ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Ты и девушка, – сказал Глеб японцу. – Вы пробуете попасть в «Неотех» незаметно. Я с Тэньши осуществлю силовой вход. Если нам повезет, мы все попадем внутрь приблизительно в одно время. И будем при этом живы.

– Хорошо, – Икари кивнул. – А что дальше? Какой нам прок от того, чтобы оказаться внутри?

– Не знаю, – признался Глеб. – Я чувствую – мы должны там быть. Кроме того, Мертвец говорит, что мы поможем его сыну добраться до Двери. Пусть так.

–А Волох? Что с ним, если он там окажется?

– Он должен там оказаться. И я его убью, – сказал Глеб. Это было больше чем обещание.

Это был приговор.

За Дверью могло оказаться все, что угодно, от Порнографического Парадиза до бесформенного Хаоса данных, не имеющих виртуального воплощения. Антон был готов ко всему.

Кроме того, что, выползая на четвереньках из «кроличьей норы», он увидит спартански обставленный закуток три на четыре. Кресло с синтетической обивкой, панель нейроинтерфейса на пластиковом столе, пленочный монитор, люминофорные полоски на стенах. Классическое рабочее место мелкого корпоративного служащего. Воссозданное в Мультиверсуме до мельчайших деталей. Вплоть до семейных фотографий в рамках и круглых следов от чашки кофе на углу стола.

Зачем?

Антон протянул руку, собираясь толкнуть вращающееся кресло. Но обнаружил, что рука проходит спинку насквозь. Объяснялось ли это тем, что он «призрак»? Нет. «Призрак» способен взаимодействовать с Виртуальной Реальностью по своему желанию. Тогда в чем же дело?

Сделав попытку коснуться стола, Антон пришел к выводу, что окружающее его пространство не интерактивно. Другими словами – простая картинка. Это озадачило его еще больше. Создание неинтерактивных приложений – удел пространственных дизайнеров, виртуальных архитекторов, трансреалистов и прочей публики, стремящейся удивить зрителя. Увлечь его несуществующими ландшафтами и невозможными предметами в духе Эшера. А кого может увлечь этот унылый кабинет?

– Ну, что у нас здесь?

Обернувшись, Антон увидел Мертвеца. За ним из пульсирующей «норы», пригнувшись, выходил гном, настороженно выставив перед собой саблю.

– Понятия не имею, – ответил хакер. – Стул, стол. Что-то это должно значить.

Вслед за гномом, вынужденный, как и Антон, ползти на четвереньках, показался Пес Войны. В комнатке становилось тесновато.

– Так, – Мертвец двинулся вдоль стены. – Интересно…

– Сюда кто-то идет, – сказал хриплым голосом Оскаленный. – Я слышу шаги.

Кроме шагов, раздавалось еще и тихое пение. Одна из стен, оказавшись тонкой ширмой, скользнула в сторону, пропуская человека в джинсах, кроссовках и свитере грубой вязки. В руке у него была дымящаяся чашка кофе. Антон расслышал, как он мурлычет себе под нос: «Последний поезд на Небо отправится в полночь…»

Пройдя сквозь ошеломленного гнома, хозяин кабинета плюхнулся в кресло. Утвердил чашку на углу стола и положил ладонь на тактильную панель.

– Слушай, – сказал он, – я разговаривал с этим типом, новым начальником внутренней охраны. Получается, что мы будем сидеть здесь до ночи. – Пауза: он выслушивал ответ невидимого собеседника. – Да, сказал, что мы можем подавать любые жалобы, его это не касается. Такой гандон!

Антон осторожно выглянул из кабинета. Его глазам предстал длинный ветвящийся коридор, из которого можно было попасть, наверное, в сотню таких же крохотных комнат. По коридору с суровым видом расхаживали люди в кирасах и с иглоавтоматами. Своими неподвижными лицами они настолько походили на сторожевых ботов, что Антон невольно отпрянул, погрузившись в стену.

Разумеется, его никто не заметил. Все эти люди находились в реальном мире. А здесь расхаживали их аналоги, напрямую скопированные в Мультиверсум в режиме реального времени. Зачем?

– Я знаю, где мы находимся, – сказал Антон. – Ну-ка…

И, набрав полную грудь несуществующего воздуха, он воспарил вверх, проходя сквозь воображаемый потолок.

Станция А-поездов постороннему могла показаться заброшенной. Тишина, темные коробки пустых вагонов, неподвижные автопогрузчики. И нигде ни одного человека.

В связи с переходом на экстренный режим потребления энергии движение А-поездов было приостановлено. До особого распоряжения Секретаря.

Эти бесшумные, экологически чистые, но чудовищно энергоемкие машины являлись пока в большей степени развлечением. Их консервация не могла нанести Городу особого вреда. Поэтому генераторы всех экспрессов были отключены. Теперь ничто не напоминало в них о той призрачной легкости, с которой они скользили в Небесах.

Пилоты и обслуживающий персонал были отправлены по домам. Все, кроме дежурных, с комфортом расположившихся перед огромным экраном. Они собирались смотреть чемпионат Большого Токио по сумо.

Полутораметровую диагональ заполнил собой трехсоткилограммовый филиппинец. Чемпион мира, о котором поговаривали, что вопреки правилам Федерации он сделал себе симбиотическую подсадку. Если нарушение удастся доказать, его ожидает пожизненная дисквалификация.

Дежурные как раз успели откупорить батарею исходящих пеной пивных бутылок. И сделать небольшие ставки на ближайшую схватку борцов.

Пластиковая дверь за их спинами выгнулась дугой и с треском лопнула. Щербатый осколок угодил в центр экрана, порвал натянутую на углеродный монокаркас пленку. И тем самым положил конец трансляции чемпионата. Филиппинец исчез в разноцветном мелькании. А вместе с ним надежды на спокойное завершение дня.

Изуродованный дверной проем заполняла металлическая громада тамплиера. Рокочущий голос произнес:

– Просьба сохранять спокойствие. Нет никаких причин для паники.

Вскочившие дежурные переглянулись. Особо к спокойствию располагал толстый ствол игольника Ветрова, глядящий в пространство между ними. Одного нажатия на курок хватит, чтобы положить всех разом.

– Мне нужен техник, который может запустить энергоустановку и генератор А-поля, – продолжал тамплиер. – И пилот экспресса.

Вокруг названных людей обозначилась небольшая, но заметная пустота. Остальные старательно делали вид, что их здесь нет. Тамплиер шевельнул игольником.

– Прошу вас пройти со мной.

Если у этих двоих были сомнения в полной незаконности происходящего, то они быстро рассеялись. Стоило им увидеть Тэньши, расхаживающего между парковочными зонами поездов. Техник повернулся к Глебу и недоверчиво спросил:

– Вы хотите угнать А-поезд?

– Что-то в этом роде, – не стал спорить Глеб. – Сколько времени потребуется на его подготовку?

– Ну, – техник шевельнул пальцами, – полчаса на запуск и прогрев генератора, еще минут сорок комплексное тестирование…

– Хорошо, – сказал рыцарь. – У тебя будет ровно двадцать минут. Потом эта дрянь должна взлететь. Понимаешь, что будет в противном случае?

Техник судорожно кивнул.

– Так. Это было первое. Второе – ты полетишь с нами. Так что не думай намудрить чего-нибудь в генераторе. Никаких внезапных отказов и вынужденных посадок. Третье: я взорвал коммуникационный узел станции. А встроенный скремблер моей брони подавляет любое персональное устройство связи в радиусе километра. Поэтому бесполезно тянуть время, дожидаясь, пока твои коллеги вызовут помощь. Им это не удастся. Разве что они попрыгают с платформы на Дно. Сугубо для напоминания: если через двадцать минут мы все еще будем топтаться здесь, я тебя сам с нее скину. Все понятно?

– Да, – разлепил губы техник.

– Громче!

– Да! Все понятно!

– Замечательно. А тебе? – Глеб повернулся к пилоту.

И, к своему удивлению, наткнулся на ослепительную улыбку в обрамлении крашенной кислотно-рыжим цветом бороды. На голове у пилота была синяя круглая шапочка с белой надписью: «Ride on me, babe![29]», из-под которой выбивались пряди все того же безумного окраса.

– Мне все ясно, – рыжий подмигнул Глебу. – Я такой же сумасшедший, как и вы, ребята. Всегда хотел один прокатиться на этой штуке.

вернуться

29

Прокатись на мне, крошка! (англ.)

142
{"b":"1136","o":1}