта? (Смеётся.) Вряд ли!

Петров. Да, вряд ли…

Аввакум. Кстати, ты любишь романы Вальтера Скотта?

Петров. Ещё бы! Я даже «Айвенго» прочитал.

Аввакум (хлопает в ладоши). Отлично! Знаешь, что в этой обстановке заставляет меня вспомнить о Вальтере Скотте? Камни, охотничья романтика и эти вот старинные часы с золочёными гирями. (Пауза. Вдруг.) Капитан Петров, который час показывают стрелки этих остановившихся часов?

Петров. Половину двенадцатого, товарищ Захов.

Аввакум. (подходит к часам, передвигает гири вверх и вниз. Стрелки движутся по циферблату). Часы не работают, пружина лопнула, но стрелки, как видишь, можно переводить и ставить на любой цифре. Я запомнил 11 и 6. Что могут означать эти цифры?

Петров. Случайность.

Аввакум. Случайность означает или очень многое или ничего. (Пауза.) Сядь-ка, Петров. Сядь в это старинное кресло, закрой глаза и постарайся себе представить доброе старое романтическое время Вальтера Скотта. Чтобы создать настроение, я сыграю тебе на клавесине старинный менуэт. (Садится за клавесин и смотрит в партитуру.) Моцарт! Волшебник, которого я люблю только в определённое время года. Когда цветут вишни… И ещё — когда зарядят первые осенние дожди. (Разворачивает партитуру.) Что за странная партитура!.. Печатные листы вперемешку с рукописными. (Встаёт.) Тебе холодно, Петров? (Потирает руки.) Холодно? А мне становится тепло. (Снова садится.) Я обещал тебе старинный менуэт. Но передо мной клавир «Маленькой ночной музыки» Моцарта. В этой «Маленькой ночной музыке» есть и менуэт. (Перелистывает партитуру. Начинает играть. Внезапно останавливается, вскакивает, глядит на часы. Пауза.) Стрелки старинных часов стоят на цифрах 11 и 6.

Петров. А что в этом особенного? Случайность. Кто-то дёргал за цепочки, и стрелки остановились на 11 и 6.

Аввакум (начинает быстро ходить по комнате). Если вещи рассматривать вне обстановки, они могут казаться бессмысленными, случайными. Но я старался внушить тебе, дорогой Петров, одно основное правило: никогда и ничего не рассматривай вне обстановки, вне явлений, среди которых ты действуешь, вне цепи событий, в которых ты хочешь разобраться. (Останавливается.) 11 часов 30 минут — это ничего не означает. Но эти же цифры на безжизненных часах, на даче, хозяин которой убит, которую часто посещали Леонид Бошнаков, Евгения Маркова и Савва Крыстанов, которую посетил и некий «X», через два часа после убийства инженера… некий «X», который мчался сюда со скоростью 100 километров в час и который первым делом бросился в эту комнату… Ты говоришь — случайность? (Снова садится за клавесин и принимается играть начало «Маленькой ночной музыки». Прекращает. Оборачивается.) Ты не хочешь заглянуть в эту партитуру?

Аввакум. Что ты заметил?

Петров. (после короткой паузы). Это музыкальное произведение написано на листе из нотной тетради. Лист пронумерован цифрой 11.

Аввакум. Отлично! (Треплет его по плечу.) Я горжусь тобою, Петров.

Петров. (делает шаг назад и удивлённо смотрит на Аввакума. Затем переводит взгляд на часы). Вы видите какую-то связь…

Аввакум. Во-первых, не говори мне «вы». Во-вторых, будь добр — сосредоточься и внимательно слушай музыку. (Снова начинает играть. Прекращает.) Что ты заметил, Петров?

Петров. Ничего особенного я не заметил. Очень хорошая музыка, нежная.

Аввакум. Нежная? (Смеётся.) Обрати, пожалуйста, внимание на восьмой нотный стан, такты второй, третий и четвёртый! (Проигрывает.)

Петров. Вы ставите меня в очень неудобное положение…

Аввакум. Опять «вы»!.. (Встаёт.) Извини. Поверь, я не хотел тебя обидеть. Но меня раздражает, что ты все ещё не стараешься усвоить элементарные правила музыкальной грамоты. А современный разведчик должен быть грамотным во всех отношениях. Знай ты музыкальную азбуку, ты сразу бы догадался, что весь восьмой нотный стан ничего общего не имеет с оригинальным текстом Моцарта, что эти такты чужды духу произведения, и хоть в них и есть какая-то гармония, она бесконечно примитивна и никак не вяжется с контекстом… Понимаешь? (Пауза.)

Петров. Вроде бы начинаю понимать, товарищ Захов.

Аввакум. Человек, который мчался со скоростью сто километров в час, первым делом спешит не в спальню, не на кухню, а в комнату с клавесином, в комнату с часами. Часовая стрелка стоит на цифре 11. На клавесине лежит партитура, открытая на одиннадцатой странице. Это совпадение я заметил сразу же, при первом же обходе комнаты. Я заметил также, что на одиннадцатой странице партитуры имеется рукописный текст «Маленькой ночной музыки» Моцарта, в которой, кстати, есть часть под названием «менуэт». И задал себе вопрос: разве это в порядке вещей, чтобы в данной обстановке — в связи с убийством инженера Дянкова, кто-нибудь мчался сюда со скоростью сто километров в час лишь ради удовольствия сыграть романтическое музыкальное произведение? Как видишь, я ничего не открыл, я лишь растолковал язык вещей, и ничего больше. Язык вещей в данной обстановке и при существующих уже условиях.

Петров. Этот нотный стан представляет собой, разумеется, шифр.

Аввакум. Не шифр, а ключ к шифру. Быть может, позывные при выходе в эфир.

Петров смотрит на него с улыбкой.

Аввакум (достаёт карандаш и блокнот). Возьми-ка, дорогой Петров. Ты отлично расшифровываешь. Нанеси буквальную схему этого музыкального ключа. (Протягивает ему партитуру.) Сядь спокойно у камина, а я для настроения сыграю тебе подлинную «Маленькую ночную музыку».

Петров (идёт к камину). Завтра же начну брать уроки музыки.

Аввакум (проигрывает первую часть, затем встаёт из-за клавесина и подходит к окну). Вот и снег пошёл… Чудесный зимний снег. Первый снег… Печальная красота, быть может, потому, что когда-то казалась радостной. Когда-то — в те годы, когда я не знал, что такое шифр, что такое код, когда я любил все и всех и мир выглядел чистым и белым, белым и чистым, как этот первый снег…

Петров (встаёт). Готово, товарищ Захов.

Аввакум. Отлично! Теперь, дорогой Петров, вам предстоит остановить свой выбор на следующей бусинке чёток. Если мы не откроем её, можете поставить мне двойку по логике и стыдиться своего учителя.

Петров. Если вы и не откроете, я всегда…

Аввакум (поднимает руку). Без сантиментов, Петров! (Указывает на часы.) Некто обозначил, что на одиннадцатой странице партитуры находится ключ к шифрограмме, которую предлагает прочесть. Но почему этот «некто» поставил минутную стрелку на цифру 6? Почему не установил обе стрелки на цифре 11? Мы уже решили с тобой, что в сложившейся обстановке не будем рассматривать явления как лишённые смысла случайности. (Указывает на часы.) Эта шестёрка — не лишённая смысла случайность, она означает… Продолжай, Петров!

Петров. …что на странице шестой…

Аввакум. Так, так, смелее…

Петров (листает партитуру). Вот!

26
{"b":"11319","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Де Бюсси
Потерянная Библия
Благодарный позвоночник. Как навсегда избавить его от боли. Домашняя кинезиология
Дочь лучшего друга
После тебя
Веер (сборник)
Записки путешественника во времени
Игра на жизнь. Любимых надо беречь