ЛитМир - Электронная Библиотека

На площадь перед вокзалом выехала автоколонна. Во главе ее следовал угловатый броневик с раскинувшими крылья орлами на дверях и пулеметной башне. За ним

следовало не меньше пяти мотоциклов с колясками. Замыкал колонну грузовой фургон с большим прицепом. Содержимое прицепа скрывалось под брезентовым тентом.

«Почему мне кажется, что весь парад из-за меня?», – подумала Инга.

– Вы верите в судьбу, мадмуазель Инга? – громко спросил патер Блэк. – Хотя бы в совпадения?

– Единственное, во что я верю, находится в этом гробу, – сказала Инга. – Умоляю вас, отец Блэк, если случится непредвиденное, помогите мне выиграть две минуты. Больше не надо.

Она была благодарна ему за то, что он просто кивнул, не спросив больше ни слова.

Мотоциклисты кольцом окружили площадь. На двух колясках Инга увидела расчехленные пулеметы.

Дверь броневика распахнулась. Из недр машины появились два в высшей степени необычных человека.

Тот, что шел впереди, был одет в долгополый черный плащ офицерского кроя. На голове у него была фуражка. О лице оставалось только гадать – оно было целиком обмотано бинтами. Плотно, не оставляя ни малейшей щели для носа и рта. Глаза закрывал необычного вида прибор, показавший Инге знакомым. Два больших круглых бинокуляра на дужке.

Да это же «гипноскоп», виденный ей в багаже австрийского шпиона!

Одежда второго человека напомнила Инге костюм водолаза. Только поверх обтягивающего темно-синего каучука змеилось множество серебристых проводков. Покрывая весь костюм, они, похоже, брали начало от массивного агрегата, который «водолаз» носил за спиной. Подведены же проводки были к широкому поясу, усеянному множеством верньеров и переключателей.

На голове «водолаз» носил отдаленное подобие армейского противогаза, сделанное

из того же материала, что и весь его костюм. Глаз не было видно за темно-желтыми линзами.

Первым заговорил «офицер» с забинтованным лицом.

– Моя дорогая фрау комиссар, – сказал он на чистом, без малейшего акцента, русском. – Не ожидал, что шанс ответить на ваше гостеприимство выпадет мне так скоро. Это настоящий подарок судьбы.

Если он рассчитывал на ее удивление, то будет разочарован.

– Ты же должен быть мертв, – сказала Инга. – Я читала рапорт.

– Ах, – бывший шпион махнул рукой в черной перчатке. – Смерть это такая мелочь по сравнению с иными неприятностями.

В его голосе прорезалась жесткая нотка.

– Например, по сравнению с утратой моей маленькой коллекции личин. Знаете ли вы, что я потратил годы, чтобы ее собрать? И вынужден был спалить за пять минут, пока ваши люди ломали дверь.

Он поднял руку, касаясь своих бинтов.

– Я очень тоскую по ним. Обстоятельства не позволяют мне показаться на людях с моим настоящим лицом. Это уподобляет меня легендарному герою из рыцарского прошлого моей страны… увы, запамятовал имя.

– Его звали граф Ланкедок фон Экштайн, – отчеканила Инга, ловя внимательный взгляд патера Блэка, понимавшего из всего разговора лишь имена. – Он был предателем и убийцей. Истинный герой для таких, как вы.

– Вот как? – «офицер» подкрутил винт на дужке «гипноскопа».

Распахнувшаяся диафрагма блеснула в сторону Инги линзами необычного голубого цвета. Нет, все же зеленого.

Линзы меняли цвет каждую секунду, с необоримой силой приковывая взгляд. Голос «офицера» стал тягучим, отодвинулся куда-то вдаль.

– Я думаю, что вы все же посмотрите на мое лицо, фрау комиссар. Перед тем, как я надену ваше. Самое смешное – вы будете жить и чувствовать в это время. Доктор Мбенге, с которым вы скоро познакомитесь, не имеет равных в своем деле.

– Не смотрите на него! – крикнул Блэк.

Шагнув вперед, священник стал между Ингой и «офицером». Влияние «гипноскопа» тут же ослабело. Инга несколько раз с усилием моргнула, впилась ногтями в запястье, прогоняя останки разноцветной мути из головы.

– Ваш друг? – спросил «офицер». – Опять люди Штольца все напутали.

Он перешел на немецкий:

– Gustav, mach ihn ruhig1.

«Водолаз» протянул в сторону патера Блэка руку в перчатке с крагами. Пальцы оплетали тонкие металлические спирали, по которым побежали крошечные молнии электрических разрядов. Мгновение и весь черный костюм затянут электрической паутиной.

Ударом ноги Инга сшибла крышку с маленького гроба.

Ветвистая молния прыгнула с руки «водолаза». Раздался треск. Запахло грозой.

Священник в дымящейся одежде отлетел на несколько шагов и упал. Лицо его побледнело, но он был в сознании.

– Сопротивлений бесполезно! – закричал «офицер», теряя от волнения правильный прононс. – Keine Bewegung! H?nde hoch!

– Морда твоя забинтованная, – веско произнесла Инга. – Я тебе дам, «хенде хох»!

Вместо того, чтобы подняться вверх, ее руки нырнули в гроб. И тут же вернулись с парой.

Смерч приглашает вас на танец, господа!

Двадцать патронов. Вполне достаточно.

Первая пуля достается «офицеру». Вторая предназначена «водолазу», но он успевает укрыться за дверцей броневика.

Со смехом офицер расстегивает свой плащ, отступая назад. Его грудь до самого горла закрыта сложным нагрудником из прилегающих металлических пластин. Похоже на панцирь насекомого.

– Как вам это нравится!? – кричит он.

Инга стреляет ему в голову. Пуля с лязгом рикошетит. Похоже под бинтами тоже металл! Что за люди-машины!?

Под треск пулеметов Инга срывается с места. За ее спиной распускается молния, выпущенная Густавом. На ходу она одного за другим снимает трех пулеметчиков в колясках. Остается еще один в броневике, но его не достать.

Патер Блэк садится, тряся головой. Из обеих ноздрей священника тянутся тонкие струйки крови.

– It was a very bad idea, my son, – бормочет он. – God has mercy on you. On all of you!

То, что случается дальше, повергает не только немцев, но и Ингу в оцепенение.

Вокруг тела патера Блэка вспыхивает белый ореол.

Священник раскидывает руки в стороны. Из центра его лба, где «кошачий глаз» татуировки, из его ладоней и середины груди бьют сверкающие разряды. Там, где они соединяются – в воздухе повисает полоса чистого белого света.

Ореол отделяется от тела Иеронима Блэка, формируя высокую прозрачную фигуру. Эта фигура лицом в точности похожа на священника, но вместо макинтоша на ней белая ряса. Поверх рясы кованый нагрудник.

Видение монаха-воина протягивает руки к полосе белого света.

Полоса превращается в полуторный сияющий меч.

Патер Блэк сжимает руки перед грудью. Его прозрачный двойник обхватывает рукоять меча. Вздымает его над головой. Скользит, не касаясь земли, к броневику.

– Уф! – выдыхает Инга.

Призрачный меч вытягивается в длину и проходит через броневик. Крест-накрест.

Пулемет замолкает. Дверца со стороны водителя распахивается. Оттуда вываливается человек.

Нет. Только верхняя половина его тела, немыслимым образом отделенная от нижней.

«Вы необычный священник, отец Блэк».

Она совсем забыла про грузовик. Но ей не замедлили напомнить.

Брезентовый тент прицепа смялся и отлетел в сторону.

В кузове оказалось чудовище.

– Посмотрим, как вам понравится это! – крикнул с безопасного удаления «офицер».

«Это» – человек, сращенный с немыслимым агрегатом под три метра высотой.

Человеческое лицо смотрит из заслонки на уровне груди железной махины. Двурукой, двуногой, с ощетинившейся стволами башней на плечах. Два здоровенных, зенитного калибра пулемета крепятся к железным предплечьям.

Человек-танк.

Заслонка захлопывается, оставляя узкую смотровую щель. Взревев и выбросив клубы черного солярного дыма, человек-танк делает первый шаг, ломая борт грузовика.

– Отец Блэк, две минуты! – кричит Инга.

Кричит по-русски, но священник ее понимает.

Иероним Блэк направляет призрачного воина наперерез человеку-танку. Навстречу ему яростно стрекочет пара пулеметов. Рявкают стволы из башни.

Инга замечает, что от попаданий тело духовного защитника бледнеет, теряет плотность. Надо спешить.

11
{"b":"1134","o":1}