ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
После тебя
WOW Woman. Книга-коуч для женского здоровья и сексуальности
Зулейха открывает глаза
Десятое декабря (сборник)
Дом напротив
Рестарт: Как прожить много жизней
Вратарь и море
Сама себе психолог
Прыжок над пропастью
A
A

– Давай знакомиться, герой, – сказал он, протягивая руку. – Генерал Белуга. Ты можешь звать меня Георгий Викторович.

– Выпускник Светлов Георгий.

Они пожали друг другу руки через ректорский стол. – Тезки, значит, – усмехнулся Белуга. – Ну, присаживайся, Георг. Меня так здесь называли, в Академии. А у тебя какое прозвище?

– Старый, – ответил он. – Вы, наверное, уже прочли это в моем досье, това…

– Без званий.

– Извините. Георгий Викторович.

– Глазастый ты. – Генерал похлопал ладонью по толстой пластиковой папке. – Но я его даже не открывал. Мне не интересно всю эту муру читать, да и нечестно получается. А я с тобой честно хочу поговорить. По-человечески.

Георгий посмотрел ему в глаза. Взгляд у генерала был хороший, открытый. Честный.

– Вижу, ты мне не веришь, – цокнул языком Белуга. – Думаешь, я тебя буду уговаривать сейчас идти на практику в ТИЗО. Звездочки сулить, рассказывать про твой гражданский долг, всячески давить на сознательность…Думаешь, а?

– Не без этого, – краешком губ улыбнулся Светлов.

– А ты такой неприступный, все-все для себя уже решивший, будешь мои соблазны отвергать. Потому как «современная война, порожденная иллюзией, что новые средства ее ведения позволяют одержать так называемую „неявную победу“, по-прежнему ведет к взаимному уничтожению».

– Вы все-таки читали досье.

– Нет, – покачал головой Белуга. – Но читал твою дипломную работу. И кое-что из нее, как видишь, даже запомнил,

– Как пример незрелости суждений?

– Отнюдь. По большинству пунктов, в том, что касается, например, целенаправленного влияния на климат, я с тобой полностью согласен. Более того, твои аналитические выкладки подтверждены исследованиями независимых экспертных групп. Только это закрытая информация.

Георгий молчал. Он не мог понять, куда ведет этот разговор. И это его бесило. Лучше бы генерал пытался его переубедить, приводил давно знакомые аргументы, угрожал, в конце концов. Так нет же…

– Но видишь ли, в чем беда, – доверительно наклонился вперед Белуга, – на двух таких, как мы, умников, тезка, есть еще сотня марионеток в правительстве. С головой и потрохами принадлежащих олигархам «Энергополиса»… а кто за этими стоит, ты и сам понимаешь.

Он понимал. Имя новообразованной Службы Федерального Контроля, взявшей на себя функции всех органов надзора и обеспечения госбезопасности, старались пореже произносить вслух. Как будто так можно было приуменьшить ее неумолимое влияние,

– А Самая Главная Марионетка вчера подписал указ, снимающий ограничение на экспорт нефти. Несмотря на то что ближневосточные «торговцы солнцем» прямо заявили – это означает войну. В прошлом году наемники «Shell-Sun Enterprise» уже утопили в заливе четыре танкера, в этом, я думаю, пойдут дальше. Ассенизаторным флотилиям ШЭО прибавится работы.

– Зачем вы мне это рассказываете, Георгий Викторович? – спросил Светлов.

– Сам не знаю, – развел руками генерал. – Захотелось поделиться с умным человеком. Однако ты прав, заболтались мы. – Он бросил взгляд на левое запястье, сморщился и буркнул: – Не могу привыкнуть без часов, ну никак.

Из-под рукава его кителя, успел заметить Георгий, высовывался широкий стальной браслет. Еще одна загадка.

– Я могу идти? – спросил выпускник.

– Да-да, больше я тебя не задерживаю. – Генерал встал, протянул на прощание руку. – О, а ты женат, тезка? – спросил он, увидев кольцо. – Давно?

– Полтора года.

– Дети есть?

– Будут, – улыбнулся Георгий. – К началу осени.

– Поздравляю. На лето собираетесь куда-нибудь?

– Были мысли. В августе на месяц уехать на Черное море, там у родителей жены дом. Пусть на море и рожает, новорожденным соленый воздух полезен.

– Полезен, говоришь. – Белуга пожевал губами. – Я бы не советовал… Впрочем, как знаешь. Ты свои решения, я вижу, меняешь неохотно. Так что давай, хорошо тебе отдохнуть.

– До свидания, Георгий Викторович.

– Да встречи, тезка.

«До какой такой встречи? – мысленно усмехнулся Георгий. – Мы, товарищ генерал, больше с вами не увидимся».

Это был июнь восьмого года. В середине августа он вернулся с моря, на две недели раньше, чем планировал. И тут же из дома, не распаковывая чемоданы, позвонил ректору Академии. С просьбой рассмотреть кандидатуру выпускника Георгия Светлова на прохождение трехмесячной практики в Штабе Экологической Обороны.

Через полчаса за ним прислали машину с федеральными номерами. Неразговорчивый водитель в штатском, но с топорщащейся под пиджаком кобурой прицепил ему на гавайскую рубашку временный пропуск. Через три месяца у Георгия уже будет постоянный,

Единственная вещь, которую он достал из чемодана, – испачканное нефтью полотенце с несколькими налипшими перышками. Сидя на заднем сиденье, вместо шума мотора Георгий слышал надрывные крики чаек. Закрывая глаза, он опять видел, как горит море.

Его подняли на ноги, резко толкнули в сторону. Ничего не соображающий Антон едва не пропахал носом землю. К счастью, Глеб был начеку и подхватил его, удержав в вертикальном положении.

Их со всех сторон обступили крепкие молодые ребята в зеленых робах, У каждого из них был вытатуирован над переносицей листок марихуаны, а на поясе висел серп. В отличие от серпа Садовника отнюдь не игрушечный.

На Глеба бросали оценивающие взгляды, Антона скорее игнорировали. Старика оттеснили куда-то в сторону. С ним демонстративно громко разговаривал незнакомый мужик.

Несомненно, это и был предводитель бойкой ватаги. Он был увешан наиболее замысловатым хламом. Неприятно жесткое, костистое лицо было куда взрослее, чем у окружавших его сосунков.

– Мы же тебя предупреждали, Садовник! – Его голос не хотелось записать для повторного прослушивания. Таким хорошо рявкать команды, но затруднительно вести приятную беседу. Он и не старался. – Шпионам Ордена вход в Дом закрыт!

– Эй, симпатяга. – Глеб, оказывается, тоже умел говорить с мерзкой интонацией уличной «торпеды». – Ты нас имел в виду? – Он аккуратно поставил на землю сумку и быстрым движением размял пальцы. Как ковбои в старых фильмах. – Так оставь человека в покое и иди сюда. Поболтаем.

Предводитель отвернулся от Садовника. И сделал шаг по направлению к Глебу, как бы между прочим нащупывая рукоятку серпа на поясе. Лицо у него стало еще более неприятным.

– Знаешь, как вас называют в глубинных секторах, тек? – Он смачно плюнул Глебу под ноги. – Псы. И ты, псина, не смеешь здесь лаять, как привык на ваших улицах. Ты..,

– Все сказал? – поинтересовался Глеб. – Или еще добавишь?

Антон тихо присвистнул сквозь зубы. Такого он еще не видел. Секунду назад, даже меньше, ружье было у Глеба за спиной. И вот теперь оно в левой руке, упирается стволом точно в середину лба онемевшего друида. Прямо в татуированный листок конопли.

Кто-то шевельнулся сбоку, и из правого рукава Глеба, как живой, выскочил пистолет, лег в ладонь и обвел толпу холодным черным зрачком. Взглядом Медузы, обращающим тела в камень, а мозги в податливую глину.

– Вот так, – довольно сказал Глеб. – Теперь можно разговаривать. Садовник, дружище, иди сюда.

Старый друид начал протискиваться к ним. Лицо у него было испуганное.

– Глеб, – сказал он срывающимся голосом, – умоляю, хоть ты оставайся благоразумным.

– Это я тебе обещаю. – Рыцарь скосил глаз на Антона, подмигнул. – Все, кто будет вести себя спокойно, останутся в живых. Слово тамплиера. Кто эти ребята, Садовник?

– Это Жнецы, – друид споткнулся о чью-то ногу, и фраза повисла на полуслове, – наши заблудшие…

Дети? Братья? Что он хотел сказать, так и осталось тайной.

Подставивший ему ножку Жнец ловко закрылся телом Садовника. В его руке блеснул серп… Дальнейшее случилось слишком быстро, далеко за гранью восприятия Антона. Он уловил размазанное движение руки Жнеца. Раздался глухой стук – это упал на землю ружейный ствол, перерубленный у самого цевья. Серпы Жнецов, оказывается, имели молекулярную заточку. И были неплохо сбалансированы для метания. Садовник захрипел, посинев лицом. Антон увидел, что молодой друид, сжавшийся за его спиной, держит горло старика в удушающем захвате, передавив артерию и закрывая тем самым доступ кислорода к мозгу. Если он не ослабит нажим, Садовник умрет секунд через десять. – Бросай пистолет, – сказал Жнец ровно, ничуть не запыхавшись. – На землю, ко мне. Давай, выстрелить ты не успеешь. Глеб послушался. «Глок» упал возле ног Садовника. Кто-то взял Антона сзади за локти, скрутил ему руки за спиной.

44
{"b":"1136","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Большие воды
Понаехавшая
Последний крик банши
Монах, который продал свой «феррари»
Черепахи – и нет им конца
Нетленный
Секретная жизнь коров. Истории о животных, которые не так глупы, как нам кажется
Всегда при деньгах. Психология бешеного заработка
Я верю в любовь